"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ) - Тарарев Юрий - Страница 529

Познающий сверкнул, улетая, и уже издалека донеслась его вибрация.

— И вам, друзья, удачи, я всегда готов прийти к вам на помощь, оставайтесь такими, какие вы есть, не нужно быть лучше, но и хуже тоже.

Вибрации утихли, Боги посмотрели энергетическим взором друг на друга. Каждый знал координаты своего сектора, каждый знал, что нужно там быть, и каждый знал, что нужно завершить главное дело. Вопрос со станцией оставался открытым.

Георгий ходил по центру управления, в волнении потирая рукой подбородок.

— Вера, представляешь, взяли и исчезли, ни слова, ни полслова, куда, зачем? Ну ладно, нам не сказали, а женам-то надо было сказать, вон Зея места себе не находит, волнуется.

— Ты сам-то понимаешь, что говоришь и чего от них требуешь? Они другие, общаются с высшими силами, делают то, о чем и думать-то страшно. Мне кажется, что иногда не они решения принимают, а кто-то, кто стоит выше, кто сильнее и умнее.

Вбежала Зея, вся растрепанная и взволнованная.

— Ну что, не объявлялись? Пропали неожиданно, и вот уже целая неделя прошла, ни ответа, ни привета, как в воду канули.

— Зея, девочка, ты лучше, чем мы с отцом, знаешь кто они, и как им самим не просто. Думаю, непременно появятся, как только будет возможность.

— Я умом-то понимаю, а вот сердце не может, не хочет понимать, оно болит, тоскует и рвется к Алексу.

Вера прижала ее к груди и, как маленькую девочку, гладила по голове, успокаивая. Махнула рукой Георгию, что бы он оставил их вдвоем. Он понял и с облегчением вышел.

«Быть императорам галактики гораздо проще, нежели главой необычной семьи» — подумал, открывая дверь в навигационную. Там около пустых экранов стоял Ден, пытаясь активировать внешние датчики и системы.

— Ну что, никаких результатов?

— Нет, отец, все работает, но ничего не отображается.

— Это естественно, Стражи говорили, что мы находимся в межвселенском пространстве, в котором не действуют никакие физические законы.

— Это я понимаю, вернее, помню. Вопрос в другом: как нам отсюда выбраться?

— Легче простого, включим маршевые двигатели — и поминай, как звали.

— Оптимистично. Только от чего мы будем отталкиваться, чтобы лететь? Ты сам сказал, за бортом нет материи, не просто нет, а нет ничего. Мы висим в этом ничто, возможно, движемся, но приборы не фиксируют движения или дрейфа.

— Да, это проблема, а как тогда Стражи выбрались?

— Телепортировались.

— Телепортировались? Так в чем же дело, давай и мы телепортируемся.

— Мы не можем этого сделать, у нас такие возможности отсутствуют. Стражей уже больше недели нет, а как выбираться отсюда, ума не приложу.

— Не отчаивайся, мы здесь уже больше полугода, ничего, ну побудем еще сколько нужно, или у тебя разыгралась клаустрофобия?

— Ни какая не клаустрофобия, просто надоело висеть без дела, вот и начал проводить анализ, а он для нас оказался неутешительным.

— Ну, с чего ты взял, что не утешительный?

— Да потому, что мы потеряли свободу передвижения, потому что мы не можем по собственной воле покинуть это пространство. Алекс нам не сказал, как это сделать.

— Да что с тобой, что ты так взбеленился, никто никуда не собирается лететь. Мы еще даже не решили, чем будем заниматься.

— Хорошо, предположим, что решили вопрос с будущим, и как мы будем действовать дальше?

— Ден, ты переутомился, — мягко проговорил Георгий, — пойди, отдохни, развейся.

— Ну что ты, отец, со мной как с маленьким, пойми, мы им не нужны, они другие, у нас должен быть свой путь.

— И снова вопрос: какой?

— Я не знаю.

— А я знаю, это путь, который мы выберем сами, а не тот, который нам преподнесут на блюдечке с голубой каёмочкой.

— Ты очень точно выразился.

— Только мне от этого не легче, не хочется быть игрушкой, в чьих-то руках, сделай то, принеси это.

— Я уверен, так думаем не только мы, но и другие жители станции.

