Наш новый учитель – Дракон (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 55

Ох какая ложь! Конечно, я хотела глубже освоить эту науку, да еще под его руководством. Но нужно придерживаться прежнего решения – как можно меньше проводить времени с магистром Штормом.

– Это не обсуждается, Эмма. Занятие завтра после уроков, в гимнастическом зале. Час группового занятия с твоими подругами, и час – отдельно с тобой.

Глава 19

Слова магистра разбередили мою душу. Я мысленно возвращалась к ним, и из-за этого опять не спала полночи.

Кайрен Шторм считает, что мне не место в Академии. Что я должна стремиться к другой жизни. Но к какой – другой?

Кое-что магистр угадал верно.

Я была благодарна Валфрику за то, что он дал мне возможность учиться в Академии. Здесь я получу прекрасное образование. Оно откроет мне путь в высший свет. Здесь меня научат всему, что требуется знатной даме. Здесь я живу, не зная серьезных бед и тревог.

Конечно, как и все девушки, я возмущаюсь строгими правилами, невкусными обедами, требованиями преподавателей. Но по большому счету меня все устраивает. Я не дурочка, понимаю, какой шанс мне выпал.

Но все же часто случались мгновения, когда стены Академии словно начинали давить. Бывало, сижу на уроке, переписываю заданный нравоучительный текст, а в голове рождаются дикие фантазии и желания.

Хочется далеко отшвырнуть книгу. Сказать наставнице дерзость. Выбраться ночью из окна, отправиться бродить по городу, встретить на улице красивого незнакомца и первой подойти к нему!

Или же подняться на башню Арсенала, раскинуть широкие, сильные крылья, и взмыть в небо, как древний дракон.

Кайрен тысячу раз прав: во мне живет Хаос! И с каждым днем становилось все труднее усмирять его.

Нужно понять, чего я действительно желаю. Привычное существование окончательно перестало меня удовлетворять после того, как в Академии появился магистр Кайрен Шторм.

Он сказал, что из меня выйдет отличная боевая магесса. Неужели я хочу стать боевой магессой?

Взять сержанта Гедвигу, которая теперь вела у нас гимнастические занятия. Девочки быстро ее полюбили, но втихую смеялись над ней, потому что она носила брюки, коротко стригла волосы и порой выражалась, как мужчина. Она была уверенной в себе, веселой, и смотрела на мир так, словно он ей принадлежит.

Однако она не обзавелась мужем и детьми, и вряд ли обзаведется, потому что лет ей было уже немало. Сержант Гедвига жила в казармах. Сама заботилась о себе. У нее не водилось красивых платьев и украшений. Ей приходилось ввязываться в драки, подчиняться приказам, и самой укрощать грубых мужчин-солдат. Разве это правильная жизнь для женщины? Такого хочет для меня магистр Шторм?

«Ну, может это и неправильная, но интересная жизнь, – подумалось внезапно. – Уж получше, чем заглядывать в рот Валфрику, выслушивать его хвастливую болтовню и рожать ему детей».

Но разве я могу бросить Академию, чтобы стать боевой магессой?

Бред, глупость! Это невозможно. Да и не выйдет из меня солдата. Шторм сам сказал, что для боевой магии нужен хороший заряд ненависти. Нет во мне никакой ненависти, я скромная и добропорядочная барышня. И трусливая – вон как растерялась тогда, в Черном коридоре!

«...Растерялась, но потом собралась, – возразил внутренний голос. – И признайся, в тот миг тебе было не только страшно. Ты почувствовала себя сильной и живой. Тебе понравилось подчинять Хаос, но и понравилось быть в его власти. Так что не лукавь, пожалуйста».

Но я не собиралась сдаваться. Магистр Шторм – подлинный Дракон в том, что умеет смутить и посеять сомнение. Не стоит всецело ему доверять, хотя порой очень хочется.

Мои подозрения по поводу Кайрена получили подтверждение после сенсационного признания Тары на следующий день.

День начался как обычно. С окрика Розги, умывания. Вот только гимнастическое занятие отменили, сразу погнали на завтрак, а потом на уроки.

