Будни имперских диверсантов (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 26

Оставшееся до выхода время потратили на то, чтобы проведать пострадавших в ходе нападения. Среди них, кстати, оказался и крысодлак. Я как-то машинально подхватил его, когда увидел плывущим рядом с собой после взрыва, но внимания на него обращать было некогда. Спохватился только когда сообразил, что зверь очень уж долго сидит за пазухой и не пытается куда-нибудь убежать по своим крысодлачьим делам. Оказалось, его здорово обожгло. Теперь зверюга сидит на руках у леди Игульфрид, и, кажется, полностью доволен жизнью. Сама ведьма тоже не слишком унывает – ей никто предусмотрительно не сообщил, что работа на сегодня не закончилась. С нее станется пойти с нами даже несмотря на ужасную слабость и головную боль. Свенсон тоже пришел в себя. А вот Ханыга выглядит так, что краше в гроб кладут – бледно-серый от потери крови, и дышит с хрипами. Гоблин получил ужасно неприятную рану в легкое, и, если бы не леди Игульфрид, захлебнулся бы кровью. Ведьма смогла зарастить самые крупные сосуды, но на большее ей не хватило сил, так что зеленому еще предстоит лечиться, как только маги восстановятся. У него, кстати, самое серьезное ранение из всех пострадавших сегодня – остальные отделались царапинами, ушибами, и парой переломов, так что большой шатер для выздоравливающих нынче практически пустует. Оно и к лучшему.

Уже на выходе из шатра, леди Игульфрид окликнула меня, и строго велела:

- Сарх, я не знаю, что вы задумали, но, если ты сложишь голову – имей в виду, я тебя с того света доставлю. Вон, попрошу мастера Свенсона, он поможет.

Я только кивнул, с трудом сдерживая улыбку. Глупо было надеяться, что девушка ничего не заметит – слишком хорошо она нас знает.

В новый поход отправились сто пятьдесят человек – остальные остались на охране лагеря. Точнее, на случай срочной эвакуации. Дорога до поселка была по ночному времени пустынна, как и сам поселок – основная часть его жителей отправилась к перевалам вместе с подкреплением. Впрочем, судя по суете среди оставшихся, до них уже дошли вести о нападении на колонну. Для нас это было даже хорошо – чем больше суеты, тем внезапнее нападение.

План нападения обсудили заранее, что делать знал каждый боец, так что без по позициям разошлись без разговоров. Мы с орком и гоблином в компании с десятком ребят Дромехая должны были оставаться на подстраховке со стороны гати – на случай, если альянсовцы отправят отряд в поселок, так что в общее веселье должно было обойти нас стороной. Ханыга не остался в лекарской палатке, несмотря на настойчивые уговоры шефа. Огрунхай попытался приказать, но…

- Если ты мне друг, то не стнешь отдвать ткой приказ, - набычился гоблин. – Я в бою не помогу. Сам знъю. Но я чую, что нужен там, понимаешь?

И шеф отступился. Ханыга обычно не оперировал такими понятиями, как «предчувствия», так что мы все впечатлились.

- Вот как знал, что наберетесь плохого от девчонки, - махнул рукой шеф. – И этот тоже мне дружбой тыкает, вместо того чтобы приказам подчиняться. Командир из меня, как из говна сабля!

- Ты хороший командир, - утешил я шефа. – Потому что учитываешь мнения соратников. Да и мы все равно в боях участвовать не собираемся, так что тут Ханыга прав.

Впрочем, особо расслабляться тоже было нельзя. Лично я, попади в такую ситуацию, как наши противники, непременно постарался бы как можно быстрее наладить связь с большой землей, и очень сомневаюсь, что враги сильно глупее меня. Остается только надеяться, что мы успеем быстрее, чем они придут в себя.

Увидеть, что происходит в поселке в подробностях с нашей позиции было невозможно, однако это и не требовалось. Там остается слишком мало обитателей, чтобы они смогли организовать серьезное сопротивление. В целом, судя по доносящемуся шуму, все идет по плану. Тем не менее, это здорово отвлекало от основной задачи. Трудно сохранять хладнокровие и не пытаться прислушиваться к происходящему. Однако, к сожалению, долго скучать не пришлось. Я первым заметил блики огня на востоке, и уже через минуту стало понятно, что это не игры воображения, и не свет гнилушек. Факелы, и, притом, много. Армия альянса возвращалась после неудачной попытки добраться до Граничного хребта. Очень вовремя! Наши как раз только начали потрошить поселок! Сейчас эти «путешественники», разозленные сегодняшней неудачей и потерями, устроят нам отличные клещи!

