"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 907

Идеология многих чистокровных строится на отрицании своей принадлежности к людям. Они считают, что на планете есть две внешне похожие расы, маги и магглы, и скрещиваться они не должны. Во всяком случае, не чаще, чем с вейлами и другими разумными народами и только по острой необходимости. Маги являются высшей расой и в силу этого имеют право на власть над всеми остальными, и только из-за малой численности потерпели некогда поражение и теперь вынуждены скрывать свое существование.

Оставив в стороне ксенофобские высказывания, следует признать — рациональное зерно в теории есть. Маги действительно не совсем люди. Даже у сквибов найдены отличия в развитии лобных долей головного мозга, мы физически крепче, выносливее, дольше сохраняем молодость, большая часть болезней, поражающих обычных людей, магам не страшна. Причем чем старше род, чем меньше магглорожденных он принимает, тем дальше его члены отстоят от человеческого понятия нормы. Меняется внешность, из-за мутаций органов чувств меняется психика. Хорошо это или плохо, вопрос спорный. Одни рода считают, что следует регулярно разбавлять кровь, чтобы остаться хоть сколько-то людьми, другие, подобно Блэкам или Малфоям, желают пройти путь до конца и превратиться в некое совершенное магическое существо.

Но кроме физических критериев, есть и ментальные. Маги мыслят иными категориями, и тех, кто сохраняет обыденное состояние разума, вне зависимости от древности рода могут посчитать недостойным. Да, чистокровный, да, способен создавать сложные заклинания, и все равно за спиной шепоток — маггл с палочкой. Это вопрос воспитания, привитого с детства мировоззрения.

Например, волшебники всегда с особой настороженностью относятся к таким эфемерным понятиям, как Смерть, Судьба, Время, Удача. Их вроде бы нет, руками не потрогаешь, а на самом деле… Меня, пережившего смерть и возрождение, убеждать в реальности этих сил не надо. И в случайности я тоже не верю.

— Тут по рынку индюшка ходил, — сообщил мистер Стайл, знакомый торговец из Лютного. — Зельеваров спрашивал. Денег у него не особо, предлагал бартер. Готов учить невербалке, какой-то ёга, прости Мерлин, еще что-то варварское называл. Ты, вроде, экзотикой интересовался?

— Интересовался, — кивнул я. — Где его найти?

— Подходи вечерком, он часов с семи здесь крутится.

Совсем недавно, в Марселе, я думал, что надо бы поближе познакомиться с восточными мистическими практиками, и вот теперь судьба посылает встречу, дает шанс. Совпадение, сказал бы магглорожденный. Случайности неслучайны, любит повторять мать.

Индюшку звали Рахул Чатурведи и он принадлежал к маленькой колонии индийских магов, решившихся покинуть родину и поискать счастья на чужбине. У них не принято уезжать с полуострова, магия сильно завязана на энергетику местности. Не вся, разумеется, просто большая часть. Причем в свое время тамошние волшебники успешно противостояли более организованным и многочисленным европейским магам, вооруженным палочками и действовавшим в плотной связке с маггловскими войсками. Если бы они еще не так активно резались промеж собой, черта с два Ост-Индская компания завоевала бы Индию. Собственно, в магической среде англичане так и не стали полновластными властителями, их статус был скорее близок к третейским судьям. И фактическую независимость индийские волшебники получили не в сорок седьмом, а в тысяча девятьсот пятнадцатом, воспользовавшись Первой Мировой войной и ограниченностью британских ресурсов. Впрочем, они тут же переругались и на сегодняшний день в магической Индии не то десять, не то двенадцать самостоятельных держав, находящихся в состоянии вялотекущей вражды.

С деньгами дела у шри Чатурведи обстояли не очень. Большинство индусов занимались торговлей, перепродавали товары с родины и оказывали мелкие услуги нестандартного характера. Наложить сглаз там позаковыристее или снять, в зависимости от ситуации, и все в таком роде. К сожалению, последние указы нашего министерства слегка придавили прибыльный бизнес и номенклатура товаров, которыми оперировал Чатурведи, подсократилась. Поэтому, когда захворала его младшая дочка, и ей потребовалось сложное зелье, он решил сначала попробовать предложить свои услуги зельеварам, прежде чем распечатывать кубышку.