— Нет, Ден, жители внутреннего периметра просто живут, у них все есть, прекрасный климат, что еще нужно! Поэтому вопрос будущего станции — вопрос экипажа. Тут надо быть крайне осторожными, ты вспомни историю станции, вспомни, сколько войн было, и, кстати, по тем же вопросам, которые мы с тобой сейчас обсуждаем. Наши с тобой открытые дискуссии могут спровоцировать противостояние, а как следствие, беспорядки, там, где беспорядки, возникает много проблем.

— Отец, идеальное решение — занять всех работой, занять делом, тогда ни у кого не будет никаких мыслей, кроме работы и выполнения поставленной цели.

— Хорошо, вот и принимайся за полномасштабное изучение межвселенского пространства.

— Согласен, достойная задача, но это только оттягивает решение основного вопроса.

— Обещаю, мы примем решение большинством голосов, и на наше решение повлиять никто не сможет.

— Хочется верить, — ответил Ден, выходя из навигационного отсека, Георгий остался один, окружённый пустыми глазницами экранов.

«Ден прав, тысячу раз прав, но как отыскать эту достойную цель? Алекса нет. Уверен, членов экипажа посещают такие же мысли. Надо с этим кончать, надо с этим бороться».

Георгий уселся на место оператора и подключился к навигационным и сканирующим системам — ничего, черно как в омуте, ни одного проблеска, ни одного движения, да что там движения, ни одного атома вокруг. Георгий сделал запрос управляющей системе об исправности аппаратуры, и тут же получил исчерпывающий ответ о ее идеальной работе. Еще раз обшарил все вокруг — ничего. Вдруг послышался треск в аудиосистеме.

— Отец, вы чего там с Деном разволновались, — услышал он чистый голос Алекса, — мы скоро будем, никто вас ни к чему принуждать не будет, никто вам предлагать ничего не будет, вы сами выберете свой путь. И каким бы он не был, мы будем его уважать.

Георгию стало стыдно и за себя, и за Дена, он растерянно ответил.

— Как ты нас услышал? Ведь тебя же здесь не было?

— Для того, чтобы услышать, необязательно быть там. Вы так громко мыслили, что вибрации ваших мыслей разлетались по всему мирозданию.

— Мы ждем вас, Алекс.

— Скоро будем, — и связь прервалась.

— Откуда велась связь? — задал он вопрос управляющей системе станции.

Через некоторое время услышал ответ:

— Никакой связи ни с кем не было, по крайней мере, мои сенсоры ничего не засекли.

Глава 2

Георгий встал и пошел в свои апартаменты, там в кругу девушек сидела Вера и что-то им рассказывала. При его появлении повернула голову и беспокойно спросила:

— Что с тобой, на тебе лица нет?

— Все нормально, только что говорил с Алексом, они скоро будут здесь, — Зея в порыве радости подбежала и поцеловала его, Лианда и Мерал не решились, но радостно поблагодарили и поспешили готовиться к встрече.

Георгий по громкой связи оповестил весь экипаж о предстоящем прибытии Стражей и попросил командный состав собраться в рубке управления.

— Хорошая новость, почему такое волнение?

— Вера, он общался со мной мысленно, не через аппаратуру станции.

— Ну и что? Почему такое волнение? Он многое может, теперь и это тоже.

— Не привычно как-то, стоишь как голый перед ним.

— Он не такой.

— Наверное, ты права.

— А зачем командный состав станции собираешь?

— Пойдем, узнаешь сама.

Они вошли в лифт и поднялись в командный центр станции «Надежда». Там уже собрался весь состав, при их появлении почтительно встали со своих мест в знак уважения и приветствия.

— Прошу садиться, господа, я вас собрал, чтобы сообщить новости, главная из них: Стражи скоро будут здесь, — офицеры радостно загомонили, только Ден оставался серьёзен. Георгий продолжил. — В кратком разговоре с Алексом выяснил, что Стражи никоим образом не будут давить на нас в выборе нашей будущей судьбы. Они даже не будут участвовать в голосовании. Даю вам одни сутки для подготовки предложений по нашему будущему. Мы рассмотрим, обсудим все предложения и примем одно, которое наберет большинство голосов. Всем спасибо, через сутки, в это же время встречаемся здесь и решаем наш вопрос.