Развод. Проблема для миллиардера - Заозерная Марта - Страница 2

До сих пор многие считают, что он именно сын Осокина Александра Егоровича. Смена Андреем фамилии возымела ожидаемый эффект.

После смерти папы все связи, наработки, влияние, перешли в руки моего мужа.

И он умело этим пользуется.

Причина его нежелания со мной разводиться абсолютно непрозаическая. Дело не в любви, а в личной выгоде. Он отталкивается от негласных правил, имеющихся в научной среде. Быть родственником, пусть и не кровным, заслуженного врача России, доктора медицинских наук – это престижно. Мужу нравится чувствовать себя причастным к чему-то великому.

Уйти от Андрея тайком я не могу. Оба раза не удалось даже из города выбраться. Страшно третий раз пугать ребенка.

Подать на развод, находясь в Москве, равносильно тому, чтобы голову в пасть крокодила засунуть.

Остается только договариваться.

– Ксюш, ты меня поражаешь! Честное слово! Такая хорошенькая, когда пытаешься сопротивляться, – проговаривает тихо и очень зловеще.

– Я устала, Андрей. Так больше продолжаться не может. Семьи больше нет, мы просто изводим друг друга, – вернее, он меня.

– Знаешь, существуют бабы, которых всю жизнь учить приходится, – в его голосе слышна неприкрытая угроза.

Начинаю отходить вдоль стены в сторону двери.

Андрей усмехается, делает шаг назад и начинает расстегивать свой кожаный ремень. Достает его из шлёвок и складывает вдвое.

– Когда будешь испытывать боль, помни – я тебя предупреждал.

Глава 1

Спустя два месяца после пролога

«Когда наконец я смогу выбросить Полину из головы?» – вопрос, который посещает меня все последние месяцы.

Страдать по бывшей… Странно. Абсолютно для меня непривычно.

Удивительно, до чего может докатиться взрослый мужик в приступе жгучей апатии.

Вся, с виду более чем удавшаяся, жизнь на деле оказывается ничем иным, как обыкновенной рутиной. Бессмысленная погоня за баблом и влиянием.

В двадцать лет тебе кажется, что главное в жизни – деньги. Большие деньги. Но чем их больше становится, тем мрачнее становится окружающая тебя действительность, а после и ты сам. Мрачный, угрюмый, всем недовольный большой босс, имеющий возможность взглядом доводить людей до белого каления.

Генерировать в себе плохие эмоции в миллионы раз проще, чем хорошие. Последними лучше от кого-то подпитываться. Вот только донора найти – большое везение.

Когда-то, много лет назад, мне посчастливилось познакомиться с такой девушкой. Полина. Вот кто действительно мою жизнь украшал. После расставания с ней никто больше по дому не бегает на пальчиках и не визжит от восторга, когда рецепт нового крема удачным оказывается.

Тоскливые, наполненные разочарованием дни – вот во что моя жизнь превратилась.

Поганое настроение под стать серому дню.

С нарастающим внутри раздражением смотрю на часы.

Медсестра опаздывает на двадцать минут.

С трудом переношу непунктуальных людей, да и спина ноет ощутимо.

На шестом десятке, оказывается, здоровье подводить изрядно начинает, и его усиленно приходится штопать.

И всё-таки, будь она моим сотрудником, уволил бы к чертовой матери.

Поля бы сказала, что мне пора в отпуск.

Идея, кстати, неплохая.

– Эдуард Наумович, к Вам пришли, – парень из охраны заглядывает ко мне в кабинет.

– Светлана? – называю имя медсестры, которая каждое утро приходит ставить мне капельницы.

– Нет, но Вам лучше лично взглянуть.

Хочется возразить, напомнить, что встреча гостей входит в его прямые обязанности, но отчего-то осекаюсь.

Обычно по пустякам парни меня не беспокоят. Да и не стоит, как бешеный пес, бросаться на всех вокруг.

Выйдя в холл, вижу на пороге двух особ. Их внешний вид меня, мягко говоря, удивляет.

По всей видимости – мама лет тридцати и её малышка дочка. Лет пяти девочка.

Насквозь промокшие.

