Сделка - Белова Дарья - Страница 11

Над Шанхаем сгущаются тучи. Огромные, темно-синие облака заволокли все пространство над трассой.

Гоняться в дождь – не самое мое любимое занятие, если быть честным. Да и кто-то вообще любит?

Настраиваюсь задолго до старта. Мысленно проделываю то же, что и всегда: легкая разминка, крепление шлема и защиты, довольно странная посадка в узкий кокпит. Под нос пою любимые песни.

– Удачи, – Сэм протягивает руку и потом хлопает по плечу.

Вынужден улыбнуться. А это тоже не самое мое любимое занятие – улыбаться. Я же на Майк Марино!

Старт гонки через десять минут. Трибуны уже ревут, заглушая музыку. Все команды со своими болидами выстроились на старт-финишной прямой, согласно местам после пройденной квалификации.

Моя позиция вторая. Я за Тимуром Сафиным. Вновь.

Наши шины прогревают, чтобы гонщик максимально быстро вкатился в трассу. Асфальт сухой, мы начинаем со сликов (От автора: гладкие покрышки без протектора), но готовимся к дождю в любую минуту. По прогнозам он начнется не раньше двенадцатого круга.

По сигналу команда покидает трек. Остаются только двадцать болидов и двадцать пилотов в них.

Настроение дерьмо.

– Предположительное время начала дождя – девятый круг, – сообщает по радио Сэм.

Отлично, че!

– Save.

Сейчас я бы предпочел завалиться на диван с миской шоколадного мороженого. Возможно, пригласил бы и Марту. Она до сих пор раздражающая, но смешная. Девчонка заставляет меня улыбаться и напоминает мне старую мягкую игрушку, которая нуждается, чтобы ее помыли, зашили дыры и поиграли.

Задерживаю дыхание, пока огни не гаснут.

Первый поворот – правый, затяжной. Он сразу переходит в левый. Скорость на этом участке не максимальная. Да и машины все еще трутся колесо в колесо, увеличивая риск аварий.

Вылететь на первом круге – верх идиотизма и тупизма. Если это произошло с тобой, задумайся. Тебе точно не место среди топовых гонщиков планеты.

Напряжение возрастает, когда мы приближаемся к длинной прямой.

Внутренне я дал себе твердую установку – обогнать Сафина, чего бы мне это ни стоило. Мы начинаем уходить в отрыв от остальных участников. Даже Майк Марино, который следовал за мной, обогнав сразу два болида, теперь на расстоянии целой секунды.

Над трассой становится совсем темно. Дождь будет сильным, как и в прошлом году.

Стараюсь освободить голову от лишних мыслей.

По радио просят менять какие-то настройки, о которых я в корень не секу. О чем и сообщаю Сэму. Прошу оставить меня в покое. Я гоняю!

После начавшегося дождя, стремительно еду менять шины. Обогнать Сафина так и не удалось к этому моменту. В чем причина – не знаю. У моего болида достаточная скорость, но, кажется, у красной команды скоростной ресурс намного выше.

Это удручает. Необходимо будет нашу машину дорабатывать. Не дело – позволять кому-то быть лучше нас.

На трек мы возвращаемся в том порядке, как и начинали. Лидирующий в гонке все еще Тимур Сафин.

В дождь любое неверное движение может привести к сходу, но не рисковать?… У кого-то получается, у кого-то нет.

Дважды был режим «желтых флагов» (От автора: на трассе источник опасности: работающие люди, остановившаяся машина, обломки).

Пару «малышей» выбыли из игры. Не то чтобы их жаль – это спорт. Довольно жестокий, опасный и безумный, но я вспоминаю свою самую первую гонку, когда я не справился с управлением и влетел в стену на предпоследнем круге. Я был в очковой зоне и мог принести команде целых десять.

Отец был недоволен. В тот момент это огорчало больше всего, но и послужило хорошим уроком.

– Дождь рассеется к последнему кругу, – передает Сэм.

Асфальт влажный, если не мокрый. Кое-где лужи, которые увидеть довольно сложно на такой скорости. Но чувствуешь ты их сразу. Болид будто «плывет», управление делишь с трассой.

Преследую Сафина и пробую то и дело его атаковать, пока Тимур не ошибается. Он цепляет белую линию. Та слишком скользкая, и Сафин теряет управление. Это дает мне сильное преимущество.

