Будни имперских диверсантов (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич - Страница 49

Это демоново пустое пространство, отделяющее ущелье от лагеря изрядно действует мне на нервы. Совершенно лысое каменное плато, на котором ни одного препятствия. Внезапное нападение на нас тут не устроят, но какая разница, если противника тридцать тысяч, а нас меньше двух сотен? Так что мешает оно как раз-таки нам. Например, сейчас, когда мы с десятком бойцов пытаемся незаметно добраться до лагеря. Хотя, о чем я говорю, ничего мы не пытаемся. Мы просто бежим изо всех сил, надеясь, что там, на краю лагеря еще не собрался отряд, который будет нас уничтожать. Лучников и арбалетчиков в армии альянса мало, но нам хватит и пары человек – пока мы доберемся до них, нас успеют здорово потрепать.

Повезло, мы все же успели. Лагерь больше не походил на курятник во время наводнения. Оказавшись среди времянок и бивуаков, резко замедляем шаг. Здесь сейчас пусто, те, кто тут находился уже перешли ущелье. Однако народ здесь все равно периодически появляется, ничего необычного. В поисках чего-нибудь забытого прежними хозяевами, например, или просто полюбоваться издалека на рукотворное ущелье. Вот и мы изображаем таких любопытствующих. Маскировка шита белыми нитками, но случайных зрителей обманет. Тех, кто еще не в курсе, кто виновник беспорядков. Впрочем, нам и не нужно долго ее сохранять. Едва заметив впереди чей-то отряд, расположившийся вокруг лагеря, я командую:

- Ребята, залпом по ним. А потом бежим.

Некрасиво, и совсем неблагородно. За сегодня, да и вообще за время этой войны, мы уже совершили столько воинских преступлений, что в приличном, цивилизованном государстве нас ждала бы крайне мучительная и небыстрая смерть, так что в плен лучше не попадать. А, впрочем, если в империи узнают подробности наших похождений, мы и там как минимум заработаем публичный остракизм. Плевать, это будет потом. Да и как-нибудь переживем мы всеобщее презрение. До него еще дожить надо.

Результатов залпа дожидаться не стали побежали изо всех сил, дружно и бодро. Хотя если бы не зелье, я бы так бодро не смог, уж очень хлопотный выдался денек. На следующий отряд мы наскочили неожиданно. Большой отряд, человек пятьдесят, и ни мы, ни они друг друга не видели заранее – места становились все более «густонаселенные», времянки расположены достаточно часто, окружающее просматривается недалеко.

- Бей! – кричу я во всю глотку, и мы нападаем на солдат не готовых к отражению атаки. Победа не важна, да и ущерб не очень. Важно не увязнуть в драке, прорваться сквозь них, и убраться подальше. Нам это удается, слишком мы быстры. Мы едва успеваем прорваться до того, как те, первые, ударят в спину. Получилось довольно смешно – новый противник принял преследователей за наших друзей, так что бой продолжился, но уже без нас. Любопытно, как быстро они разберутся?

Нам повезло подобным образом еще дважды. За это время мы пробежали, наверное, пару километров, мечась по краю лагеря. Это везение неизбежно должно было рано или поздно закончиться. Так и произошло, когда мы напали на пару десятков мирно отдыхающих солдат, на виду у еще одного отряда. Нас почти взяли в клещи, пришлось уходить к центру лагеря, туда, где народу гораздо больше. А дальше отвлекающая операция превратилась в банальные салки со смертью. Мы метались из стороны в сторону, и кольцо вокруг сжималось все сильнее.

- Сарх, надо бы уходить, - удивительно спокойным голосом сообщил мне Ханыга после того, как мы в очередной раз едва проскочили между сотней в красно желтых цветах какого-то герцогства с одной стороны, и сводным отрядом в тридцать человек с другой. – А то нас так зажмут скоро.

- Дружище, я последние десять минут именно это и пытаюсь сделать, - произнести фразу на одном выдохе не получилось – кажется, я понемногу начал выдыхаться.

- Ты хочешь сначала оторваться, да? – уточнил гоблин.

- Именно, - подтвердил я. – Странно будет отправившись совершать отвлекающий маневр, привести за собой такую огромную толпу разъяренных врагов.

