Ваше Сиятельство 14 (СИ) - Моури Эрли - Страница 59

— Так я же, Александр Петрович! Тайгу знаю, по устью Амазонки ходил и горы Китая и Семицарствия мне знакомы! — первым откликнулся Велесов.

— Ну-к, давай сюда, — я махнул ему и пошел дальше, к нагромождению камней.

Когда Саша Велесов нагнал меня, я прошел еще с десяток шагов и указал ему на кости, во множестве лежавшие в редкой, местами вытоптанной траве. — Что можешь сказать, следопыт?

Он присел на корточки, взял одну кость, потом другую, что-то из шейных позвонков и отчего-то весело поглядывая на меня заключил:

— Тигр, Александр Петрович. Где-то тут обитает тигр. Судя по следам зубов очень крупный. Вероятно самец. Ланкийских тигров я никогда не видел, но знаю, что зверь серьезный. К нам он вряд ли подойдет. Услышал, что нас тут много и ушел в джунгли. Кстати, это же вход в пещеру? — Велесов кивнул на темневшую в скальном массиве дыру. — Полагаю, там его логово. Но сейчас оно пустое — это вам ответственно заявляю.

— Тигр, это хорошо, — сказал я, щурясь от солнца и поглядывая на вход в легендарную пещеру.

— Да, очень хорошо! — согласился поручик. — А два тигра, еще лучше. Сдается мне, тут еще самка бывает, — добавил он, разглядывая следы в пожухлой траве.

Логика Велесова была мне непонятна. Хрен его знает, чем для него два тигра лучше, чем один. Моя же была по-детски простой: раз на поляне, перед входом в пещеру обитает тигр и носит сюда добычу, то вряд ли здесь есть какие-то ловушки, оставленные устроителями древнего тайника. Я еще раз просканировал поляну, затем подал знак нашим. Первым ко мне подлетел Нурхан, и его слегка отругал за то, что посмел покинуть Ольгу Борисовну. Возможно, такая опека Ковалевской была чрезмерной, но сама напросилась — нечего было менять уютную Пермь на Шри-Ланку.

Вход в пещеру несколько зарос лианами, и Талханову пришлось поработать мачете. Когда же проход открылся, мы увидели, что пещера вовсе не глубокая: даже не заходя в нее можно было разглядеть темные очертания дальней стены.

— Ваше сиятельство, не похоже, как бы на величайший тайник, — первым высказал сомнение Никита Горский. — Может, по соседству есть еще что-то. Тут же видно…

— Молчать, Горский! — оборвала его Бондарева. — Мы разберемся, что тут видно.

Штабс-капитан первой вошла в пещеру, бесцеремонно оттесняя меня, подсвечивая ярким туэрлиновыми фонарем. Здесь валялось много костей. Еще больше, чем на поляне. Причем многие принадлежали людям. Я насчитал восемь черепов. Подошел к человеческим останкам ближе и перенес часть внимания на тонкий план. Определил, черепушке, лежавшей у моих ног примерно четыреста лет. Пока я занимался ерундой под редкие шептания грифоновцев, Наталья Петровна принялась за дело куда более полезное. Отдав фонарь Бабскому, менталистка двинулась вдоль стены слева, выставив перед собой ладони, сканируя пространство пещеры и скалы.

— Сюда, корнет! Здесь! — штабс-капитан остановившись у выступа в самом конце левого простенка.

Я подошел. Почти сразу глаза нашли поначалу неприметное отверстие. Будто ничего особенного: неровная дыра, как бы обычная игра природы, но очень похоже, именно это место предназначалось для Ключа Кайрен-Туам. Оставалось лишь снять рюкзак и достать Ключ. Легендарный Ключ, открывающий не только вход в Пещеру, но и двери в иное будущее человечества.

Я медлил. Как-то все это было слишком обыденно, даже грустно, что так. От древнего Ключа, завернутого в черный бархат, мои мысли перенеслись к Гере. Вот же шлюха небесная! Она так и не соизволила сообщить, какую именно вещь я должен вынести для нее из Хранилища Знаний! Странно… Такое невнимание несвойственно Величающей. Если ей что-то нужно, она всегда вертится рядом и очень щепетильна в вопросах, касающихся ее интересов.

