"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 977

— Погорячился, — буркнул Паша. — Можешь врезать. Только слева бей, справа у меня еще не заросло.

— Иди нахер, вояка, — хмыкнул я. — Кость на кость, бла-бла-бла. Но ты назвал мою улыбку сраной.

— Смело, — уважительно кивнул Амиго. — Реально смело.

Выпили и добили печенье. Для протокола, тушенка — по-прежнему говно.

Амиго морщась встал, сходил и принес из угла два объемистых рюкзака. Придвинул ко мне:

— Консервы, сухпаи, расходка. Немного исподнего, носки оранжевые, не обессудь. Патроны выгреб сколько мог. Био, из доступного. Сам понимаешь, дефицит просто охренительный. Ну и так, мелочевка для походной жизни.

— Ты знал? — спросил я уважительно. У человече просто отменная чуйка. Завидую.

— Плюс минус день, — кивнул он. — Такие как ты, не оседают. А дело, надо полагать, сделано?

— Да, — не стал скрывать. — Дорога поманила.

Приняли по последней на ход ноги и не сговариваясь поднялись. Амиго немного помялся, чем насторожил:

— В сторону Оси уйдете?

— А куда ведут все дороги? — улыбнулся. Риторические вопросы, риторические ответы.

Безопасник достал из-за пазухи небольшой звякнувший мешочек и протянул:

— Вдруг найдешь Форт. Вернешь их домой.

Я заглянул внутрь. Жетоны с выбитыми номерами. Почти и не сомневался:

— Хаша здесь нет?

— Он не кшатрий. — отрезал мужчина. — Иди, нам еще работать.

Пора. Во всех смыслах.

Остатки дня прошли в сборах. Замес и Фрау на принесенные рюкзаки среагировали, точно страждущие на воду. Разве что стойку не сделали. Все пересчитали, все разложили и вступили в жаркие дебаты, планируя расходы, исходя из сложности пути. Делили то, чего не знали. Случается от нервного.

А я методично проверял экипировку. Шест и Крыса копировали. Ива нервничала. Грядут перемены, девочка, грядут перемены. В тебе чувствуется решимость, ты не свернешь, остальному научу.

Утро начали с разминки — проверить, насколько восстановились организмы. Через полчаса стало понятно — лучше двигаться осторожно и био не жалеть. А лишний день ожидания — всегда лишний.

Шест, радостно хлопнув Марту по борту, объявил:

— Застоялась, родимая.

— Дурак, — фыркнула Крыса, сгружая рюкзаки.

Диалог угас в преддверии выхода. Слишком долго мы задержались на Ферме, успели свыкнуться. Но ничто не вечно, согласитесь.

Скрипнули колеса, зашуршала галька. Заманчивый звук, что начинал отсчет. Фрау закрыла дверь и задержала ладонь на створке. Прощалась, надо полагать. Нетерпеливая Крыса успела нарезать кружок по ближним дорожкам и демонстрировала полную готовность уйти. Я скупо улыбнулся. Все, как всегда.

На транспортных воротах, обустроенных строительными лесами, на которых деловито сновали аграрии, нас встретил Амиго. Хмуро оглядев нашу компанию, сказал:

— Долго спите.

— И тебе доброе утро, — ощерилась мелкая. — Командир?

— Это он от зависти, — пояснил девушке. — Игнорируй.

— Все такие же, — кивнул безопасник и не торопясь шагнул вовне. Охранка браво подтянулась. — Сразу в зону?

Я прикинул маршрут, оценивая далекий сигнал. Определенно в сторону Оси, а большего не скажу. Как двигаться непонятно, где идти — похрену. Кивнул:

— Чутка проедемся до двенадцатого. Там хаживали, окрестности известны.

— Удобнее, — согласился безопасник.

Минут двадцать молча двигались, прислушиваясь к шороху шин. Шаг на шаг и еще немного. По правую руку высились клети разрушенного квартала, что сочились тихим скрипом. Мертвый город намекал в ожидании. Ждал.

У двенадцатого остановились. Я пригляделся к баррикадам. Выглядят потрепано, за отдельными укреплениями мелькают лица. Белесые пятна, в которых лишь чужое.

— Как Луза? — спросил на автомате.

Амиго посмотрел на пост, на небо, затем мне в глаза:

— Восход пытался прорваться втихую, зайти с фланга. Они с парнями остановили. Полегли почти все, включая Лузу. Но остановили.

