Наш новый учитель – Дракон (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 2

Мы переругивались полушепотом, чтобы не привлечь внимание классной дамы. Наверное, со стороны кажется, что змеи поют, подумала я со стыдом. Зря я поддалась на провокацию. Не должна первая ученица позволять себе гнев. Смирение и благородство, достоинство и выдержка! – приказала я себе.

– Нашего будущего учителя боевой магии зовут Кайрен Шторм, – упрямо сказала Тара, – Директриса упомянула его имя.

– О, Сила Небесная! – картинно вздохнула Адриана. – Вот теперь я точно знаю, что ты заливаешь. Я слышала про Кайрена Шторма. Он обучал принца Ингвара сабельному бою. Кайрен – боевой магистр второй степени. Он покрыл себя славой и верно служил королю. Но всю жизнь провел в казармах, на плацу, на поле боя. А значит, он натуральный солдафон! Кто такого пустит в Академию? Нам от таких нужно держаться подальше.

– Я тоже слышала про Кайрена Шторма, – Барбара вытаращила глаза. – Говорят, у него все лицо обезображено шрамами!

– А я слышала, что он потомок троллей, огромный и страшный, – подхватила Лиза.

– У него прозвище – Дракон, – сказала Тара, и все замолчали.

– Странное прозвище, – Хельга задумчиво почесала нос. – Это ведь ругательное слово. Драконы ведь... ну... мерзкие. Они чуть не погубили наше королевство.

– Его так назвали за ярость в битве, – сообщила Барбара. – Он сильный маг.

– Да, так его кличут, – подтвердила Лиза. – Возможно, его род идет от драконов. Говорят, он ест девственниц на завтрак! И на обед. И еще одну забирает в спальню.

– Чтобы подкрепиться ночью? – округлила глаза Тара. – Он такой прожорливый?

Лиза прыснула в ладошку.

– Что и требовалось доказать! – всплеснула руками Адриана. – Тара все сочинила. Кто поставит к нам такого учителя? Кто вообще допустит подобного мужчину в Академию? Чему он нас научит? Как ругаться и кутить? Фу!

Точку в разговоре поставил окрик классной дамы:

– Всем строиться! Выходим в коридор!

Наш класс вышел за дверь и растянулся по коридору парной цепью.

– Встать для осмотра! – распорядилась Розга.

Она медленно прошла от последней пары до первой, придирчиво оглядывая воспитанниц.

Тонко свистнул стек, Барбара ойкнула и потерла предплечье, но тут же вытянулась под немигающим взглядом Розги.

– Не сметь горбиться, Барбара, – прошипела Розга. – Где ваша осанка?

– Простите, госпожа Розалия, – пролепетала Барбара, глотая слезы. Розга и ее стек били больно, с оттяжкой.

– Идем в Золотой зал, и ни звука, – объявила классная дама. – Торжественное собрание начнется через десять минут. Потом сразу в комнаты для урока.

Мы двинулись по бесконечным, просторным коридорам замка Элфорд.

Шли торопливо, молча, только юбки шуршали. Разговаривать теперь было нельзя, хотя меня так и подмывало расспросить Тару. Что именно она услышала в учительской?

Адриана права. Быть такого не может, чтобы королева, наша попечительница, дозволила учить девушек боевой магии. Зачем нам эти уроки? Будущие мужья должны нас защищать. Наш удел – сидеть дома и быть им хорошими женами.

Но все же в моей груди разгорелся огонек волнения. Все-таки было бы здорово познать тайны боевой магии. Управлять мощной силой, воздвигать магические барьеры, двигаться, бежать, лететь! Хоть какое-то веселье, хоть какое-то разнообразие в унылом распорядке.

Высокие двери распахнулись сами по себе, и мы вошли в Золотой зал, где наставники и ученицы Академии магически одаренных благородных девиц собрались для торжественной встречи в первый день нового учебного года.

Название «Золотой» он носит не зря. Пол в нем малахитовый, насыщенного цвета морской волны, с золотыми прожилками. Потолок зеркальный, а стены украшены золотыми барельефами – объемной картой королевства Алмерия со всеми ее реками, долинами, горами, деревнями и городами.