— Так, выходите все! — распорядился я, доставая из рюкзака сверток с Ключом. — Мы не знаем, как сработает Ключ. Возможно, сразу активируются какие-то ловушки. Выходите! Я смогу защититься, и кое-что понимаю в подобных вещах, а вы пока постойте за пределами пещеры. Оля, выходи! — настоял я, выпроваживая Ковалевскую. — Элиз, будь любезна, выйди вместе с ней.

— Пусть с тобой хотя бы останется Нурхан! — с недовольством сказала княгиня и направила ко мне хоррага, висевшего призраком под сводом пещеры.

С этим капризом я спорить не стал. Хорраг пусть остается, если Ольге Борисовне так спокойнее. От него вреда нет, и не случится с ним ничего, чтобы тут не произошло.

— Ты тоже выходи! — приказал я Бондаревой.

— Я могу помочь, если пойдет что-то не так, — воспротивилась она. — Кстати, вот эта стена вовсе не монолитная. Убеждена — она подвижная.

— Я тоже так думаю, выйти пока, — развернув кусок бархата, я извлек Ключ Кайрен Туам и направил его длинный конец в темное отвесите.

Длинная часть Ключа, похожая на шестигранную спицу толщиной с палец, погрузилось точно до утолщения. Выше этого утолщения на подвижных пластинах темно-синего адаманта проступали пиктограммы. Теперь я был уверен, что отверстие, указанное Бондаревой, и есть скважина под этот Ключ. Пока не происходило ничего, если не считать, что древний артефакт потеплел. Хотя это могло показаться. Ведь Елецкий во мне сейчас очень волновался, и ощущения могли быть ложными. Теперь мне следовало вспомнить, последовательность поворота пластин на теле Ключа — она была описана в свитке, добытом Элизабет в особняке виконта Джозефа Уоллеса. Последовательность я, конечно, знал наизусть, но иной раз волнение бывает таким, что забываешь даже собственное имя.

Я повернул первую пластину с пиктограммой, похожей на изображение совы — раздался щелчок.

Черт!

Ключ Карен Туам активировался! Его грани засияли жемчужным светом!

— Саша! — крикнула позади меня Ковалевская.

Я повернулся и увидел, что там, у входа в пещеру тоже что-то происходит. Похоже, что открывается божественный портал. Увлеченный Ключом, я даже не почувствовал серьезных волнений на тонком плане. В пору было отругать себя: каким бы важным не было дело, нельзя терять контроль над тем, что происходит вокруг! К счастью, божественный портал открывал не Шива и не Кали — самая опасное из воплощений Шакти. К нам спешила супруга Громовержца.

Неужели опомнилась? Решила почтить меня вниманием, ради того, чтобы наконец сообщить, что ей на самом деле нужно. Еще миг я размышлял, стоит ли вернуть позицию первой пластины Ключа на прежнее или повернуть три оставшихся, тем самым вскрывая Пещеру Конца и Начала. Оставил все как есть, лишь подозвал наших:

— Велесов, Кулагин! Сюда подойдите! До Ключа не дотрагиваться! Просто стойте здесь! Если что-то начнет меняться и или происходить, сразу зовите меня!

Сам направился к выходу из пещеры. К моему появлению портал полностью открылся. Гера уже стояла на не очень приглядном фоне: пожухлая трава и кости антилоп, валявшиеся между камней. К моему огромному удивлению явилась она не одна. Справа и слева от нее на жарком ланкийском солнышке красовалось еще три небесных явления — три молодых мужчины. Причем явно не боги, хотя были ряжены в белоснежные туники с золотым шитьем, обуты по-олимпийски в сандалии и подпоясаны широкими поясами со сверкавшими пряжками. Все трое видом важные, точно в каждом скрывался как минимум Аполлон, а то и два таких.

Грифоновцы, хоть ребята отважные и повидали всякое, но прежде с богинями явно не общались. Вряд ли они имели общение даже с богами ряжеными, наподобие этой святой троицы. Колесов и Усманов поглядывали то на меня, то с опаской в сторону исходившего голубым туманом портала, при этом нервными пальчиками сжимали рукояти крупнокалиберных «Нежностей». Броневой тот и вовсе принял боевую стойку мага.

— Ну, Хайре! — приветствовал я Величайшую, подходя к ней ближе. — Где же тебя носило? Не могла вырваться из объятий этих вот? — я покосился на двоих молодцов, стоявших справа от супруги Перуна. Так и подмывало сказать: «Ежели они в тебя так уцепились, нужно было Громовержца на помощь звать».