"Фантастика 2025-97". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB" - Страница 996

Неформальных лидеров на факультете немного, и свою власть они применяют редко. Надо понимать, что мягкий совет, поданный тихим голосом, по своим последствиям куда весомее получаса криков. Второй совет дадут не каждому. Зато получить объяснения по непонятной ситуации можно почти всегда, правда, поданы они могут быть в весьма экзотической манере.

Со стороны не видно, но у нас на факультете вовсю разгорается конфликт. Вызван он достаточно серьёзными причинами, на которых следует остановиться подробнее. Ежегодно Хогвартс предоставляет в Гильдии, связанные с ним договором, рекомендацию на одного ученика от каждого Дома. Ценность рекомендации сложно переоценить, фактически профессура ручается за человека, которого принимают с минимальной проверкой знаний или даже без таковой. Карьера, можно сказать, гарантирована. Причем с этого года, после принятия министерского регламента (гильдии прогнулись), процедура вступления усложнилась и, следовательно, конкуренция учеников за право стать «избранным» усилилась.

Уже понятно, что от Рейвенкло в этом году к зельеварам направят Этана Фоссета. Больше просто-напросто некого, он реально лучший. Есть пара ребят, которых можно дотянуть до критериев, но на фоне Фоссета они не смотрятся. Зато на шестом курсе кандидатов целых двое. Джулиан Луна и Аркон Янг. Оба талантливы, честолюбивы, с прекрасной репутацией у учителей и при том соперничают с первого курса.

Самое противное, что у обоих мощная группа поддержки из родственников, друзей и подружек, причем подружки тоже между собой на ножах. Девчонки спорят за лавры первой дамы Рейвенкло и отступать не намерены.

Хотя основная схватка разразится в следующем году, прицельные залпы звучат уже сейчас. Вот и на квиддиче группировки уселись как можно дальше друг от друга.

— Лайза, а бывало такое, чтобы рекомендацию давали сразу двоим?

Прежде, чем ответить, девушка душераздирающе зевнула, благовоспитанно прикрыв рот ладошкой.

— Очень редко. Только когда есть мастера, согласные принять лишнего ученика.

— То есть практически никогда.

— Угу. Ты к чему спросил?

— Думаю, кто Снейпу нравится больше – Луна или Янг.

— Снейпу? Без понятия. Но двоих он не направит. Скорее, выведет на арену, отберет палочки, бросит остро заточенные мечи и усядется наслаждаться зрелищем.

— Ты опять читала Моммзена на ночь? – наклонилась сверху Броклхерст.

— Мне надо успеть закончить до понедельника, иначе копия рассыплется.

— А можно сделать копию с копии?

— Можно, только копия с копии развеется быстро. Заклинание Джеминио само по себе сложное, так ещё и рассчитано на работу с носителем из реальной материи.

— Что я здесь делаю? – вопросил в пустоту Артур. – Почему я не поступил, как подобает представителю интеллектуальной элиты магического мира? Вместо того, чтобы мерзнуть на холодрыге, мог бы сидеть в башне и смотреть матч через бинокль.

— Корнер, — напомнил я. – Ты поддался стадному чувству. Все мы поддались.

— В бинокль не слышно комментариев, — хихикнула Лайза. – Некоторые приходят, только чтобы послушать Джордана.

Наконец, команды вышли на поле. По команде судьи, Роланды Хуч, пятнадцать фигурок порскнули в воздух, сопровождаемые одобрительными криками толпы. Матч начался.

Открыл счет Гриффиндор. Надо сказать, многие пришедшие парни обсуждали не столько игру, сколько достоинства участниц, громкими криками выражая одобрение фавориткам. Наибольшей популярностью пользовалась Анджелина Джонсон, за которой пристально следил комментатор Ли Джордан (разведка в лице Парвати доносила, что ему ничего не светит), Кэти Белл и Алисия Спиннет тоже удостоились своей порции восхищения, иногда скабрезного. В команде Слизерина девочек не было, только парни.

