Элемент власти. Том III (СИ) - Flow Ascold - Страница 19

— Надо определиться с использованием на войне слимов. Мне не особо нравятся последние тенденции с дикими гадами небесными. У нас не хватает обученных призывателей. Многие погибли во время диверсий на территориях империй, — произнёс Второй.

— Слимы — это такой же инструмент войны, как и щит, копьё, ружьё или посох. Это отдельный вопрос. Предлагаю обсудить его позже, — мгновение подумав, ответил Десятый, и Второй с ним согласился.

— Мы не можем воевать со всеми империями разом. Нам необходим резерв для защиты наших огромных рубежей. А склоки между многочисленными кланами, княжествами и царствами архаритов ослабляют нас ещё больше. Если начинать войну, то объявив год «белых дуэлей». Запрет на проливание крови и мирное разрешение споров в спортивных и интеллектуальных состязаниях… — предложил Шестой.

— Это вызовет недовольство многих людей, нарушит их планы, приведёт к бунтам и недоплате налогов, — ответил на это предложение Второй.

— Это всего лишь год. Если они ради общего блага не могут угомонить свои амбиции… Направим Деспота и его легионы в эти области, — продолжил Шестой.

— Года мало. Хотя бы три, — пожал плечами, сомневаясь в целесообразности этой идеи, Девятый.

— Объявим год, затем продлим. Это уменьшит количество недовольных голосов, — отмахнулся Шестой.

— Да, звучит неплохо. А наши запасы потянут длительную широкомасштабную войну? — полюбопытствовал Пятый.

— Пять лет. Не больше, — ответил Седьмой.

— Если мы хотим войны, нам надо решить, куда нанести основной удар. У кого какие идеи? — впервые заговорил Первый, самый старший из членов совета, занимающий свой пост вот уже двести семьдесят пять лет.

Одинокая рука поднялась вверх. Одиннадцатый, ответственный за многие вопросы, в числе которых и граничащие со Славией земли, обратил на себя внимание:

— Дамы и господа. А слышали ли вы последние новости о Славии и появившемся в тех краях вторженце, который практически в одиночку сражается с империей? Более того, побеждает на полях сражений и уже захватил территорию одного из баронств?

Все с любопытством уставились на говорящего.

— Нет? Ну так я вам расскажу, — продолжил Одиннадцатый, — а вы решите, не это ли тот самый шанс, который так редко выпадает нам.

* * *

Дижонская крепость. Сэр Григори Дубушский-Орланский и Асфодеус.

— КАКОЙ, К ЧЕРТЯМ СОБАЧЬИМ, УЛЬТИМАТУМ⁈ ТЫ, ТУПОЙ ВОРОН, ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, КОМУ ЭТО ГОВОРИШЬ? ЧТО ИМЕННО ТЫ МНЕ ПРЕДЛАГАЕШЬ⁈ — С каждой секундой гнев правителя королевства Одар, находящегося в своей крупнейшей и самой мощной из всех крепостей, рос и очень скоро стал неудержим!

— Кар, релакс, Григори. Я всё осознаю и рекомендую тебе согласиться. Я же не говорю тебе пойти в рабство. Всего лишь отдать дальние области королевства.

— Ты совсем там кукухой поехал, тупая ты курица⁈ Тебя что, имперцы переманили, и ты решил устроить диверсию? Да я тебя в чан с водой кину и сварю за такое! — не сдержав гнев, сэр Григори швырнул в птицу заклинание, но та словно предчувствовала беду и без проблем увернулась.

— Рискни, тупой болван! Что ты знаешь вообще, чтобы оценивать мой интеллект, тупица? Как смеешь ты, вояка отбитая, сравнивать свой недалёкий ум с моим и предполагать предательство⁈ Моя жизнь всё ещё под защитой Раки! Чтобы этим старикам там икалось… Вот печать! — шлёпнул ворон лапой по стене, и на ней появился магический отпечаток.

— Гр-р-р! Да я тебе сейчас все перья повыдёргиваю и не посмотрю на то, кто ты такой! Возомнил себя небожителем? Решил, что можешь мне указывать, что делать? На земли мои позарился? Хрен тебе! Я и тебя, и имперцев, и кого угодно переживу и передушу! Даже не мечтай, падла, о моём троне!

