"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 959

— Я прошу вас не раскрывать мое инкогнито, — не люблю просить, но сейчас других путей нет. — Мне хотелось бы сохранить факт своего присутствия здесь в тайне.

— Как пожелаете, — безмятежно откликнулась моя собеседница. — Меня слабо волнуют игры людей, практически не затрагивают с некоторых пор. Собственно, в этом зале я беспокоюсь разве что о судьбе одной из своих дальних родственниц, но, кажется, не она служит объектом вашего интереса.

— Вы абсолютно правы, миледи.

— Ну а раз так, то делайте, что хотите, — закруглилась она. — Давайте лучше поговорим на более интересную тему. Почему маска русского?

— Простите?

— Почему вы для своего временного облика выбрали личность русского мага? Не американца, не француза, не индуса, в конце концов? Мне кажется, вы сумели бы сыграть любую роль, но почему-то предпочли эту.

То ли она сама блестяще играет, то ли ей действительно любопытно.

— Потому, что о России я знаю намного больше, чем о Индии или Франции, — честно ответил я. — Кроме того, англичане несколько ограничены и о реалиях других стран имеют смутное представление. В Европе и Америке у многих родня или торговые связи, поэтому поневоле наши волшебники знакомятся и общаются с тамошними жителями. Русские куда более закрыты, особенно после войны с Гриндевальдом, в облике путешественника из России я могу нести любую чушь и мне поверят.

— Ну, вы-то явно не следуете общему пути, Иван Васильевич!

— Я всегда чувствовал связь с этой страной, — и ведь не солгал, что характерно! — Даже трансфигурацию мне преподавал эмигрант из России.

— Да, меня она тоже притягивает, — внезапно согласилась леди. — Знаете, в семнадцатом году я не верила, что у них получится что-то путное. Ждала пришествия кого-то вроде Наполеона и воцарения новой династии. Но русские сумели удивить! Они действительно пытались построить общество всеобщего равенства, справедливости, добра… Эта иллюзия прекрасна, так жаль, что скоро ей придет конец.

— Думаете, Союз распадется?

— Процессы уже идут, их не остановить. Еще двадцать, много, двадцать пять лет — и они развалят страну на куски.

Я не знал, что ответить. Она говорила очень уверенно, не сомневаясь, и в устах чистокровной волшебницы простые слова звучали полноценным предсказанием.

— Будет жаль, если вы окажетесь правы.

— О, да! Впрочем, не стоит о грустном, давайте лучше поговорим на более приятные темы. Вы уже закончили свое ученичество у Дикона?

— Да меня, собственно, едва ли можно назвать его учеником, — пришлось сделать уточнение. — Он просто согласился немного меня потренировать. Сейчас я продолжаю обучения у Роберта Смита.

— Как его нога? Он уже снял то проклятье или все ещё тянет?

— Во время нашей прошлой встречи он по-прежнему хромал.

— Что ж, это его дело. Чему он сейчас вас учит?

— Отрабатываем простейшие связки, Роберт недоволен моей реакцией.

— Я слабо разбираюсь в боевой магии, — чуть пожала плечиками леди. — Всегда полагалась на мужчин в сложных случаях. Однако не могу не заметить, что все известные мне бойцы, если они чего-то стоили, стремились опередить противника. Вы пытались «мигнуть» или пробовали силы в краткосрочном предвидении будущего?

— Однажды я непроизвольно мигнул в трудной ситуации. Больше ничего.

— Раз есть стихийная предрасположенность, то освоение пройдет легко.

Официанты — живые люди, пусть и сквибы, — наконец-то доставили мой заказ, и я смог приступить к трапезе, не прерывая, впрочем, разговора. Леди Кэтрин чем-то неуловимо напоминала леди Алексию, правда, в отличие от темной магички, у меня от её общества волосы дыбом не вставали. Исходившая от женщины без возраста сила оставляла ощущение отстраненной мудрости, равнодушия с легким налетом доброжелательности, приправленным капелькой интереса. Впрочем, я могу выдавать желаемое за действительное. На всякий случай проверил окклюментные щиты, чуть поиграл магией, проверяя состояние организма на предмет внешних воздействий, ничего не обнаружил и мысленно пожал плечами. Умная собеседница, интересный разговор, тихая музыка, — чего еще надо, чтобы скоротать время до начала основной партии сегодняшнего спектакля?