Барельеф, изображающий столицу, Аденавинну, выполнен особенно тщательно. Замок Элфорд можно изучить во всех деталях, включая Королевскую башню и Арсенал, а также крыло Академии.

Окна в зале узкие, стрельчатые. Падающий сквозь них свет рассекает зал золотыми полосами. Между рамами поблескивают туго натянутые струнные шторы. Собственно, это и есть магически зачарованные струны. Во время праздников они исполняют прекрасные мелодии.

Полно и других скрытых музыкальных инструментов. Дальняя часть зала, где располагается сцена, обрамлена аркой на малахитовых колоннах, а колонны украшены медными фигурками тритонов, трубящих в раковины, и нимф с литаврами. Они с часовым подзаводом, и оживают в нужный момент, когда прикажет им придворный механик.

Потрясающее помещение. Похожее на внутренность волшебной табакерки. А мы, воспитанницы, словно заводные фигурки в ней. Шагаем изящно, но с механической точностью. Выстраиваемся, повинуясь команде, застываем, выпрямляемся...

– Проходим скорее, – недовольно поторапливала нас классная дама.

По залу, отражаясь от стен, носился сдержанный шепот. Народу было полно. Остальные классы уже в сборе, все три курса.

Розга провела наш класс на свое место, во второй ряд. В первом ряду жались оробевшие от испуга «мыши», то есть, первокурсницы, только что прибывшие в Академию. Свое прозвище они получили за серый цвет форменных платьев.

За нашими спинами неподвижно стояли гордые «кляксы»-третьекурсницы. У этих платья черные.

Ну а мы, второкурсницы, носили некрасивое прозвище «фингалы». Платья у нас, понятное дело, были грязно-синего цвета, в точности как синяки, с которыми частенько щеголял мой брат.

Общим в форменной одежде учениц были лишь белые пелеринки, манжеты и фартуки.

По прическе тоже можно определить, на каком курсе ты учишься.

Первокурсниц стригли коротко, «под скобку», и заставляли убирать волосы под ободки.

Ко второму курсу волосы у нас отрастали, и мы должны были забирать их в строгий «хвост».

Ну а третьекурсницам, тем, кому уже исполнилось двадцать один, уже разрешалось заплетать косу. Гладко, чтобы ни один волосок не выбился. Локоны, укладки – это все потом, когда девушки выпустятся из Академии и поступят в распоряжение своих будущих мужей. А пока – единообразие и строгая дисциплина.

В каникулы мы получили немного послаблений, но сегодня им придет конец.

Впрочем, я радовалась, что вакации закончились. От учебного года эти два месяца отличались только тем, что уроков не проводилось. А значит, в Академии было очень скучно.

Мы должны провести в Академии безвылазно три года, как в тюрьме, с восемнадцати до двадцати одного года. Домой учениц не отпускали, а свидания с родными дозволялись лишь раз в неделю.

Причина таких строгостей проста: оградить нас от пагубного влияния большого мира. Нас пестовали в Академии, как нежные цветы в оранжерее.

Готовили стать достойными членами высшего общества, добродетельными и скромными женами. И наукам учили соответствующим. Боевой магии среди них, конечно, в них не было места.

Но вдруг Тара все же сказала правду?

Меня потряхивало от любопытства и предвкушения. Ничего, вот-вот все выяснится!

Глава 2

По струнным шторам прокатилась волна. Громко, с нарастанием, прозвучал торжественный аккорд.

– Тихо! Спины прямо! – предупредила Розга.

Ровена ойкнула – классная дама незаметно хлестнула ее стеком, заставляя выпрямиться.

Мы застыли, как солдатики. В зале воцарилась звенящая тишина.

На полукруглую сцену у дальней стены поднялась госпожа Лисандра – наша почтенная директриса.

Вот у кого спина вечно прямая! Как будто кол проглотила. Седые волосы уложены в высокую прическу, черная юбка накрахмалена до такой степени, что стоит колоколом, белоснежный воротник подпирает морщинистые щеки, нос-клюв горделиво задран.

– Дорогие воспитанницы Академии благородных девиц, я счастлива объявить начало нового учебного года!

Она величественно взмахнула тонкой рукой, в которой был зажат директорский стек – золотой, заряженный магией.