"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 1012

— Идем, командир. Проверю раны. А то скачешь, как молодой…

— Забавно, — протянул умник. — Не, правда забавно.

— Ты меня старпером назвала что ли? — уточнил я, непонимающе. Смешливо фыркнула Крыса, следом — тощий. — Лады, спишу на нервы. А теперь бодрым маршем к лагерю. У нас еще дела. Много дел.

Окончание главы 11)

Глава 12

На пути к базовому лагерю немного заплутали. Свернули не туда, хапнув парковой реальности в виде людского ажиотажа. Разминулись с непонятной стройкой, где под яростный мат возводилось каркасное непотребство, и вышли к провалу со стороны, где местные некогда обустроили веревочный спуск вниз.

За давностью лет конструкция обветшала, топорщась грязными надрывами, но несколько идей в головы занесла. Изгиб тротуара, на который выбрались, удачно изолирован самостроем, в прямой видимости минимум любопытных глаз, а редкие прохожие, что суетно мелькали в проходах, не спешили привлекать внимание непонятной группы вооруженных людей.

А мы такие, да — стоим и поджидаем жертву. Тощий излюблено закинул шмалабой на плечо, выдвинул челюсть и смотрел не по-доброму.

— Спустишься, командир? — понял Замес, облокачиваясь на видимость оградки. Маленький камешек из-под его ботинка скакнул по выбоине и канул в тень провала, точно рассосался.

— Продолжайте доминировать, — кивнул я. — И дайте мне пару минут.

Мелкая, выдвинувшая челюсть на манер тощего, выглядела спорно — на контрасте. Шест покосился и наддал мимики. Ива и Фрау переглянулись в непонятной солидарности. Лады — надо бы успеть, пока бойцы не вывели спектакль на новый уровень.

Растрепанный канат под руками чувствовался ненадежно. Но если вспомнить все, на чем успел повисеть в далеком прошлом, у меня, считай, красная ковровая дорожка — достаточно, чтобы проскользнуть вниз, пользуя размытые уступы и слушая затяжные шорохи осыпей, перебраться по куску перекрытия к отвалу из черно-желтой пены и коснуться первых осколков оборудования.

Мышцы легким намеком обозначили, что стоит поспешить, да и в целом, организм выразил несогласие с любительской акробатикой. Но многого и не надо… Окстись, Джимми, многого ты и не получишь. Стоит взглянуть на вывороченные части агрегатов и вопросы отпадут — черное, серое, ржавое и кривое, прям набор бесполезности.

На исходе, ради чего все и затевалось, мазнул наручем по искореженному куску аппаратного конструкта, в котором еще мало-мальски различались составные части. Веревочное плетение спуска опасно тряхнуло. Меж висков нездорово торкнулся легкий спазм.

— Анализ, — успел выдохнуть, фиксируя тряску. И лучше поспешить — функция активизировалась в легком приступе паранойи. Что-то не так на дне, скрытом тенями и пылью. И вот какого хрена я не могу разглядеть подробности?

«Шлюзовой контроллер базового операторского модуля 7-24. Дисфункция»

— И все? — спросил, изучая любопытные мордахи наверху. Силуэты бойцов прям нависли в неуемном познании. Хотя вроде как просил о другом. — А развернутую справку?

«Ввод?»

Досадно — болтаешься в непонятном и стремном месте, пытаешься найти ответы, рвешь жилы и нервы, а тебе сука — машинным минимализмом в светлую душу и вся обратная связь. И я почти готов расстроиться, но инсталляция, точно почуяв, легкими коликами скользнула по мышце, что выродилось в заветное дополнение:

«Остаточная метка аварийной блокировки. Недопустимо. Перенаправление цепей питания на внешний периметр. Недопустимо»

«Сбой»

«Сбой»

— Прекратить истерику, — прошипел, перехватывая веревки.

Пора возвращаться. Чтобы не случилось в прошлом операторского модуля, оно фонило яркими нотками катастрофы, в которой операторы застывали вековыми мумиями в креслах, а подсобная машинерия нещадно взламывалась. Такое мне знакомо, такое сам проворачивал, когда не служил. И вот просто догадка, сука — внешний периметр там, где Пугала?

Информация на первый взгляд не несет большой практической пользы, но, если подумать — задерживаться в месте, хранимым остаточной машинерией — из разряда смелого и кармического. А я не фаталист.

