"Космические циклы романов". Компиляция. Книги 1-49 (СИ) - Тарарев Юрий - Страница 686

– Альбина, рад слышать, что ты в добром здравии, разве Ильи рядом нет? Он лично полетел тебя спасать и должен уже быть на месте.

Она осмотрела космос, который темнел чернотой заполненной облаком обломков.

– Нет, адмирал, его корабля здесь нет.

– Хорошо, жди, высылаю эскадру.

– Да и еще, адмирал, плохая новость: я вела бой с Ютелом, пошла на таран, оба корабля уничтожены, очнулась на корабле Ютела, он жив и, проявив великодушие за мое мастерство и смелость, отпустил меня. Запись общения посылаю.

– Хм, действительно, второй корабль уничтожил наши корабли и прибыл к месту вашего боя, видимо, он же подбил корабль Ильи.

У Альбины «засосало под ложечкой» от плохого предчувствия, она внимательно осматривала космос, вглядывалась в обломки, пытаясь понять, может, корабль Ильи сбили? Но подтверждений не находила.

«Ладно, – решила она, – прибудет эскадра, просканируем все секторам и выясним, куда он делся», – хотя подсознательно понимала, скорее всего, его подобрал Ютел. Тогда дело плохо, он сделает с ним то же самое, что Илья с Ютелом, и отыскать его не будет никакой возможности. Альбина в своих предположениях не заблуждалась, в этот самый момент разыгрывалась вторая часть трагедии на корабле Ютела.

Высадив пилота колонистов и насладившись моментом, Ютел приступил к вскрытию второй капсулы. Когда процесс закончился, и он увидел, кто перед ним, потерял дар речи. Такого подарка судьбы не ожидал. Опомнившись, тут же активировал силовое поле, в которое заключил Королева. Торопиться не стал, пока тот не очнулся полностью, отправил в отдельный отсек, проверив его надежность, проследовал в рубку сам не свой от радости, наступал сладкий момент триумфа и мести.

Илья стартовал по координатам боя Альбины и через некоторое время всплывал в обычное пространство, не ожидая нападения. Кто мог напасть, если корабли уничтожены и нужно подобрать только капсулу? Соответственно все мысли заняты только этой операцией, боевые системы в неактивном состоянии. За эту фатальную беспечность пришла мгновенная расплата, на месте боя барражировал корабль Ютела, Илья лихорадочно активировал боевые системы и брал корабль в прицел, но куда там, для этого требовалась бездна времени – целая секунда, которой не было. Корабль Ютела расцвел залпами пуска обычных боеголовок, и, конечно, отработали установки первочастиц, расстояние-то всего пятьсот километров. Мелькнула мысль: «Почему я не засек этот корабль?» Ответ очевиден: «Находился в прыжке». Но теперь это не имело значения.

Ракеты врезались в обшивку, пробивая ее и вгрызаясь внутрь, где и взорвались, боевые щиты Илья поднять не успел. Корабль стал разваливаться на куски, которые пожирали первочастицы залпа Ольги. Сработала система безопасности, управляющий кокон превратился в спасательную капсулу, пилот введен в режим энергосбережения. Для него все закончилось, темнота. Даже не сновидения, просто минимальная энергетическая поддержка систем организма.

Сознание возвращалось медленно, система выходила из режима энергосбережения, он фиксировал окружающую действительность как потустороннюю реальность, полагая, что умер… Философский вопрос, ведь как человек он умер давно, только незаметно для себя, превратившись в робота. Как бы мы ни называли существо, жизнь которого основана на механический принципах, он робот. Но Илья чувствовал себя человеком и отождествлял себя с человечеством, почему? Трудно сказать, врожденная память, скопированная с человеческого сознания: он – копия Ильи, человека. То же самое можно сказать и об остальных измененных, сознание возвращалось, восстанавливались моторные функции, наступил момент, когда Илья понял, что скован энергетическим полем, подергался для верности, но оказался скован, и надежно.

Пришлось задействовать память, которая представила данные последних секунд существования его корабля, вот он всплывает, и тут же перед ним возникает туша корабля противника, который производит массовый залп всем, что у него есть, а это очень много. Нет сомнений, второй корабль. «Ах да, Ютел! Надо же так влипнуть… Ну что теперь об этом, будущее ясно как божий день – сканирование и заточение в каком-нибудь богом забытом планетоиде». Время шло, но никто не появлялся, хотелось кричать и даже умереть, но вечная жизнь такого не предполагала.