Уверенно обгоняю гонщика «Вороных коней» и выбиваюсь в лидеры гонки. Сафин выруливает на трек обратно, теряя при этом драгоценные секунды. Представляю, как он сейчас ругается.

Ошибка новичка, Тимка.

Посмеиваюсь по-тихому.

– Good job, man (англ.: Хорошая работа)

– Yeah (англ.: Да; разг.)

Сохраняю спокойствие, но в груди бурлит все от радости. Сколько бы раз ни держал кубок и ни поднимался на подиум, каждый – какой-то особенный. Волнительный. Наполненный чем-то счастливым и редким.

Думаю об отце. Сегодня он будет мной доволен. Обычно папа присутствует на всех моих гонках, но вот уже второй этап пропускает по неизвестным мне обстоятельствам.

Его требовательность, строгость, в чем-то жестокость и несгибаемость сделали из меня того, кем я есть. Благодарен? Еще бы.

И когда-нибудь он будет мной гордиться. Нужно только стать чемпионом.

– Это P1! (От автора: Обозначение первого места в результате гонки)

– Да. Спасибо вам. Нужно кое над чем поработать, но вы молодцы, ребята, что собрали классную машину. Это успех!

Эпизод с моим обгоном уже крутят на экранах по всей трассе «Шанхай». Выглядит довольно эпично. Еще все это в дождевой дымке, под рев фанатов и гул различных моторов.

Паркую свой болид у таблички с первым номером и выхожу. Ам-м-м… Выкарабкиваюсь и выпрыгиваю. Так будет правильнее сказать.

Территория уже огорожена, и я вижу свою команду: руководителя и механиков.

И Марта Вавилова.

Она крайняя. Глаза черные, огромные. Губы издалека кажутся бледными и холодными. Ни румянца нет, ни загара, хотя ее кожа довольно темная, оливковая.

Смотрю на свою девушку и жду улыбки. Победил же. Вырвал победу у Сафина. Да, все произошло из-за его ошибки, но это игра, гонка, где твоей ошибкой пользуются другие. Здесь нет того, кто протянет руку помощи на треке, если оступился.

Снимаю шлем, следом балаклаву. На голове, наверное, взрыв. Чувствую влажную кожу на висках. Несколько капель пота стекают и утопают в горловине защитной водолазки.

Марта стоит и заламывает пальцы. Она не просто волнуется, ей страшно.

Иду размеренным шагом. Я же не из тех, кто кидается в толпу от радости своей победы. И первое, что делаю, останавливаю свой взгляд на девчонке.

Она облизывает губы, и те чуть-чуть приобретают цвет.

Кажется, что все-таки хочу узнать, какие ее губы на вкус. Чистое любопытство. Эксперимент. Очередная попытка забыть любимые губы.

Наши лица близко. Марта выдыхает, и ее дыхание скользит по моей щеке теплым потоком. Взгляд с поволокой, моргает медленно. Изучаю каждую реакцию и запоминаю. Если она играет, то из нее выйдет отличная актриса. Если же нет…

– Поздравляю с победой, Алекс. Я…

Договорить не успевает. Наклонившись, касаюсь ее ледяных губ. Руки Марты тянутся от моих плеч к шее. Пальцами она зарывается в мои влажные волосы. И мне, вопреки всему, хочется притянуть ее к себе и вытащить из охающей назойливой толпы.

Нас снимают, фотографируют. Толпа продолжает визжать, пока целую свою фиктивную девушку согласно пункту договора.

Поцелуй получился сладким, как и победа. В общем, печенья с предсказаниями не врут.

– Довольно неплохо для первого раза, – шепчу, чтобы никто не слышал.

Отстранившись, мы по-прежнему на микроскопическом расстоянии друг от друга. Несмотря на ограждение, я рядом. Меня ждут в комнате отдыха, потом по плану награждение. Но остаюсь стоять и смотреть в глаза той, чьи губы остались номером два.

Наверно, я просто проклят.

На щеках Марты выступает румянец. Оживилась, заулыбалась, зубки свои даже показала. Ее руки остаются на моей шее. И я снова наклоняюсь, чтобы поцеловать. В этот раз раздвигая языком губы и вторгаясь в ее рот. Мои рецепторы подсказывают, что она ела шоколадное мороженое…

– Извини, – говорю, разрывая поцелуй, и ухожу вслед за Сафиным в комнату отдыха. Мне и правда не помешает охладиться и успокоиться.