Легенда о Рэндидли Гостхаунде 6 (СИ) - Voytsekhovskiy Evgeniy "puddles4263" - Страница 180

— Я Лованна, Арбитр Нижнего Мира. — Поскольку её руки были скованы вместе, ей пришлось поднять и предложить обе Девик.

Девик пожала руки странной женщины; её пальцы были тонкими и костлявыми, но мех на удивление мягким.

Чёрт, люди говорят, что я странная? Что у этой девчонки в голове

Она прочистила горло. — Э-э-э интересно. Приятно познакомиться, Лованна. Когда вернёмся в лагерь, я думаю, будет лучше, если я буду говорить. У тебя своеобразное чувство юмора. Я могу понять; некоторые из моих любимых людей говорят мне, что я на любителя.

— Вселенная определённо выбирает себе любимчиков, — усмехнулась Лованна.

Девик одарила её озадаченным взглядом, который быстро сменился беспокойством. Затем строгое выражение показалось ей смутно знакомым, и её кожа начала покалывать.

Это то, как я на неё смотрю, будто у неё нет ни малейшего инстинкта самосохранения, и я сталкиваюсь с тем фактом, что она явно убьёт себя, если я ничего не сделаю разве это не в точности то, как Король Нижнего Мира Голодный Глаз смотрит на меня?!

Слова фигуры в плаще вернулись к Девик, сосредоточив её, прежде чем она углубилась в эту мысль, спускающуюся в тревожно саморефлексивную кроличью нору. — Та женщина она что-то сказала о Короле Нижнего Мира Голодном Глазе. Ты его знаешь?

— Никогда не встречала его, — Лованна сохранила улыбку на лице.

Девик просто вздохнула.

Отлично. Просто прекрасно. Полагаю, в моём праве нанять слугу в качестве Командира Отряда. Я просто думала, что мой заместитель окажется более полезным, и менее склонным украсть мою корону как самого ненормального человека в отряде. Ха-а-ах. Ответственность действительно изменила меня

Рендидли вернулся на место своей почти неразрушимой наземной платформы и мгновенно почувствовал неладное в воздухе. Едкий запах напоминал озон, возникший от удара молнии.

Он поднял голову и медленно огляделся, отслеживая как волны последствий, так и линии энергии в окружающем пространстве. Рассвет только что поднялся из-за горизонта, и последние остатки его шторма Нижнего Мира всё ещё лениво кружились в воздухе. Он поджал губы, поскольку уверенность в неправильности нарастала. Во время быстрого путешествия обратно после устранения Свакка, он начал укреплять воспоминание с помощью Нижнего Мира после создания точки перегиба, но не торопился завершать.

Он предполагал, что сможет вернуться на свои тренировочные сооружения и проверить свои теории о физических ограничениях, залечивая напряжение своего Ядра Нижнего Мира. Теперь он сожалел, что легкомысленно отнёсся к своему возвращению.

Это был хороший урок; у него было время для улучшения, находясь в воспоминании, но если бы он ждал слишком долго, события ускользнули бы от него.

Источник ощущения быстро стал очевиден. Невеа сидела в своей беседке с совершенно незнакомой женщиной, чьё присутствие подразумевало Эфир и Нижний Мир, сплетённые в плотный клубок. Один лишь взгляд заставил Рендидли моргнуть в шоке; он никогда раньше не встречал кого-либо, кто мог бы так интегрировать Эфир и Нижний Мир. Согласование двух энергий не обладало естественным резонансом собственного существования Рэндидли, но оно включало очень древний Нижний Мир и Эфир, живущие в гармонии.

Нижний Мир настолько древний, что, должно быть, пришёл извне Нексуса , — осознал он. Он выпрямился, словно ледяной палец пробежал по его позвоночнику.

Кожа Рендидли покалывала, когда он подошёл к беседке и присоединился к этим двоим. Фигура была одета в плащ с знакомыми символами Культа Спасителя и казалась совершенно непринуждённой, сидя за странным столом и болтая с Невеа. Её капюшон был опущен, поэтому, когда Рендидли поднялся по небольшим ступеням, он посмотрел в сторону и улыбнулся.