Прошло несколько дней мучений в одиночестве. Но вот перед кубом отсека возник силуэт, Илья вышел из состояния самосозерцания и увидел Ютела.

– Ну что, мучаешься?

Илья молча его изучал. К чему слова, все понятно и так, никаких шансов на снисхождение, все придется получить по максимуму.

– Мучаешься, конечно, знаю, проходил такое состояние, помнишь, когда ты захватил меня у Митов, кстати, уничтожил поверхность планеты, превратив ее в стекло вместе с Митами. В отличие от того случая, я захватил тебя относительно безобидно.

– Стечение обстоятельств, повезло, – вяло отреагировал Илья.

– Везет дуракам, ты пытался меня убить с момента освобождения и не смог. Почему? Не задавался таким вопросом?

– Потому, что ты «бегаешь» быстро.

– Нет, Королев, потому что я умнее и гуманнее. Ты уничтожил миллионы Митов, а я никого, вот недавно даже вашего героического пилота отпустил, который очень смело бился со мной…

– Альбину?

– О какие эмоции… Кто она тебе?

– Неважно.

– Ты знаешь, узнаю через секунду.

– Не надо, жена…

– Хм, придется вернуться, я поторопился ее отпустить, – он окунулся в управляющую систему, та показала прибывшую на место боя эскадру колонистов.

– Поздно. Илья, повезло тебе, там ваша эскадра, впрочем, жена у тебя молодец. Отменный боец, смелость зашкаливает, решение я принял верное – отпустить. Ты – другое дело, сначала поговорим, и я просканирую тебя, ну а потом как обещал: недра планетоида на окраине вселенной и миллионы лет забвения, пока чего-нибудь не случиться, а во вселенной постоянно что-то свершается, но очень небыстро. Ты пройдешь мой путь, и твоего согласия не требуется.

– Да я и не прошу ни милости, ни нисхождения, по сути, меня, как человека, давно нет.

– Как нет? Так вот же ты?!

– Ютел, это всего лишь механическая копия, такая же, как ты…

– И что?

– Да ничего, мне все равно.

– Я понял, ты выгорел, у тебя не осталось пути, ты проиграл и как человек, и как измененный.

Илья молчал, ответить нечего, Ютел рубил правду-матку с плеча. Действительно, последнее время он чувствовал опустошение, душевное опустошение, или аналог такового. Терялся смысл существования, не жизни, существования. Когда-то целью была защита галактики Млечный Путь от вторжения. А теперь галактика практически захвачена, остались лишь заповедные островки биологической жизни. И захвачена тем, чему противостоять невозможно, или просто нереально – бессмертием. Плата за это – вечная жизнь, вернее существование. Последнее время Илья разуверился во всем и потерял нить жизни, нить Ариадны, а без наполненности событиями и свершениями существование становится бессмысленным, как два стакана: один пустой, другой с водой, переливая жидкость из одного в другой, никакого смысла не получишь, кроме механического действия. Последнее время Илья разуверился во всем и жил, если можно так выразиться, на автопилоте.

Ютел смотрел на него, как существо, снизошедшее до общения с ним. Он имел на это право. Он существовал в этой вселенной гораздо дольше. Но даже в нем шевельнулось сочувствие, но только шевельнулось.

– Поговорим, командующий, или ты не готов?

– Готов не готов, какое это имеет значение? Сканируй сознание и делай, что наметил.

– Так просто? А суд, который ты учинил надо мной тогда, по-твоему, это справедливо?

– К чему такие вопросы? Они не имеют значения, все в прошлом, изменить которое нельзя.

– Не хочешь общаться? Хорошо, полежи, отдохни еще месячишко, потом пообщаемся, мне торопиться некуда.

Ютел оставил Илью обездвиженным в силовом поле, никакого сожаления, скорее, удовлетворение, теперь с ним здесь на корабле его враг. Враг, который повержен, враг, дух которого нужно сломить. Он здесь, он повержен, он в полной власти императора.