Я кивнул. Такова история Лузы.

Амиго протянул руку. На лице почти грусть, если такое возможно. Но нет, скорее всего ошибаюсь. Невозможное — невозможно, n’est-ce pas? Обменявшись прощальным, отступили на шаг.

И безопасник ушел. Слов не надо, согласен.

— Наконец-то, — прошипела мелкая. — Идем, нет?

И мы оставили Ферму. Впереди — Дорога.

Алексей Ар

Пилигримы

Глава 1

Меж стен покачивалось мясо. Хотя согласен — надо бы уточнить. Тогда так — меж стен покачивалось сухое мясо. И еще наддать — охренительно сухое мясо. И стены под стать — покрытые трещинами плиты жилых массивов. Квартал плотной застройки, низведенный в перемолотые клети, накрытые вечным сумраком. Типичное такое говнецо, сотворенное катастрофой.

Широкую улочку заполняли тела — если шпротам дать подгнить и утрамбовать, то получится почти оно. Серая грязная масса, колыхавшаяся в такт. Танец костей и осколков. Редкие цветные пятнышки, вроде грязно-розового чепчика, случались и невольно притягивали взгляд. И тогда в кишках, а то и пониже что-то недобро ныло, сука.

Орда.

На психику давило отменно — когда не можешь увидеть край смерти, а в воздухе разлит хоровой клекот и запах стухшего киселя, нервишки немного шалят. Самую малость, если понимаете. В довесок изрядно наносило адхарами — смесью под номером два для тех, кто любит определенность. А может и под номером три. А может и похрену какой. В стрекочущей массе щедро замешаны обращенные. Точка.

Я отлип от прицела и аккуратно присел у стенки, пристроив винтовку между ног.

— Фу-у… — не выдержала Крыса, посчитав мое молчание за знак.

Замес покрутил пальцем у виска, но чутка запоздал с предупреждением.

— Мелкая берешь левых, умник — правых, — кивнул я задумчиво.

Но грызуна уже просто так не сбить, поднаторела зараза в делах командных. Спросила с интересом:

— А откуда отсчитывать?

— Чего? — не осознал и вмешался Шест.

Стихийный диалог, так называю. Но время ждет, времени у нас вагон.

— Право, лево, — охотно пояснила Крыса.

— А вы уверены? — осторожно спросила бледная Ива, которую отчаянно тянуло еще раз взгромоздиться на скол стены и глянуть вниз — на протяженность улочки, забитой мертвечиной. — Они же чуют…

— Далеко, не бойся, — успокоила Фрау. Хотя нервно сглатывала, чем, несомненно, расстраивала.

Я же не против — стремайтесь. Но не играйте чужие роли, в которых класть хотели на страх. Я за естественность. Вот теперь и правда смешно, Джимми.

От нашего великого похода прошло чуть больше двух циклов. Двух, сука, циклов. Разменяли знаковые вехи — те, что приметил на схемах, одолели небольшой, но странный парк, забитый разложившимися фургонами, и снискали счастье. Прям удивительное путешествие — и все туда, но не обратно… Шест вовремя учуял неладное, мы укатили Марту во дворы и заняли ближайшую смотровую точку в переломанной свечке здания.

Орда.

В контексте описания от местных сторожил часто звучало понятие кочевого сухостоя. Но встреченные утырки о мобильности не слыхивали — заняли позиции, ограниченные стенами, и вяло колыхались, потрескивая да подванивая.

В бесконечной перспективе тускло светила ниточка Оси. Где-то там нас ждал метущийся сигнал. А мы тихо протирали камень и слушали. Хорошо зашли — на два полных цикла счастья, где из интересного стоило отметить только редкие звуки перестрелок, черные столбы дыма над отдельными локациями и не самую удобную дорогу. А спустя еще часок — распишитесь путники, закатайте губенки и подожмите органы.

— Зато безопасно, — выдал тощий. Тут не возражу, никто в здравом уме не приблизится к исполинскому скоплению тварей.

Ива задохнулась, вобрала воздух и видя, что никто не возражает, сдулась. Попыталась осмыслить.

— Командир? — Замес по обыкновению первым намекнул на конструктивное.

— Так правые все еще живы, боец, — выказал я недоумение. — Не слышу удалой атаки. Я бы даже сказал, чет подозрительно тихо.