"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Катлас Эдуард - Страница 716

– Я ничего не изображаю, – пожал плечами Кратов. – просто любознательный.

– Они любознательные, – бухтел себе под нос Хельмут. – А кто я такой, им, стало быть, знать вовсе даже и неинтересно…

– Да я уж и так знаю, – сказал Кратов.

– Что значит «и так знаю»?! – насупился Хельмут.

– Шут с ними, со спецслужбами, – сказал Тиссандье. – Как и политика, это не та реалия моего времени, о которой я стану проливать слезы. Но во что вы превратили религию?!

– В то, чем она и была изначально: в убежище для смятенных духом, – пояснил Кратов.

– Я застал еще время, когда священников принудительно включали в состав дальних экспедиций, порой вместо неверующих навигаторов и ученых, – сообщил Тиссандье. – Нам просто повезло. Православный священник ограничился тем, что освятил наш «Луч XII». Раввин отказался лететь по туманным соображениям ортодоксального характера: какая-то проблема с субботой. Мусульман в экипаже не было вовсе. А католикам было не до нас: выбирали нового Папу. Наш командор Гримальди, глубоко и искренне верующий человек… хотя и последний, кого можно назвать «смятенным духом»… помнится, сильно переживал, что не узнает, кого выбрали. Недавно мы с ним побывали в Ватикане, имели аудиенцию у Петра-Павла III. Очень приятный молодой человек, лет эдак восьмидесяти, большой любитель астрономии, ценитель хорошего коньяка. Встретил нас в джинсах и кепочке, на площадке для гольфа. Гримальди был просто убит: он решил, что все то время, пока он отсутствовал, выбирали неправильных Пап.

Тиссандье бросил взгляд на старинные часы со стрелками, что висели на стене прямо над головой Хельмута.

– Заболтался я с вами, – промолвил он озабоченно. – А мне еще кой-какие вещи собирать, вечером – на Марс…

– Так что это значит: «и так знаю»? – грозно спросил Хельмут у Кратова. – Откуда вы можете знать?

– Вепрь, не морочьте голову занятым людям, – сказал Тиссандье, быстро допивая свое пиво. – Всякому ясно, что вы и есть самая натуральная горилла, продукт эксперимента по «ураганной эволюции».

Хельмут загоготал, широко разевая пасть с ослепительно-белыми и совершенно нечеловеческими клыками.

– Я слыхал об этом эксперименте, – сказал Кратов. – Но не знал, что уже есть серьезные результаты.

– Можете их даже потрогать, – усмехнулся Тиссандье. – Черт возьми, я все рассказал о себе и даже не удосужился спросить, а что вы-то тут делаете!

– Ну, так уж, видно, в другой раз, – сказал Кратов, пожимая ему руку.

– Одно могу сказать: вы мне нравитесь, – сообщил Тиссандье. – Не конкретно «вы»… хотя и вы мне вполне симпатичны… и даже Хельмут… Все вы. – Он сделал широкий объемлющий жест. – Вы такие же, как и мы, но все же чуточку иные. Очень открытые, даже слишком… иногда это пугает. И удивительно мало лжете! Надеюсь, не потому, что вы научились это делать с большим искусством…

Когда дверь бара закрылась, Кратов внимательно посмотрел на Хельмута и сказал:

– К вопросу о том, что мы-де мало лжем… Про гориллу было придумано неплохо.

– А вы, значит, не купились, – с грустью во взгляде заметил тот.

– Конечно нет. Туристам и апохроникам извинительно незнание реального положения дел в науке. Мне такое не подобает. Вам что-нибудь говорит имя Сидящий Бык?

– Говорит, – покивал Хельмут. Из его голоса сразу куда-то пропала наигранная хрипота. – Мы даже работали вместе над одним проектом. Но я – не человек-2. Если угодно, я – следующая ступенька, человек-3. Хотя сами мы, сугубо для внутреннего употребления, предпочитаем термин «голем». Вы, верно, поняли это, когда я ляпнул про Прагу?.. Люди-2 стремились ни в чем не отличаться от прототипа. И очень страдали от того, что их редко за оный принимали. Доведение человеческих достоинств до абсурда и полное отсутствие человеческих же недостатков все-таки сильно бросается в глаза… Мы, големы, не стремимся походить на прототип. Нам больше нравится его пародировать или подшучивать над его предрассудками. Как видите, с нами гораздо проще ужиться.