— Хорошо, господин Чатурведи, — я положил рецепт на стол. — Изготовление состава схожей сложности обычно оценивается в сорок-пятьдесят галеонов за пять доз. Сорок, если варить стану я, и пятьдесят, если согласие даст моя мать. Теперь давайте подумаем, что вы можете предложить в оплату.

— Ингредиенты, — достал еще один листок бумаги мужчина. — Еще я неплохой специалист в философии ньяя, у меня есть сертификат на право преподавания йоги. В маггловском Лондоне мне принадлежит собственный зал хатха-йоги, правда, учеников ходит мало.

— Боюсь, произнесенные вами термины мало что мне говорят.

— Да, английские колдуны не спешат перенимать чужие традиции, — вздохнул индус. — Ну, говоря простым языком, я разбираюсь в магии иллюзий и неплох в работе с внутренней энергетикой. По вашим меркам, владею своим тонким телом на уровне мастера.

— Вы специалист по развитию магического ядра?

— В том числе, — снова вздохнул Чатурведи и посетовал. — Европейцы почему-то считают, что развивать тонкое тело имеет смысл только в детском возрасте. На моей родине думают иначе.

— Думаю, мы договоримся, — подумав, сообщил я. — Ингредиенты нам без надобности, больно уж они специфичные, а вот практики представляют интерес. Тем более что моему брату в этом году десять лет исполнилось, самое время энергетикой заняться.

— Предлагаю год обучения, вам и вашему брату.

— У вас нет промежуточных экзаменов или чего-то подобного?

— Я, конечно, мог бы назначить ориентир и натаскать на него, — поморщился индус. — Например, сказать, что учеба закончится, когда вы научитесь облегчать свой вес до двадцати фунтов. Это неправильно, предки рассердятся. Нельзя выдирать кусок из целого и объяснять только часть, учить надо всему, либо не учить вовсе.

— Любопытный подход, — непривычный, точнее говоря. — Не сказать, что он мне не нравится.

— Западные люди суетливы и любят видеть результат, — улыбнулся мужчина. — Восток нетороплив. Зачем куда-то спешить? В этой жизни не успеем, в следующей дойдем. Я могу приходить к вам дважды в неделю, либо вы заходите ко мне, хоть каждый день. У меня дома постоянно кто-нибудь занимается.

— Думаю, лучше у вас. В таком случае, примерно через три дня, — я еще раз просмотрел рецепт, — да, через три, мы встретимся снова, и я принесу первую партию зелий. Какой у вас каминный адрес?

— «Сияющая вершина».

Вот примерно так и началось еще одно мое ученичество.

Семья Чатурведи, то есть Рахул с супругой, два его брата с женами, старенькая мать и не восемь, не то девять детей (при подсчете я сбился, а спросить постеснялся) жила на два мира и комфортно себя чувствовала. Торговала ингредиентами и пряностями, перевозила вещи на потрепанном грузовичке, одинаково приветливо общалась и с магглами, и с магами. Их маленький магазинчик работал на обе стороны, охотно принимая и галлеоны, и фунты, а среди учеников шри Чатурведи колдовать умели всего трое. Включая нас с Севом.

Для восточных магов в принципе характерно нежелание дистанционироваться от магглов. Они вполне спокойно живут среди обычных людей, проще относятся к статуту секретности, часто ведут совместные дела на протяжении нескольких поколений. Но при этом кровь не смешивают — волшебник женится только на волшебнице, причем к полукровкам относятся намного жестче, чем на западе. В Индии я бы считался чандалой, плодом связи представителей разных каст, место которого на самом низу иерархии. У китайцев своя специфика, хотя смешанные браки тоже очень редки, там существует целый регламент, кому на ком положено жениться. В арабских странах единодушия нет. На севере Африки свои традиции, подвергшиеся сильному влиянию почти исчезнувших ныне старых египетских магов и соседей-европейцев, Междуречье многое взяло от огнепоклонников-зороастрийцев. Впрочем, тем или иным способом за чистотой крови следят везде, разница только в степени консерватизма.