Волнение отступило, оставив после себя просветленно-спокойное состояние. Может, это и есть пресловутое сатори?

— Что ж, мистер Трифонов, — покончив с десертом, минут через двадцать леди принялась собираться. — Мне, пожалуй, пора. Приятно было вновь вас увидеть.

— Поверьте, миледи — взаимно.

— Ну так заходите в гости, — чуть улыбнулась женщина. — Если получится. Мое приглашение у вас есть, дорогу Дикон покажет, обманные чары, думаю, сумеете одолеть. Мы с мужем слабо интересуемся внешним миром, но люди… Некоторые люди еще способны нас удивить и, кажется, вы входите в их число.

— Откровенно говоря, пока больше удивляюсь я сам, — признание далось легко. — Вы заставляете взглянуть на общеизвестные факты под совершенно новым углом.

— Не всегда удобная неординарность мышления, — кивнула она, поднимаясь. — Многих раздражает, большинство так называемых разумных склонно мыслить стереотипами. Всего хорошего, юноша, пусть сбудется все, задуманное вами.

Леди Кэтрин ушла, оставив меня одного и с мыслью о том, что приглашение игнорировать не получится. Меня позвали уже дважды, и если первый раз можно было сослаться на непонимание, то теперь нежелание идти будет выглядеть оскорбительно. Визиты к уединенно живущим могущественным волшебникам не всегда безопасны, с другой стороны, такими знакомствами пренебрегать нельзя.

Тем временем Джулиан Мун оправдывал ожидания. Он смеялся чуть громче приличного, говорил, слегка путаясь в словах и явно испытывая легкие проблемы с координацией. Поскольку его соседи находились в похожем состоянии, на поведение юноши никто внимания не обращал. Захмелел парень, с кем не бывает.

Наконец долгожданный момент наступил — Мун, извинившись, выбрался из-за стола и, самую малость пошатываясь, направился в сторону туалета. Долго он продержался, вот что значит крепкий молодой организм. Я не спеша допил чай, махнул официанту рукой, подзывая, положил на стол галлеон и не торопясь направился следом. Надеюсь, в туалете больше никого нет, иначе придется делать вторую попытку.

Перед тем, как зайти внутрь, я осмотрелся по сторонам и наложил на дверь легкие запирающие чары. Теперь каждый, кто попытается открыть дверь, будет вынужден два или три раза дернуть ручку. Ничего особенного, просто задержка на пару секунд.

Пока Мун возился в кабинке, я встал возле раковины, делая вид, будто отмываю руки от чего-то липкого. Должно быть, актер из меня неплохой, потому что объект фальши не заметил. Да он и не приглядывался особо. Стоял, насвистывал, шуршал одеждой, тихо чертыхался сквозь зубы. В конце концов, он закончил свои дела и выбрался наружу.

Он проходил мимо меня, когда я резко развернулся и с размаха впечатал кулак ему в живот. Юношу аж сложило, на пол хлынул поток блевотины. Не задерживаясь, я вытащил длинную булавку из кармана мантии и воткнул её Муну в плечо. Камень навершия замерцал алым цветом — вложенное проклятье начало действовать, носимые артефакты бросили всю свою мощь на нейтрализацию непосредственной угрозы. Направляю самоделку на склоненную голову:

— Конфундус!

Бесполезно. Щиты слишком сильны. Еще раз, сосредоточиться:

— Конфундус!

Заклятье легло только с третьего раза, когда я использовал нормальную палочку. Неприятно, первый за сегодня прокол. Вытащил из кармана легкое зелье подчинения, в сочетании с конфундусом оно способно на короткий срок подавить волю человека и заставить его выполнять простые приказы. Внутренне морщась, я начал отдавать указания, пока никто не начал ломиться в туалет:

— Сейчас ты выйдешь и поднимешься на второй этаж, войдешь в комнату двадцать три, и будешь ждать. Возьми ключ. За собой двери не закрывай. Иди. Нет, стой. — Я почистил его костюм и пол, снова использовав самоделку. — Иди.

Мун вышел наружу. Облегченно выдохнув, я плеснул водой в лицо, осмотрел себя в зеркало (нормальный вид, не считая малость безумного взгляда) и направился следом. Оставлять одного Муна нельзя, мало ли, вдруг знакомого встретит или еще что, но и видеть вместе нас не должны. Все-таки вид у парня неадекватный.