"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 1040

— Почему? -спросил я с ленцой.

— Что почему?

— Почему хорошо оплачивается?

— Риски серьезные, — пояснил мужчина. — Сухостой, вольные бригады, да прочая шваль. Территория большая с учетом подконтрольных зон — патрули легиона не всегда успевают вовремя.

Картинка чутка отличная от презентации Амиго. Легион — не панацея, хотя с выводами повременю.

— А можете через наймитов устроиться. Гляжу, крови не боитесь, пару-тройку контрактов выполните, примелькаетесь, а там можно и заявку подать на соискание права вступления в легион. Обучат, натаскают, и нате полный пансион.

— Говнецо подчищать? — уточнил памятливый Шест.

Краш поморщился. Смекнул, что с агитацией за вступление в ряды служивых, учитывая обстоятельства, лучше подождать, и хмуро закончил:

— А можно и раком подняться в полях аграрного. Труд честный и при еде.

Перспективы, перспективы — всегда манят и всегда ломают устоявшееся. Был бродягой, стал курьером — чем не цивилизация? Только вот функция опять насторожилась — слишком яркий сигнал на подкорке, тянет прям маниакально.

— Раком? — почти хором переспросили Ива и Крыса.

— В поле, — кивнул Краш. Легионеры, не иначе, до победного верят в силу служебного тавро. Сипай сказал, цивил сделал. Я присмотрелся — за мазками крови просматривалась цифра 2347. Как по мне, заявка серьезная.

— Мы уважаем аграрный труд, — сказал я спокойно и женщины выдохнули. Поберегите эмоции, бойцы, для реальных проблем. И пора возвращать разговор в конструктивное русло: — Скажи-ка лучше, как много недовольных в рядах легиона?

— Охерел? — Краш поперхнулся. Схватился за бок, пережидая наплыв боли, и перешел на шепот: — Зачем о таком?

— Хочу знать, кто и как нас встретит.

— Нормально вас встретят, — рубанул рукой мужчина и вздрогнул, морщась. — Да не считал я. Знаешь же, как бывает после второй кружки — там шепнули, там подмигнули. Кто-то подошел, накинул, а завтра ты и лица не упомнишь. Просто поверь, не надо такое помнить, а то тупо сгниешь в подвалах Зубастой когорты.

Вот и тепленькая тема подоспела — люблю такие моменты, когда из непонятного клубка проглядывают заманчивые нити. И Замес начал подмигивать с двух глаз одновременно. Почти незаметно, уважаю.

— Ваш отряд перебили, — напомнил я. — Значит было кому, так?

— Да. — Боец скрипнул зубами. На щетинистых щеках прокатились желваки.

Хорошо, примем число мятежников за серьезную величину и будем с ней считаться, пока не доказано обратное. Сипай уже близок к пределу искомых знаний — из числа тех, что интересны мне в данный момент. Еще одна позиция и можно свернуть день в канву долгожданного отдыха.

— Что за Зубастая когорта?

Мужчина побледнел. Прям реакция дня, да все на одном изможденном лице.

— Первая когорта. Служба безопасности. Их еще называют Очкодавами, — скупо ответил Краш и поджал губы, намекая, что хрен еще услышим хоть слово.

Не удивлен — Амиго выстраивал Ферму, ориентируясь на привычную схему. Но целая когорта, отданная на откуп охранке… пора, сука, контролировать каждый шаг. Хотя не уверен, что получится — мое время супротив больших силовых структур отгремело и кануло в пепле на безымянном кладбище. А смена №7 пока не прониклась — приняли к сведению и вернулись к перевариванию. Умник было усомнился, но посмотрел на меня и расслабился.

А мне ровно. Интересно только — почему легион именно шестой? Не пятый, не первый? Но опять же не самый актуальный вопрос, согласны?

— Отдыхаем, чистимся. Обвес проверю лично, — сказал я напоследок, поднимаясь. — Пройдусь.

Краш дернул за портупею в готовности выполнить приказ и опомнился:

— Хрена се у тебя посыл. А вы точно пилигримы?

— А сомневающихся как-то не осталось, — меланхолично объявил тощий.

Нотка почти оптимистическая — под нее и выбрался из тоннеля. Лишний раз приглядеть за окрестностями не повредит. Местная среда чутка беспокоит — сильно наваристая, если понимаете, о чем я.

