"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 966

— У меня плохих предчувствий нет, — сообщил я.

Для мага — аргумент весомый. Если, конечно, маг стоящий.

— Это хорошо, — задумчиво согласилась наставница. И внезапно выдала. — Ох, и тяжело с тобой! Бедная Эйлин!

— С чего бы? — удивление от её слов смешалось с легкой обидой.

— Ты всегда ходил по краешку, даже мальчишкой. То чернота, то авантюры какие, словно магнитом тянуло. Да что я вру — ты и ребенком-то не был! Серьезный, неулыбчивый, манеры взрослые, вопросы задаешь сложные… Я своим внучкам сразу сказала, это, мол, не вашего полета птица. Либо взлетит высоко, либо шею свернет.

— Не помогло, они все равно мне глазки строили.

— Толку-то?

Мы еще немного поболтали и Мэй отправила меня восвояси, заявив, что свой долг она выполнила, предупредила, а дальше у меня своя голова на плечах есть. И я пошел за гусем, попутно вспоминая все, что знал о перерожденных.

Маги всегда жаждали бессмертия. Умирать не хотели по разным причинам, начиная от банальной любви к жизни и заканчивая твердой уверенностью, что в загробном мире за их делишки ничего хорошего не ждет, вот и искали способ задержаться на этом свете подольше. Путей нашлось ровно два — трансформа души и трансформа тела.

В первую категорию попадает всё, позволяющее душе остаться в нашей реальности. Методы, по большей части, темномагические. Создание крестражей или иных привязок, переселение в чужое тело с вытеснением законного владельца, переселение в кукол, фиксация в определенной точке пространства, читай «в источнике силы». Фантазией маги не обделены, они много чего придумали.

Сторонников трансформации собственного тела все-таки больше. Да, говорят они, эксперименты с душой решают не только ту проблему, что человек смертен, но и ту, что смертен он внезапно. Тем не менее, недостатки перевешивают достоинства. На кой тебе бессмертие, если ты сумасшедший и готов потратить вечность на коллекционирование носовых платков? Хорошо, если чистых. Кроме того, боги (или иные высшие силы) ревнивы, а работая с душой, волшебник вторгается в их сферу. Так не лучше ли изменить организм до той степени, когда он сможет жить неограниченно долго? Тем более что способов много и подходящий вариант найдется для каждого, готового уплатить соответствующую цену.

В Европе хватает волшебников, несущих в крови наследство бессмертных рас. Сидхе, фоморы, в Испании джинны отметились, на севере четыре тысячи лет назад цивилизация гипербореев существовала. Вполне естественно, что однажды некий полукровка, глядя на своего вечно юного отца, задумался — а нельзя ли увеличить долю бессмертной крови в своих жилах? Или, возможно, мать-сидхе не захотела наблюдать за увяданием сына, неважно. Как бы то ни было, они решили попробовать. Науки генетики тогда еще не существовало, тот факт, что те же фоморы скорее существа энергетические, чем материальные, ученых тех времен не смущал, другие ограничения тоже. У них была магия, воля, помощь старших рас, и этого было достаточно.

Самое странное, что задуманного они достигли. Справились.

Разумеется, пробудить наследие и переродиться из человека в представителя иной расы способен не каждый. Желательно, чтобы геном был относительно однообразен, то есть наличие в предках и сидхе, и фомора шансы снижает существенно. Обязательно нужно быть сильным магом. Обязательно иметь психологическую предрасположенность. Ограничений масса, к тому же перерождение требует длительных осознанных усилий, выдерживают которые единицы. Еще одним недостатком, отпугивающим от следования по данному пути, являются сопутствующие изменения мышления адепта. Став нелюдью физически, маг постепенно превращается в нелюдь и на ментальном уровне. Тем не менее, желающих хватает и время от времени удачные попытки случаются.

***

Отпраздновали хорошо, пусть местами и болезненно.

Лэрд Джоффри выполнил свое обещание и на прошедшем пиру посадил нас, то есть меня и Смитов, среди дальней родни, тем самым обозначая статус перед другими кланами. Но это потом, сначала были скачки, состязания, ярмарка и прочие развлечения.