Участницы вчерашнего приключения, включая меня, ходили как в воду опущенные. Койка Ровены пустовала ночью, ее оставили в лазарете. Вчера, перед тем, как отпустить нас на покой, директриса вызвала каждую и взяла строгое обещание никому не говорить о проклятых гобеленах Черного коридора и о том, что произошло.

Директриса была сердитой и встревоженной, она твердо решила замять происшествие. За месяц случилось уже два загадочных инцидента, но госпожа Лисандра упорно не желала видеть в них что-то иное, нежели досадные промахи.

Причина понятна: попечители и родители будут крайне недовольны, а желающих занять место директрисы – уйма. Виновные, – доктор и эконом, – нашлись быстро, их было удобно и легко сделать козлами отпущения безо всяких последствий. Осталось пресечь слухи, но в этом госпожа директриса поднаторела. Никто из воспитанниц или наставников не хотел вылететь из Академии с черным письмом.

Кое-какие меры госпожа Лисандра все-таки приняла. Утром в Академии появились люди с нашивками магов королевской службы – подчиненные магистра Гримвара. Они сновали по классам и коридорам с сосредоточенным видом, к чему-то прислушивались, принюхивались, приглядывались. Порой бормотали заклинания, делали руками пассы.

– Обычная проверка магического фона, – сухо объяснила классная наставница. Но мы догадались, что маги ищут другие ловушки и опасные артефакты.

– Эмма, я боюсь, они совсем изведут дракрыс, – огорченным шепотом пожаловалась мне Лиза в столовой во время обеда. – Это жестоко. Бедные создания ни в чем не виноваты. Им так понравилась моя музыка! Я думаю, они разумные. Существа, которые ценят искусство, не могут быть глупыми.

– Нашла о ком беспокоиться – о привидениях крыс, – угрюмо ответила ей Тара. – Тут как бы Академию совсем не закрыли. Тебе-то что: у тебя родители богатые. А как быть таким, как я и Эмма? Возвращаться домой без диплома, недоучками?

– Схожу еще раз в Черный коридор, проверю, как там дракрысы, – решила Лиза, не слушая Тару. – Может, они опять выйдут ко мне. Маги подтвердили, что теперь в коридоре безопасно. Хотите со мной, девочки?

– Нет, и тебя не пущу, – отрезала я.

Лиза замолчала, глянула на меня обиженно и отсела подальше, за другой стол.

На ее место пересела Тара.

– Эмма, нам нужно поговорить. Хочу рассказать тебе кое-что важное, – заявила Тара, пряча глаза. – Это связано с тем, что случилось… и еще кое с чем.

– Ну так говори.

– Не здесь. Лучше куда-нибудь отойдем – подальше от чужих ушей.

После обеда нам давали получасовой отдых, но мы с Тарой не остались в гостиной, а спустились на первый этаж, в туалет возле гимнастического класса, откуда мы месяц назад совершили грандиозный ночной побег.

Тут ничего не изменилось: все также пусто, грязно. Окно закрыто на задвижку. Я с тоской бросила взгляд на кусочек неба, который виднелся сквозь мутное стекло.

Стоит встать на раковину, подтянуться, откинуть задвижку, и вот она, свобода.

Но нет, я больше не собиралась рисковать. Довольно с меня опасных приключений.

Тара проследила за моим взглядом, вздохнула, и я поняла, что она думает о том же, о чем и я.

– Ну, говори, – поторопила я ее.

Тара прислонилась к стене, сложила руки на груди, насупилась.

– Сначала я хочу задать тебе два вопроса. Ответишь?

– Не могу обещать, пока их не услышу, – мой голос прозвучал недружелюбно. Я все еще сердилась на Тару за ее скрытность. Это я должна задавать ей вопросы, а не она мне.

– Вопрос первый: ты веришь, что заколдованные гобелены оказались в коридоре случайно, по вине эконома?

– Ты все-таки думаешь, что это была ловушка? На кого? На нас, воспитанниц?

– Да, я так думаю. А ты?

– Директриса и наставники не считают, что это диверсия. А у меня недостаточно сведений, чтобы делать какие-то выводы. Но согласна: происшествие подозрительное.

Тара удовлетворенно кивнула.

– Теперь второй вопрос. Ты веришь магистру Шторму?

Когда внезапно прозвучало имя магистра, меня словно дернуло, в голову ударил жар.