Опасный босс. Моя по договору (СИ) - Веер Астра - Страница 61

Обжорин оклемался. В суд его привезли на каталке с перебинтованной головой. Посадили раздельно с бывшим мэром. Да, в нашем городе произошли крутые перемены. Если Обжорин и так бы не скрылся, в гипсе далеко не сбежишь, то его сводный брат попытался. Но тут нам помог Николай Правдолюбов, он следил постоянно через агентов за передвижениями мэра после недавних событий с похищением Зайки.

Постепенно подтянулись мои друзья, некоторые сотрудники, кто выходной в автосалоне. Отца Полины я заставил приехать. Он с рыданиями бросался дочери в ноги, клялся, что хотел предупредить, но бандиты угрожали оружием и били в тот момент, когда добавлял слова не из заготовленной речи для ловушки. Частично верится, Полина убеждает меня, что слышала надрывный кашель, когда папа пытался ей намекнуть об угрозе. Но мои люди нашли у него в доме крупную сумму. Заработать он бы столько не смог. Похоже на вознаграждение за сомнительную услугу…

Отец Полины одним из первых дает показания. Мы не делали его соучастником, он важнее для нас как свидетель. Хотя на будущее, я лично буду следить, чтобы моя Зайка и двойняшки не пересекались с этим не внушающим доверия родственничком.

— Все хорошо? — беру Зайку за руку, ее прохладная ладошка немного дрожит.

— Да, я останусь, не хочу пропускать, — храбрится.

Наклоняюсь к ее ушку, шепчу:

— Куда хочешь поехать потом, чтобы грязь после суда из мыслей выветривать?

— На байках кататься! Ой, простите, — говорит удивленным, повернувшимся к нам сотрудникам.

А что они думали? Это моя девочка!

Хочет на байках, поедем на байках. После таких заездов у нас потом до-олгие жаркие ночи.

Отвлекся немного на приятное. Приходится возвращать к дерьму во плоти. Сначала берутся за Обжорина, он многое валит на сводного брата. Тот на него. Братья Полины в них бросаются кексами, которые приготовил Веня с начинкой из тухлых яиц.

— Получайте, уроды! Нашу сестру никому нельзя обижать!

— Вас только тюрьма от нас спасет!

— Тише-тише. Ваня, Веня, нас же выгонят, — Полина просит братьев не орать на весь зал.

— Ладно, часть кексов в конце еще бросим. Жалко, нельзя в них дротиками с током бросаться, а то я взял с собой парочку…

— Ванька, даже не думай! Это же опасно!

— А я ему говорил, ты будешь ругаться, — кивает Веня.

— Твои кексы лучше, что ли?

Я смеюсь, Полина охает, двойняшки перестают спорить, снова сплачиваясь против главных врагов. Но и без них шум в зале стоит. Адвокатов постоянно перебивают, десятки предупреждений нарушителям, в том числе, нам. Никто спокойно не выдерживает такое количество преступлений от сводных братьев, еще недавно считавшихся уважаемыми людьми. Но не мной. Я чувствую гадкий душок людей за версту. Так и с ними. Нюх не ошибся.

Возможно, потом назовут дела против мэра с Обжориным — главным событием года в нашем городе. Моя фамилия тоже мелькнет. Ну и пусть, я знал, с кем имею дело. И сейчас видеть эти зажравшиеся морды на скамье подсудимых, доказывает для меня, что боролся не зря. Об одном переживал, что откупятся сволочи. До конца судебного заседания переживать перестал. Сводные братья столько дел натворили, даже за решеткой не смогут спокойно сидеть.

Бывший мэр обвиняется в отмывании денег в мегакрупных размерах, давлении и присвоении многих объектов, принадлежащих бизнесменам, вложивших в свое дело всю жизнь. И самое утопающее — история с бывшим кандидатом в мэры. Он нашелся в подвале того дома, в котором держали Полину. Почти год в заложниках просидел.

Само собой, мэр вину отрицает, хрипит, имитирует сердечные приступы. При этом успевает на братца Игната свернуть, что это все он, везде лез, вообще отбился от рук.

С Обжориным еще веселее, в переносном смысле, разумеется. Тот действовал, вроде коллектора — отжимал частные помещения, так и открыл свои торговые сети. Мы нашли несколько пострадавших от его домогательств. Раньше женщины боялись заявить, он ведь угрожал и шантажировал. На суд они приехали и дали показания. Плюс ко всему пойдет за соучастие с бывшим мэром, он сводному брату помогал, расчищал пути, а тот прикрывал его, держал возле кормушки.