Интересно… Новая волна недовольства бьет по мне с невиданной силой. Как можно так не ценить божий дар?

Пренебрежение в адрес детей – это то, что я переношу хуже непунктуальности.

– Эдуард Наумович, здравствуйте. Я Ксения, – робко обращается ко мне незнакомка, когда подхожу ближе. – Светлана заболела…, – выдает нерешительно. – Я… Меня попросили её заменить. Можно пройти?

Киваю в ответ, не совсем понимая, что происходит.

Сам так и стою, вложив руки в карманы брюк. Понимаю, что хмурюсь, но поделать ничего с собой не могу.

– Ангелина, подожди меня тут, – она опускает взгляд на ребенка, которого я как раз разглядываю.

«Девица думает, что ребенок сорок минут стоять на пороге будет? Серьезно?»

– Хорошо, – к моему глубокому удивлению, малышка с улыбкой кивает. – Только, мамочка, вот, – приподнимает ножку и тут же её опускает.

Слышится характерный булькающий звук.

Обувь, значит, воды полна.

Непорядок.

Меня посещают недобрые мысли относительно горе-матери.

Ксения заливается краской.

Оно и понятно, притащила ребенка в непогоду в обычных кроссовках. Ещё и пешком долго шли, полагаю.

– Проходите, – резче, чем следует, произношу, обращаясь к незадачливой матери. После чего смотрю на одного из своих парней. Они уже успели столпиться поблизости. – Глеб, реши вопрос. И позови Тамару. Пусть покормит, высушит и развлечет пока что ребенка.

Ситуация для меня самого нестандартная.

Дожив до своих лет, мне так и не посчастливилось отцом стать.

Сперва было некогда: добывание денег, именно так, а после – бизнес, отнимали слишком много времени. Потом женщины окружали не те, которых можно представить в качестве матери своего ребенка. А после…

С Полиной – моей последней девушкой и по совместительству главной, после матери, женщиной в моей жизни, у нас не получилось ребенка родить из-за имеющихся к тому времени у меня проблем со здоровьем.

Появление в доме маленькой девочки кажется чем-то странным и совсем неестественным. Если быть честным с собой, то я нахожусь в некотором замешательстве. Подобные состояния мне несвойственны. Однако ничего не поделать.

«Хотел, Эд, чего-то эдакого? Вот, получай»

Спустя небольшой промежуток времени оглядываюсь. Девица, как оказывается, за мной не идет.

Терпение решила на прочность проверить? Так я им не обладаю. То, что я её в дом пустил, уже большая удача.

Успеваю уже завернуть за угол, но приходится вернуться в холл.

Девушка так и стоит около входа. Дожидается, пока ей подадут гостевые одноразовые тапочки.

Тоже ноги свои промочила? Надо ли говорить, что такая особа как специалист доверия у меня не вызывает?!

Обычно разгильдяев не берут на работу в частные клиники премиального класса. Остается надеяться, что специалист всё же она неплохой.

Мы с ней встречаемся взглядом, и я замечаю – у неё губы дрожат.

Да что же ты будешь делать, только этого мне не хватало! Разом решила ударить по всем моим слабым местам.

У меня аллергия на плачущих женщин.

Уже много лет реакция одна – дать денег и попросить убраться.

– Если Вы из-за следов на полу беспокоитесь, то зря. Пустяки. Дважды в день их моют в любом случае, – зачем-то уточняю для нее. Простая вежливость, не более.

В ответ тишина.

«Да уж, Эдуард Наумович, ты нашел с кем поболтать».

Дойдя до комнаты, в которой оборудован кабинет для проведения медицинских процедур и массажа, открываю дверь и делаю приглашающий жест.

Ксения до смешного тяжело вздыхает, после чего живо заходит внутрь. Оглядывается.

Что-то в ней привлекает моё внимание. Сложно объяснить. Она не выглядит нежной ланью, но ведет себя очень растерянно. Как будто бы боится чего-то.

Переживает, что дочку оставила с незнакомыми людьми?

Так мы тоже не ожидали, что медсестра придет не одна.

Отмечаю про себя – нужно дать указания, пусть внесут дополнительные требования к нанимаемому персоналу. Раньше думал, что это само собой разумеется.