Роберта некоторые шотландцы, как выяснилось, хорошо знали по совместным делишкам, у меня тоже нашлась пара-тройка знакомых, Маргариту быстро взяли в оборот женщины, дети мигом перезнакомились со сверстниками и вихрем носились по замку и окрестностям. Надо сказать, торг шел весьма активно, причем и среди продавцов, и среди покупателей нашлось изрядно магглов. Иногда мне кажется, что серьезно к Статуту относятся только англичане, остальное население Британских островов вспоминает о нём исключительно в присутствии авроров. Здесь не Италия, закона омерты нет, однако тайны от чужаков хранят ничуть не хуже.

С точки зрения ритуалиста весь праздник представлял собой один большой обряд. Зачинали его скачки, развитие и жертвоприношение проходило во время торговли и состязаний, кульминацией служил пир. Под жертвой я понимаю эмоции и пролившуюся из разбитых носов кровь, которую, кстати, никто и не думал подбирать или как-то уничтожить. Бессмысленно — пролитая в заговоренном бойцовском круге, для наложения проклятий она все равно не годится. Меня, как и ожидалось, попробовали взять «на слабо», из четырех последовавших схваток две я выиграл, одну проиграл и одну свел вничью, иными словами, результат неплохой. Впечатление произвел хорошее и в то же время местных не обидел.

Выпил с ребятами неплохого эля, угостился огневиски, попробовал пресловутого хаггиса. Последний оказался куда вкуснее, чем я предполагал, так что съел целую порцию с удовольствием. Больше всего, даже больше состязания бардов и национальных танцев, меня на празднике поразили брачующиеся пары. У шотландцев до сих пор существует институт временного брака, когда юноша и девушка живут вместе год и один день, а потом либо расходятся, либо закрепляют отношения окончательно. Именно в Микельмас такие браки и заключаются. Первым делом на площади наколдовали две здоровенные насыпи, девушки и юноши выстроились на них друг напротив друга, в низине между ними встали родители, под одобрительные возгласы зрителей соединившие руки молодых и скрепившие магический договор Непреложным обетом. Затем пары молодоженов открыли тур кадрили, хотя на кадриль с бала Малфоев этот танец походил слабо. Часть парочек быстро смоталась с праздника, по-видимому, им не терпелось закрепить брак, причем провожали их дерзким свистом и поощряющими выкриками.

Дома я оказался только вечером тридцатого сентября и немедленно был взят в оборот отцом.

То, что все ирландцы жулики, я понял давно. Не нужно кричать о дискриминации, говорю из личного опыта. Даже Джимми О’Коннел, прекрасный врач, не избежал национальной тяги к авантюрам, причем еще и своего нового кореша Тобиаса умудрился в них втянуть. Справедливости ради — отец не особо сопротивлялся.

Заниматься они собрались, конечно же, контрабандой. В магической Британии незаконные поставки всякого-разного считаются чем-то вроде оригинального хобби, их даже аврорат игнорирует, если только речь не идет о специфических вещах вроде сердца волшебника или налобной жемчужины китайского морского дракона. У О’Коннела были нужные связи в магическом мире (кто бы сомневался), от отца требовалось обеспечить маггловский этап. Для начала — найти подходящее корыто.

— Уж извини, но назвать данное средство передвижение кораблем или хотя бы судном у меня язык не поворачивается, — признался я, оглядывая покупку. — Только корытом. Оно, наверное, еще прошлый век помнит.

Ради интереса приложив ладонь к проржавевшему борту, попытался прочувствовать, когда его сотворили. Не сильно ошибся, маленькую грузовую баржу построили незадолго до Первой Мировой.

— Зато дешево, — заспорил отец. — Всего за сотню отдали.

— Странно, что не приплатили, лишь бы с утилизацией не возиться!

— Движок в хорошем состоянии, я смотрел, радар тоже рабочий. По большому счету, корпус только поправить и нужно.