- Тогда давай чуть правее, - кивнул в нужную сторону гоблин. – Видишь, там большой отряд?

Я послушно повернул в нужную сторону, и чуть не остановился от ужаса. Возле входа в разгромленный нами совсем недавно штаб в стройные порядки выстраивались, наверное, тысячи три солдат. Останавливаться сейчас смерти подобно, так что я все-таки продолжил бежать, хотя неуверенность остальных бойцов тоже почувствовал. К нашему разговору прислушивались, хотя и не вмешивались.

- Дружище, только не говори, что мы решили сдаться, - уточнил я у гоблина. – Это, похоже, по наши души. В смысле щас пропускной пункт штурмовать начнут. Вон, видишь, их гвардейцы оставшиеся выстраивают.

До терции, которая выстраивалась прямо против нас, оставалось не более трехсот метров. Классическая терция, двенадцать рот по двести пятьдесят человек – не узнать это построение невозможно. Со стрелками по краям и пикинерами в центре. Немного неровная, и неслаженная, оттого, что состоит из множества различных отрядов – в другое время я бы только посмеялся над попытками в одночасье создать строй из такого количества непривычных воевать большими отрядами солдат. Но, демоны побери, нас десять человек! Даже если бы они стояли неорганизованной толпой, нам бы хватило!

- Не надо сдаваться. Но сейчас мы спрячем оружие, и будем кричать, что на нас напали предатели. Громко, и очень панически, - распорядился Ханыга.

Громко и очень панически – это я могу. Сейчас самое время для паники, так что мой вопль получился прямо-таки идеальным. Собственно, мне и изображать ничего не пришлось:

- Помогите! Предатели! Они сошли с ума, нас сейчас убьют!

Честно говоря, чем больше я орал, тем страшнее мне становилось. И ребята из десятка, которые сразу же присоединились к моим воплям, тоже старались очень убедительно. Вот честно, понятия не имею, что сейчас думают солдаты, стоящие напротив. Честно говоря, я бы на их месте, подумал, что мы какие-то идиоты. И тем не менее, идея Ханыги работала. Солдаты явно растерялись, и не понимали, что делать, команды от штаба терции дойти не успевают, да и не видят в штабе, что происходит. А мы уже близко. И те, кто нас преследуют – тоже. Вот только мы бежим с пустыми руками, безоружными – меч я не доставал, а арбалет повис на ремне и больно бьет по бедру на каждом шаге – я не успел его прицепить как положено. Тем не менее, вид у нашего десятка гораздо более мирный, чем у преследователей. А еще их гораздо больше. Мы собрали хвост из десятка разнокалиберных отрядов общей численностью человек триста.

Что подумает обычный нормальный разумный, когда увидит, как навстречу бегут несколько безоружных, вопящих от ужаса, а за ними со злобными криками и размахивая оружием, вытаращив от бешенства глаза, несется три сотни других солдат? Думаю, как минимум: «Этот десяток угрозы не несет. А вот те какие-то слишком нервные, от них нужно держаться подальше». Средний военный вторую часть фразы заменит на «От них нужно защищаться». За несколько секунд с тех пор, как нас заметили, придумать что-то более изощренное просто невозможно.

Неудивительно, что нас пропустили. Мы и не рвались прямо сквозь строй, а попытались просочиться между стрелками и пикинерами. Чтобы, значит, не напороться на пики случайно. Преследователей было гораздо больше, и пройти через узкое место у них никак не получалось, поэтому они попытались врубиться прямо в строй. Строй, хоть и не очень ровный им не поддался. Крики только усилились.

Останавливаться и проверять, что там в результате получается, мы не стали.

Глава 21

В покое нас так и не оставили, в спину неслись крики и приказы остановиться, но мы и не подумали выполнять такие приказания. Умчались куда-то в сторону окраины лагеря, откуда скорым шагом вернулись к пропускному пункту. Скорым шагом потому что бежать уже никак не получалось. Вот совсем. И без того набегались. Я даже начал задумываться о том, чтобы залить в себя еще стимулятора, но посмотрел на остальных и устыдился собственной слабости. Они-то обходятся без всяких дополнительных средств. Да и моему организму после двух таких пинков подряд будет очень нехорошо потом, когда действие зелья закончится.