Во время перерыва судебного заседания ко мне подходит Николай Правдолюбов.

— Саша, с твоей помощью такой змеиный клубок разорвали. Наконец-то город станет чище на двух ничем не гнушавшихся крыс.

— Да что я, — пожимаю плечами. — Жаль, раньше их не схватили за задницы. Столько дел они успели натворить. Моя Полина находилась в опасности.

— Ну хоть так. Главное, все обошлось. Думать надо о будущем. Кстати, твое место в центре снова за тобой. Приедешь на повторное оформление?

Вот что-что, а желанное место для нового автосалона, на удивление, меньше всего беспокоит. То горел, готов был идти на обман, предъявлять фиктивную невесту ради достижения цели.

Но так уж вышло, что цель у меня изменилась.

— Спасибо, что помните. В ближайшее время буду занят. Пока не до новых проектов после последних событий.

— Понимаю. Вы столько пережили с Полиной. Если что, звони, я на связи.

Расстались с Николаем нормально. Насколько он понял меня, вообще не имеет значения. Ведь я уже бегу на свист судебного распорядителя. Ваня с Веней все-таки прорвались к преступникам и бой кексами продолжается, там и до дротиков недалеко.

***

Полина

Первые дни после судебных разбирательств и встречи с папой, оставляют еще тяжелый осадок. И в то же время дышится легче, могу не бояться за братьев, прогуливаться одна. Правда, чаще я все-таки с Алексом или двойняшками. Ну вот вчера и с Викой по магазинам прошлись. Пару раз ловила себя на мысли, что кто-то наблюдает со стороны. Да нет же, все в порядке. Пора привыкать к обычной жизни без всяких преследований.

Вот я и привыкаю. Сбежала ненадолго из автосалона в пекарню. Накупила два больших пакета выпечки на весь коллектив. Иду довольная, ничего не боюсь, в предвкушении приезда любимого босса из второго автосалона. Будет ворчать, что никого не взяла в помощь. Такой он у меня заботливый и беспокойный.

На парковке замечаю знакомые гламурные машинки. Золотистая, красная и белая. Дальше иду. А вот и владелицы. Возле входа стоят, подбоченились.

— Мы тебя ждем!

— Лгунья!

— Хотела нас провести?

Бывшие любовницы Алекса настроены явно воинственно. В прошлый раз целились в горло друг к другу, теперь готовы вцепиться в мое.

Только выдохнула с избавлением от Бульдога, теперь еще от этих болонок отбиваться.

— Девушки, хотите круассанчик? — предлагаю поделиться, в пакетах у меня всего полно.

— Знаешь, куда его себе засунь?! — грубо реагирует Гризли.

— Ты направила нас по ложному следу. А сама… сама… — тычет в меня длинным когтем Ворона.

— Забрала Алекса себе! Мы видели вас вместе! И вчера следили, как ты мило гуляла с женой его брата, а потом он приехал за тобой. Что на это скажешь?

Ух, как Моль компроматами бьет.

Судят без адвоката!

— То есть, вы в курсе всего?

— Ну еще бы! Даже репортаж про вас вышел, связанный с преступлениями бывшего мэра. Тебя он официально назвал своей девушкой. Отрицать, что ли, будешь? — Гризли надвигается со злобным лицом.

Та-ак… надо подумать. Пончиками, круассанами и кексами получится от них отбиваться? Ну я-то не промажу, подпорчу красотулям макияж. И что, опять потом бояться без сопровождения гулять? Оглядываться, не подкрадываются ли модельки с пилой?

— Вы зря меня обвиняете. На самом деле, я и есть пострадавшая, — поглубже вздыхаю, стараясь казаться печальной.

— И как это ты пострадавшая? Из какой-то там помощницы прыгнула в официальные отношения с боссом! — Недоверчиво хмурится Моль.

— Дело в том, что я по незнанию прошла тайный обряд. Не хотела, не думала, но прошла и пути назад не получится.

— Опять врешь! — Гризли сжимает кулаки.

— Хорошо, считайте, что вру. Тогда не узнаете про тайный обряд, как достаются олигархи и боссы.

Моль с Вороной затыкают Гризли, просят объяснить, а то они мне верить не собирались.