– Вне всякого сомнения, – согласился Кратов. – Это был сильный ход со стороны доктора Морлока и его команды.

– Ну, если доктор Морлок и причастен к нашему появлению, то весьма опосредованно, – сказал Хельмут. – На самом деле нас придумали люди-2. Тот же, к примеру, Сидящий Бык.

– Вот теперь вы меня по-настоящему поразили, – сказал Кратов. – С вас еще пиво. И подскажите наконец, как мне выбраться отсюда.

7

Пассажирский лифт неспешно увлекал Кратова на смотровую палубу. Стенки кабинки были прозрачны, но смотреть было особо не на что. Если верить Хельмуту, почему-то именно со смотровой палубы было проще всего добраться до шлюзов.

Кратов чувствовал себя усталым и разочарованным. Непонятно, чего он ожидал от этой встречи со Старой Базой, но совершенно точно этого он здесь не нашел. Ему хотелось перекинуться парой слов с Татором, а затем добраться до своей каюты и провести остаток времени до отлета, не покидая постели.

На одной из пассажирских палуб кабинка плавно сбросила ход. Двери раздвинулись, впуская еще одного пассажира, после чего подъем продолжился.

Загадочный тип в черных очках и чересчур новенькой летной форме стоял, прижавшись лбом к прохладной стенке. В сторону Кратова он даже не смотрел.

– С вами все в порядке? – участливо спросил Кратов.

– Я сделал глупость, – процедил незнакомец сквозь зубы. – Не нужно мне было тащиться на такую высоту.

– Пожалуй, – согласился Кратов. – Орбитальные поселения бывают кое-кому противопоказаны. Хотя я впервые вижу пилота, которого укачивает… Есть неплохой способ обмануть собственное естество. Проглотить пару пилюль какого-нибудь транквилизатора и постараться уснуть. Во сне организм примет окончательное решение: быть вам звездоходом или не быть. Такое помогает… иногда.

– Я сожрал полфунта разноцветных таблеток, – объявил незнакомец сварливо. – Ни черта не помогает. От транквилизаторов у меня уже склеиваются глаза, и я сделался безучастен, как зомби. Вам доводилось встречать зомби с воздушной болезнью? Эта современная медицина – сплошное знахарство…

– Есть еще один способ, – продолжал Кратов, изнывая от собственного фарисейства, – хотя и весьма рискованный. Тут палка о двух концах… Я знаю неплохой бар на четвертой палубе. Вернее, узнал о нем примерно час тому назад. Там заправляет страховидный субъект по имени Хельмут. Если в его заведении принять внутрь два литра темного пива без закуски, вас, полагаю, будет тошнить уже по другому поводу. Древние советовали лечить подобное подобным… Но для этого вам придется прокатиться на лифте в обратном направлении.

Незнакомец мучительно закашлялся, прижимая к лицу большой зеленый платок. Лицо и платок гармонировали.

– Мне нужно поговорить с вами, – наконец сказал незнакомец.

– Так вы не пилот, – проницательно заметил Кратов.

Незнакомец скривил жалкую физиономию.

– Вам доводилось встречать зомби-пилотов? – спросил он ядовито. – Вижу, вы ни черта не смыслите в зомби… Я впервые отрываюсь от земной поверхности далее, чем на двадцать тысяч метров. Только не подумайте, что я – Антей! – фыркнул он. – Я журналист.

Он медленно стащил очки с лица и неверным движением засунул в нагрудный карман куртки. Его тусклые глаза покраснели и слезились.

Лифт наконец дотащился до смотровой палубы. Чудной тип вышел, а вернее сказать – выпал первым. Зажмурившись, он вихляющей походкой направился к ближайшей стене и привычно уперся в нее лбом.

– Забавно, – сказал Кратов, следуя за ним в некотором отдалении. – Куда бы я ни попал, весь день только и разговору, что о масс-медиа!

– Вам что-нибудь говорит имя Джейсон Тру? – спросил незнакомец.

– Не так чтобы совсем ничего, – усмехнулся Кратов.

– Джейсон Тру – это я, – сумрачно сказал незнакомец. – И я прибыл сюда, чтобы перехватить вас, прежде чем вы улетите к черту на кулички и окажетесь в полной для меня недосягаемости. Ведь вы – Кратов?