Его лицо было круглым и, возможно, смутно человеческим, но нечётким и спутанным. У него было два маленьких рта, полных зубов, в верхней части черепа и выпученный глаз прямо над тем местом, где должен быть подбородок. Два рта-глаза сложились в ликующие о . Кусочки верхней части головы то поднимались, то опускались, позволяя ртам артикулировать. — А-а-а так вот оно что. Понятно, понятно. Я это подозревал, разговаривая с Невеа здесь но о, Король Нижнего Мира Голодный Глаз, какое же ты странное существо. Или мне называть тебя Рендидли Призрачный Пёс? Что ты предпочитаешь?

Рендидли почувствовал, как вена на его виске забилась. Его руки сжались в кулаки. Его Ядро Нижнего Мира начало набирать обороты и реветь, даже если это напрягало воспоминание. Выживание было важнее всего остального. — Чего ты хочешь?

Из того, что Рендидли понял, Культ Спасителя был конечной причиной раскола в воспоминании. Казалось, что Элхум в конечном итоге станет достаточно сильным, чтобы одолеть их но пользователь кулаков смог сделать это, только достигнув Вершины.

— Честно? От тебя? Ничего особенного. — Рты-глаза оба усмехнулись. — Потому что мы оба знаем, что я уже победил.

Глава 2199

Когда этот странный представитель Культа Спасителя произнёс своё уверенное провозглашение победы, фраза завибрировала в воздухе. В ней чувствовалось нечто большее, чем просто слова. Сила Образа и Вес истории, подтверждавшей их правоту, ощущались в каждом произнесённом слове.

Присутствующая уверенность не была абсолютно объективной, но Рендидли также ощутил духовную цельность, которую он не мог игнорировать.

Рендидли обнажил зубы, оттянув губу. Он переглянулся с Нивеей, и та тихо встала и ушла. Он понятия не имел, как раньше не заметил образ этой гротескной фигуры; это был не совсем образ состояния мира, подобный тем, что он встречал в раннем Нексусе, но его размеры были настолько массивны, что он давил на окружающую среду, подавляя более слабые образы в этой области. Его три образа восстали, Серое Существо готово было завершить свою эволюцию, чтобы прорваться сквозь жуткого врага.

Прежде чем оно успело повредить собственную трансформацию, Рендидли отвёл Серое Существо и вернул его в безопасное пространство внутри своей груди, где оно могло расти. Снаружи Нивея тихо передвигалась, готовясь к столкновению. Затем он непредвзятыми глазами взглянул на эту фигуру, пытаясь оценить глубину этого противника. Он осторожно произнёс: Что вы имеете в виду, говоря, что уже победили?

Это ведь какая-то проекция мира, не так ли? Массивный центральный глаз фигуры дрогнул. Его зрачок и радужка едва заметно двигались, видимо, осматривая тело Рэндидли. Казалось, этот глаз мог ощущать пульс его крови в венах. Я рассмотрел три возможности того, почему столь внезапно появились изъяны в предрешённом ходе событий. Первую я отбросил немедленно, но всё же должен был признать: возможно, спаситель, даровавший мне дар пророчества, был несовершенен. Однако, если бы это было так, меня бы не существовало, и шаги, приведшие меня сюда, потерпели бы неудачу следовательно, это не стоит дальнейшего рассмотрения .

Прежде чем Пророк продолжил говорить, судорожное движение пробежало по нижней части его лица. Полупрозрачная мембрана вытекла и затем резко захлопнулась над выпуклым единственным глазом. Когда его вызывающее тошноту моргание завершилось, он продолжил свой перечень: Во-вторых, возможно, я являюсь слабым звеном в цепи. Мои собственные врождённые недостатки привели к тому, что я неспособен понять трансцендентное прозрение, которое несу с собой, по милости нашего спасителя. Долгое время я не мог отбросить эту возможность. Она преследовала меня.

Чтобы изгнать призрак этой мысли, я был полон решимости найти вас, фигуру, чьи действия были совершенно вне пророчества. Потому что я заметил ещё один странный факт. Я не стану утверждать, что пророчество, которым я обладаю, учло абсолютно каждую переменную, лишь основные. Теоретически возможно, что стечение небольших совпадений могло иметь большие последствия для пророчества. И всё же пророчество не менялось, даже когда расхождения нарастали. Будто оно даже не видело этих растущих отклонений. Итак, я пришёл к третьей теории: то, что я переживал, и то, что было описано в пророчестве находились не в одной и той же временной линии .