- Ханыга, метнись до Дромехая, скажи, чтобы поторопились, - напряженным голосом велел шеф. – А мы пока… покараулим.

Последнюю фразу начальник закончил неуверенно. Явно хотел сначала сказать «задержим», но судя по количеству факелов, альянсовцы возвращаются если и не в полном составе, то в половинном точно. Должно быть, решились-таки оставить недотопленные возы с припасами и метательными машинами на попечение части солдат, а другую часть армии отправили к поселению. В принципе, довольно разумно – сидеть посреди болота в полном составе и ожидать помощи глупо, проще начать заново наводить переправу своими силами. Но вот нам от этого ничуть не легче. И хорошо еще, что возвращающиеся пока не в курсе, что творится в поселке, иначе шли бы гораздо быстрее.

Я остро пожалел, что мы не сообразили немного испортить переправу – хотя бы возле берега. Потом, правда, передумал корить себя. Здесь, у берега, сломанные мостки вряд ли задержат солдат противника, а вот насторожит их раньше времени такое разорение почти неизбежно. Да и сколько там мы разломали бы? Здесь, у берега, глубина не большая, можно и так дойти, если очень торопишься. Отголоски драки за нашими спинами все не утихали, гоблин тоже как в воду канул, а солдаты альянса неумолимо приближались. Мы с шефом потихоньку начинали беспокоиться. Хуже нет, чем во время боя получить неожиданный удар в спину, а именно такое развитие событий становится все более вероятным. Видимо, что-то в деревне пошло не так, и теперь ребята Дромехая просто не могут отойти.

- Вот что, парни, - решил, наконец, шеф. – Судя по всему, наши там не успевают, так что нам придется-таки устроить этим пилигримам факелоносным веселую встречу. Понимаю, что все уже настроились на завершение праздника, но сами видите, этим альянсовцам все мало. А то, что их много – так это им переживать надо, что в очереди придется стоять!

Парни особого недовольства не проявляли. Здесь собрались достаточно отчаянные разумные, чтобы слишком сильно переживать из-за перспективы скорой смерти в бою. Что касается меня, то я даже немного радовался. За последние годы это был первый случай, когда мне предстояло сойтись в честной схватке с противником – и, похоже, я даже скучал по этому ощущению. Давненько мне не доводилось стоять в строю!

Впереди, конечно, шел шеф, как наша главная ударная сила. Среди солдат альянса орков нет, так что преимущество у нас значительное – если, конечно, не учитывать, что шеф у нас один, а у противника несколько сотен солдат. Мое место, как всегда, по его правую руку. На шаг назад, чтобы не мешать ему размахивать топором. Мы с ним уже достаточно хорошо чувствуем друг друга, чтобы орку не приходилось думать, как бы не зашибить коллегу, а мне – как бы не попасть под удар. Еще один боец пойдет слева от острия клина, и один – справа. Вот и вся первая шеренга. Из-за спин нас поддержат оставшиеся бойцы десятка, и, собственно, на этом все. Глубина строя откровенно куцая, но меня, кажется, это больше не волнует. Главное, в руке у меня пика, которую я прихватил перед выходом в лагере, – как чувствовал, что надо захватить! – а на поясе отличный кошкодер.

Построились быстро, и, набирая ход, двинулись навстречу врагу. Хотелось бы встретить их подальше от берега, иначе обойдут. Шеф, бухает по доскам гати своими сапожищами все быстрее. Я отбрасываю опасение, что они не выдержат и тяжелый орк провалится. Поздно – мы, наконец, достигли первых рядов противника. Солдаты альянса не готовы к драке. У них и так выдался непростой денек. Катастрофа на переправе, бой с непонятными противниками, море огня… Они уже предвкушали скорый отдых, и тут вдруг на них несутся какие-то безумцы. Щиты нам навстречу выставили, а вот упереться не успели. А потом стало поздно.