Академия: Прощение и согласие (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 53

Я кивнула, перевернув банан и держа за основу.

Темные глаза Норта сузились на мне.

− Ты внимательна? − спросил он.

Что сейчас?

− Да.

− Ты держись его вверх тормашками.

Я проверила его. Я держала банан основой вниз.

− Да, − подтвердила я.

Его глаза ярко вспыхнули.

− Что ты делаешь?

− Открываю его, − ответила я, вскинув голову, и поднесла пальцы к черному краю банана, надавливая на него.

− Ты разве не ешь бананы? − спросил он, — Его раскрывают с корня.

− Нет, ты нет, − ответила я, перестав делать то, что я делала. Моё сердцебиение ускорилось. Это были последствия от наркотиков, о которых он меня предупреждал?

− Сэнг, − рявкнул он, бросив нож на стол с силой и выхватив банан.

− Ты открываешь его неправильно.

− Я знаю, как открыть его, Норт, − рявкнула я в ответ.

Он вздрогнул, но сузил глаза, смотря на меня, пока пытался оторвать корень. Корень оторван, но кожура не слезла. Он фыркнул, проведя по краю ногтем вдоль кожуры и отделил шкуру таким образом.

Я самодовольно улыбнулась ему.

− Ты повредил банан.

− Ты можешь отрезать эту часть.

− Ты забрал мой нож, − подметила я. − Будь так добр, позволь мне делать мою работу? Я могу открыть чёртов банан.

− Ты дурью маялась.

— Я ещё даже ничего не сделала.

Мои глаза зажглись и смотрели на него, мой голос повысился до высокого тона.

− Ты забрал его у меня до того, как я его открыла.

− Что вы кричите? − спросил Натан, проходя мимо с полным подносом тарелок. Он поставил его у раковины, вытерся и повернулся к нам. − Что не так?

− Норт не даёт мне чистить бананы.

Натан приподнял бровь.

− Чувак. Серьёзно?

− Она это делает неправильно, − ответил Норт. − Она мстит мне за прошлую ночь или что-то вроде того.

− Хорошо, − сказал Натан, ухмыльнувшись и повернувшись, чтобы открыть горячую воду.

− Что? Нет! − воскликнула я. − Я просто чистила бананы. Я не собиралась никому мстить.

− Теперь сделай это, − сказал Норт. Он положил банан и скрестил руки на груди. − Делай.

Натан самодовольно улыбнулся нам, прислонившись к раковине спиной. Он наслаждался этим! Когда я взглянула на Люка, он делал тоже самое, тихо наслаждался шоу. Дядя тоже был за стойкой, наблюдая, его губы расплылись в улыбке.

Я поджала губы, смущенная тем, что он выставил меня идиоткой из-за такой мелочи. Почему он такой подлый? Я оторвала банан от связки, держа корнем вниз и пальцами взялась а черный кончик.

− Я сказал, делай правильно, − рявкнул Норт, протянув руку, чтобы забрать банан у меня.

Я сделала шаг назад, чтобы он не достал. Я пристально посмотрела на него, сжала черный кончик и шкура снялась легко под моими пальцами. Я вытянула шкуру, показывая чистый банан без оторванного корня или поврежденного края.

− Я могу открыть дурацкий банан, Норт.

Я протянула, чтобы показать ему, что я сделала.

Он остановился широко открыв рот. Его глаза расширяясь, посмотрели на банан, а потом на моё лицо.

− Сделай это снова.

Я вернулась на место медленно, думая шутит ли он надо мной или собирается шлёпнуть по бедру или ещё где-нибудь, как другие делали, когда я что-то делала неправильно. Я оторвала ещё один банан из связки, держа корень внизу, сжала по середине и сняла кожу легко. Я вытянула банан без повреждений.

Глазами он следил, что я делаю, нев внезапно ушёл, и на его место пришло настоящее любопытство.

− Где ты научилась так делать?

− У обезьян.

Его глаза широко распахнулись.

− Что это значит?

− Так обезьяны чистят банан.

Натан и Люк резко рассмеялась вместе, с руками на животах.

− Вот чёрт, − сказал Натан, вытирая глаза. − Арахис, это великолепно.

− Она просто раскатала тебя, Норт, − сказал Люк лучезарно улыбаясь.

Плечи дяди тряслись, будто он смеялся. Он казался снова довольным. Но под его мягкой улыбкой что-то скрывалось. Это выглядело как одобрение, ему нравилось, что мальчики дружат с такой как я.