Вечерело. Но на лирику не тянуло. Небо наполнилось загустевшей серостью, а лучи Оси подтянулись к источнику, скрадывая расцветку неба. Почти красиво, если брать говнецо за мерило. Хотя не будем о грустном, так?

Перепаханный парк полнился тенями и на удивление не чувствовался мертвым. Я задержался на втором витке вокруг убежища, оценивая мысль. Странная реакция на привычные развалы. Возможно, дело в отдаленных пострелушках, что с завидным постоянством радовали звуком, просачивающемся меж развалин.

В ближнем радиусе царило относительное спокойствие. Из примечательного упомяну сухого, встреченного в небольшом овражке — доходяга поскрипывал, застряв меж обломков и слепо пялился на прибывшее био.

А мне не вы падлу — могу и спуститься. Секунду постояли, как, сука, инь и янь — глаза в глаза, а потом нож прервал квазижизнь. Упырь осел, затухая, и приключение закончилось. А вот био тварь не накинула. Не видать местному сухостою вершин упыриного рейтинга. С крабе было хоть и сложнее, но верный способ получить адхару перекрывал неудобства.

Я выбрался на тропку, с минуту философски провтыкал, глядючи на тело, и убыл. Еще полчаса на обзорной точке с прицелом, холодящим кожу у глаз, и можно сделать вывод, что мы, включая сипая, никому не интересны. Но это пока — отметил я мимоходом. Честность важна даже во внутреннем диалоге.

Город, наполнявшийся тьмой, необъяснимо притягивал взгляд. Чернота оконных провалов — словно завеса, скрывающая главную тайну — присмотришься и поймешь, кого, куда и нахера. И погоня за ответами прервется.

Функция дернула шрамированную руку. Не забывайся, оператор — ты всегда не один, ты, сука, в дружной электронной компании.

Я отставил винтовку и перетек в сидячее положение. Пора вернуться и нагрянуть.

В лагере отчего-то царило приподнятое настроение. Пахло близким ужином и дымом. Легкий треп подопечных прервался, и шесть пар глаз выжидательно посмотрели на прибывшего командира. Я отрицательно мотнул головой:

— Ни одного приличного засранца.

— Так хорошо же, — не слишком уверенно сказал Краш. Затем поправил поясную разгрузку и добавил: — Тоже почистил, если что.

Я присмотрелся к наспех залатанной экипировке и одобрительно кивнул. Тощий демонстративно протянул мне шмалабой:

— Идеально.

На красноречивый взгляд костлявый не среагировал. Лады, могу и разнообразить вечерю:

— Смена! В строй! — Холодный скрежет голоса подействовал мгновенно. Последней подтянулась Фрау, оторвавшись от печурки и на подходе треснув Шеста половником. Кости виновато посопели.

Легионер, вытянувшийся по флангу, лупил в стену бессмысленным взглядом. Я остановился напротив, качнулся с носка на пятку и сказал:

— Ты не в смене. Вольно.

— Постою, — откликнулся местный. — Голос у тебя неприятный, пилигрим.

— Сел к херам.

— Служу… — Краш вздрогнул, помотал сальной башкой и выпал из строя. А сильно его строевой загрузили, прям захотелось взглянуть на местных отцов командиров. Поручкаться, а может и сойтись в дружеском рукоприкладстве.

Прошелся вдоль строя. И еще разок. У Ивы одернул куртку, у Замеса поправил перевязь и замер. Пять инструкторских минут — когда тупо молчишь, смотришь в пупок произвольного бойца и нагнетаешь. Чтобы прониклись и всегда помнили — каждая секунда может обернуться тревогой.

— На стволе грязь, — повернулся я к тощему.

— Да как…

— Грязь. На. Стволе.

— Не доглядел, — подтянулся Шест. — Устраню.

— А теперь поедим, — кивнул я.

Крыса тихо выдохнула — вроде как поставила точку в бесплатном спектакле. Мне не трудно — бойцы расслабят булки только, когда скажу, и не мгновением раньше. Безопасность, сдобренная теплом очага и потрескиванием дров, лишь фикция. Обманка для слабого разума.

Ночь прошла тихо — в легких похрапываниях и сопении. Можно сказать, отдежурили мирно. А утро встретили на позитиве — животворящий отдых, пусть и короткий, сказался положительно. Краш смог присесть 14 раз и объявил, что готов.