Спеша расстаться с мутью провала, вскарабкался наверх, попытался одолеть бордюр и был мягко поднят Шестом — прям как подъемником цепанули, только в запястье, за которое ухватил боец, торкнуло болью.

Тротуар под ногами сошел за приятную твердь. И можно выпустить из рук шершавую бахрому веревки, обретя надежную опору. Я покрутил кистью и покосился на тощего, который философски пожал плечами:

— Зато быстро.

Смелое и яркое выступление. Нетерпеливый Замес отодвинулся от грани провала и спросил со значением:

— Ну че там?

— Не до конца мертвое, — сказал я задумчиво, отвлекаясь от раздумий о ближайшем будущем костлявого. И вправду поднял, как два пальца. Мяско благодарно, а воля пусть крепнет. Шест, почувствовав, что пронесло, слегка выдохнул.

— Не до конца… — протянул Замес, чем заставил соратников напрячься. Творец саспенса от Оси и бесплатно.

— И мне не нравится, — закончил я.

Смена № 7 важно покивала — хотя вижу, что из простой солидарности. Для них реальность пока сущий ништячок — в перспективах лишь полезное, а с негативом разберемся единой командой и нас не остановить. Что ж, разочаровывать не стану:

— Трусцой, марш. — И подал пример, уходя в легкое ускорение. Позади забренчало. — Кто звучит?

Через мгновение меж ускользавших назад пейзажей слышались лишь дыхание и топот. А спустя пару десятков метров Крыса сдавленно прошипела на грани слышимости:

— Да знаю, знаю…

Клановое стойбище встретило суетой — по первому впечатлению тела бессистемно кружили вокруг построек, выполняя мелочные работы, лишенные смысла, а иногда и просто наматывая метры с выпученными глазами и невнятным словесным поносом. Денек у них, несомненно, знаковый, что не слишком полезно для гостей, не вхожих в тусовку.

С минуту команда потолклась на входе в попытке наделить клановые метания толикой смысла и по моей отмашке свернула к позициям, отданным нам под стоянку. Там будет поспокойнее в плане тяжелого нервного духа, повисшего над застройками.

Тощий опять же сунулся к телеге, пока мы размеренно располагались. Умник, скупо потянувшись, отложил шмалабой и присмотрелся, как Фрау ворошит угли:

— У нас интерес к Оторве? — умеет чертяка задавать нейтральные вопросы.

Ива настороженно глянула на ощерившуюся мелкую и проглотила комментарий. Понимает, либо своевременно интерпретирует мою усмешку.

— Чай будет в самый раз, — пробормотала кулинар. Зазвенела посуда.

И бойцы немного оплыли, перестав напоминать сурикатов на стреме. Тощий, не отрываясь от колесницы, внес весомый аргумент:

— Нам должны.

— Так айда, спросим, — воспряла Крыса. — Если вы их подержите…

— Да ладно, — сдалась Ива. — Лишняя агрессия всегда приводит к последствиям…

— Само собой, — не поняла мелкая.

Я поднял руку, и подопечные с готовностью замолчали. Да и говорили они лишь с одной целью — вытянуть из меня определенность. Потому не особо вникали в анализ и просто озвучивали очевидное — простенько и дерзко. Но я переплюну:

— А чай совсем хорошо, — одобрительно посмотрел на Фрау. Женщина с легкой улыбкой сунула руку в рюкзак. С десяток секунд царило молчание под аккомпанемент лагерного жужжания. — Замес?

— Сидим, сами придут. Мы пилигримы солидные, — отозвался мужчина. Есть в нем потенциал, не отнять.

— Во, — закивала Ива. — С языка снял.

И я согласен — на данный момент у смены № 7 позиция нестабильная, но с хорошим задатком на положительный исход — нам должны, нас опасаются и не до конца понимают, кого Ось занесла в отлаженное болотце Парка. Самое время добавить непоняток и тихо посидеть у потрескивавшего костерка.

Ива, не торопясь осмотрела командирскую рану, поцокала для виду, поправила повязку и отсела, приняв у кулинара парящую кружку. Образ второй, позиции те же — сидим, солидно треплемся по мелочам и стойко игнорируем любопытные взгляды местных. Чужое внимание слегка давило, обозначая жгучий интерес, но знакомых персонажей пока не видно.