Для Гриффиндора сегодняшняя игра очень важна в психологическом плане. Их команда молода – Белл и Поттер играют первый раз, Спиннет весь прошлый год сидела на скамейке запасных, Вуд первый год капитанствует (формально он стал во главе команды в конце прошлого курса, когда перед окончанием школы Чарли Уизли отдал ему значок). Поражение может подорвать их дух. Это прекрасно понимает Маркус Флинт, хоть и похожий внешне на тролля, но, как и все слизеринцы, прекрасный психолог. Недаром змеи давят, играют грубо, жестко, нарушая правила.

Команды забили друг другу несколько мячей, потом последовала неудачная погоня за снитчем, Слизерин нарушил правила, и ему назначили штрафной. Игра шла динамично, игроки выкладывались на полную. На ловцов никто не смотрел – то, что творилось на основном поле, невольно приковывало взгляды. Поэтому никто не заметил тот момент, когда метла Поттера начала чудить.

Стоило Поттеру задергаться, и я сразу перевел взгляд на места учителей. Снейп и Квиррел, Снейп сидит, Квиррел стоит неподалеку, оба не отрывают глаз от маленькой фигурки в небе. Зельевар тихонько шепчет себе под нос, заговаривая предмет на спокойствие, Квиррел же застыл в каменной неподвижности, даже не моргает. Тональность криков изменилась, на трибунах заметили, что с гриффиндорским ловцом происходит что-то не то, зрители вскакивали с мест и указывали руками в его сторону. Близнецы Уизли безуспешно пытались помочь Поттеру. Странно, что Хуч не остановила игру. Впрочем, народ пока что не относился к ситуации серьёзно, Флинт так вовсе подлетел к воротам красно-золотых и принялся торопливо закидывать мячи.

Я очень удачно перевел взгляд обратно на трибуны в тот момент, когда Грейнджер врезалась в двоедушца. И даже не извинилась, невоспитанная девочка! Метла мгновенно снизила частоту колебаний, через какую-то минуту Поттер восстановил над ней контроль и, резко наклонившись, ринулся к земле. Спустя минуту он под торжествующий рев болельщиков Гриффиндора вытаскивал снитч изо рта. Думаю, в тот момент на стадионе осталось всего три человека, игнорировавших самого молодого ловца школы. Грейнджер, торопливо бегущая к своему месту, Снейп, медленно обводящий холодным взглядом соседей, и я.

Инцидент оставил после себя разные эмоции. Восторг, азарт, удовлетворение от красивого спектакля… Тревоги не было. На следующее утро после Хэллоуина, увидев входящую в обеденный зал мелкую троицу из Поттера, Уизли и Грейнджер, я испытал некое чувство, не отпускающее до сих пор. Возможно, ложное, но дарующее определенное спокойствие. До тех пор, пока я не начну вмешиваться, судьба будет стремиться следовать канону. Мне так кажется. Будущее покажет, насколько я прав.

После матча отношение к Поттеру снова изменилось. В начале года, сразу после приезда, ученики разглядывали Мальчика-который-выжил с восхищением, смешанным с некоторым недоумением. Обычный же пацан, как он завалил Неназываемого? Примерно через месяц интонации сменились, шепотки звучали чуть иначе: а это точно он завалил? Точно-точно? Может, следователи чего напутали?

Поймав снитч, Поттер невольно себя реабилитировал. Теперь даже ярые критики признавали, что, возможно, в мальчишке что-то есть. Что-то, невидимое с первого взгляда. Как и следовало ожидать, последним оплотом скептицизма оставался Рейвенкло, слабо понимавший связь между умениями классно летать на метле и отражать лбом аваду.

Однако и у нас нашлись свои фанаты, так что споры не утихали. Причем прослеживалась прямая связь между громкостью восторгов и уровнем нелюбви к Слизерину. Нелюбви, скажем прямо, заслуженной. Дело не в том, что зелено-серебряные последние шесть лет зарабатывали наибольшее количество баллов и выигрывали внутришкольное соревнование, это, так сказать, дело житейское. Змеи бесили своим отношением к прочим Домам. Они искренне считали себя лучше остальных и не стеснялись этого показывать. Проблема заключалась в том, что мнение имело под собой основания. Большинство слизеринцев принадлежало к старым состоятельным семьям, что подразумевало хорошее питание, раннее обучение магии, занятия с репетиторами, правильные физические нагрузки – короче говоря, средний ученик змеиного Дома выше, крепче и во всех смыслах сильнее среднего ученика другого факультета. За возможным исключением нашего.