Норт фыркнул, потряс головой и вернулся к нарезанию клубники.

Я вздохнула. Он закончил придираться ко мне? Я не хотела быть такой умной, но он даже не дал мне шанса. Я успокоила огонь в сердце, приготовившись разделывать бананы, чистить фрукты и выкладывать кожуру на тарелку.

Когда остальные вернулись к работе, а я приступила к очередному раунду чистки второй связки бананов, Норт толкнул меня локтем в руку.

− Да? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос не звучал раздраженно. Я устала бороться.

Норт повернулся ко мне, держа в руках тонко нарезанный кусочек клубники. Он поднес ее к моим губам. Его глаза встретились с моими, теперь более мягкие. Его тонкий хмурый взгляд спрашивал меня, злюсь ли я все еще, не спрашивая вслух.

Я поняла, чего он хотел. Я открыла рот. Он подтолкнул клубнику к моим губам, отправляя ягоду мне в рот. Кончик его пальца коснулся моих губ, прежде чем он отстранился.

Я прожевала клубнику и мягко улыбнулась. Я не злилась. Я только хотела, чтобы он доверял мне так, как он часто просил меня доверять ему.

Что-то привлекло мое внимание, и мои глаза встретились с глазами дяди.

Мое сердце бешено заколотилось от выражения его лица.

Он хмурился. Он был свидетелем интимного момента, который я разделила с Нортом, и не одобрял его.

Я сосредоточилась на своей работе, сбитая с толку, неспособная задать кому-либо вопросы, возникающие в моей голове.

25. ПРЕДЕЛ РЕВНОСТИ

Мы провели два часа за приготовлением десертов, булочек, разрезанием овощей и т. д. Когда уже почти было всё готово к обеду, Дядя прогнал меня, Натана и Коту. Мы помогли достаточно, и он хотел потренировать других.

Этим вечером я свалилась в кровать в доме Натана. После обмена ударами с Котой и Натаном, работы в закусочной и из-за поздней ночи до этого, я устала.

Я проснулась завернутой в одеяла на кровати Натана. Моргнула, потянулась, зевнула и села, и обнаружила, что я одна. Они когда-нибудь спят?

Я почувствовала пряный запах Коты и кожи и кипариса Натана. На другой стороне кровати лежали подушки, которыми кто-то пользовался, я подумала, что, возможно, парни спали со мной и встали прежде, чем я встала. Это удивило меня. Они позволили мне отоспаться? Они никогда так не делали.

Я выползла из кровати Натана и споткнулась о ковёр. Стало не по себе. Я вышла в коридор.

— Кота?

Тишина.

Я прошла в кухню, всё ещё испуганная.

— Натан?

Ничего.

Я вздрогнула. Кухня была чистой. В зале было тихо. Я проверила ванную. Дом был пуст.

Я проверила снаружи, дверь сарая была заперта, в бассейне и дворе не было движения.

Я остановилась в зале и не знала, что делать. Они в закусочной? Я подозревала, что парни не разбудили меня, вероятно, из-за того что у них дела Академии. Я удивилась тому, что они ничего не сказав, ушли. Или сказали, но я, возможно, была слишком сонной, чтобы запомнить что-нибудь.

Но больше всего меня удивило, что никто не позвонил и не проверил.

Я нашла телефон в кровати Натана завернутый в простыни. Когда я нажала кнопку, телефон не включился. Я буркнула, осознав, что не зарядила его.

Я стояла в спальне Натана, не понимая, что делать. Меня удивило, как сильно теперь я полагалась на других. Я чувствовала себя неловко, оставшись одной в доме Натана, и я не знала, что мне делать целый день. Поразительно!. Прежде чем я подумала, что это странно, казалось, что Кота руководит каждым моим движением, а теперь я потеряна и жду его. Насколько странно это звучит?

Я заглянула в шкаф Натана, взяв шорты и футболку на сегодня. Даже тогда я колебалась, раздумывая над тем, чем мне заняться и потребуется ли мне что-то ещё надеть. Не зная, что ребята хотят, я думала, что каждое моё движение выглядит неловким. Можно было попытаться провести день отдыхая и делая то, что хочу, но глубоко внутри я знала, что хочу быть рядом с ними. Правда была в том, что я наслаждалась их компанией и была счастлива и удовлетворена, когда была с ними. Я не чувствовала себя так одиноко, а наоборот уверенно, когда они были рядом.