— Да сдалось мне твоё гнездо нищее!.. А вообще, давай! Попробуй поймать меня, остолоп неблагодарный! И тогда не вини меня, когда сдохнешь, а твои люди будут захвачены, армии разбиты, и вся твоя родня сбежит в Аву, чтобы стать там побирающимися нищими родичами любящего поорать придурка, что даже не спросит мудрого меня, почему я решил прийти к нему лично и предостеречь от беды! КАР!

С громким криком по всему залу разлетелась звуковая волна, из-за которой ближайшее к ворону стекло треснуло, и Асфодеус, уклоняясь от удара плетью сэра Григори, рванул прочь.

— Стоять! Я ещё не закончил!

— Я закончил! Кар! Раз ты такой придурок, поверивший в сиюминутный успех, удачи тебе сдохнуть позорной смертью на поле боя! Я обязательно донесу до совета, из-за чьей, кар, тупости они потеряли королевство Одар! Три миллиона подданных вскоре получат нового повелителя, если только ты не станешь на колени и не извинишься! Кар! Придурок безмозглый! Ты хоть читать не по слогам научился⁈

— Дай сюда! — выхватил ружьё у вбежавшей стражи сэр Григори и прицелился в птицу.

— КАР! — Асфодеус активировал воздушный щит и начал метаться, меняя направление.

«БАБАХ!»

— Сука! Промазал! Кривые поделки криворуких мастеров! — швырнул Григори однозарядную винтовку на пол.

— КАР! У тебя осталось шесть дней, придурок, чтобы спасти свою задницу и людей из Чёрного Авила. А потом мой братишка тебе все перья повыдёргивает.

— У меня нет перьев, тупица крылатая!

— ИСПРАВИМ! КАР! ОН ТЕБЯ В СТРАУСА ПРЕВРАТИТ! КАР!

Показав на прощанье центральное перо своего правого крыла, а остальные кое-как прижав, Асфодеус полетел обратно, успешно завершив свою миссию. К огромному сожалению членов совета Раки и Сергея Багрова… Но последний хотя бы ожидал подобного исхода и потому готовился как мог.

* * *

За столом сидели четверо: Я, Буров, Сухой и ОН. Тот самый неизвестный мне, но прекрасно знакомый двум другим переговорщикам человек. Воистину можно назвать горой…

Два с половиной метра ростом, широкоплечий. Длинная борода и волосы, тяжёлый взгляд, пудовый кулак. Я никогда не считал себя малышом, но рядом с этим гигантом ощущаю себя доходягой…

За его сшитыми на заказ одеждами скрывались воистину сильные мышцы. В сравнении с моими соратниками, само собой. Я давно превзошёл тот момент, когда размер имеет хоть какое-то значение. А вот внутри него плескалось целое море леденящей душу морозной магии.

Мне его представили, как господина Маршака. Я полюбопытсвовал, в какой роли он будет выступать на этих переговорах, и Сухой, кашлянув, сказал, что он просто наблюдатель, который передаст лично запись прошедших переговоров императору. Мол, не особо доверяет своим посланникам, что облажались в прошлые разы, и теперь хочет лично знать, что тут происходит, но государственные дела не дают ему связаться с нами по прямой линии.

Что же, понимаю… Меня всё ещё не считают достойным общаться напрямую с божественным императором, живущим которую жизнь подряд по меркам простолюдина. Но хотя бы так. Вода камень точит, и я сломлю все эти предрассудки и идиотобюрократизм.

— Хорошо сидим. Молчим, — постучал я пальцами по столу и перевёл взгляд со здоровяка на Петра Яковлевича.

— На самом деле тем так много, что я даже теряюсь, с какой начать, — неспешно произнёс он. — Может быть, с обмена?

— А хотите бобра погладить? — предложил я, внимательно следя за реакцией имперцев.

Сухой остался с ничего не выражающим лицом, словно раздумывал, что я такое имею в виду. А вот Маршак удивлённо поднял одну бровь, но промолчал.

— Прошу прощения, может быть, я как-то не так выразился. Речь об обмене пленными…

— Хороший бобёр. Добротный. В одиночку чуть не сделал то, что не удалось сделать всем вам: имперцам, слимам, архаритам, разбойникам и прочей нечисти…

— Сергей. Обмен. Бывший князь и его люди. Маги князя, отряд Дона Брайла…

— А они нужны вам? Забирайте этих ленивых редисок. На что обменивать будете? И сразу предупреждаю: бобра я вам не отдам.

Взгляд посланника императора впервые отклеился от меня и уставился на Сухого. Тот в ответ вздохнул и, выпрямив спину, сдался: