"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 979

Вторую неприятность подбросила улочка. Если ранее телега проходила сквозь торосы обломков с минимальным лавированием, то затор из кузовного, возникший по курсу, намекал, что счастье недолговечно. И некая упорядоченность затора мне определенно не нравилась…

По левую руку домик. Три этажа, кирпичные надломанные стены, но судя по кладке здание из стародавних, когда материала не жалели. Окна узкие, многообещающие. В черноте внутренних помещений пыльная стылая пустота.

— Бери лево! — рявкнул.

Тощий понял мгновенно, и телега лихо заложила вираж. Зло выдохнувший умник коротко подвис на оглобле.

А вот времени, чтобы укрыться, у нас не осталось.

— Держитесь!

Крик принадлежал не смене — первое, что осознал, нисходя в позицию стрельбы.

Четверка мужичков обрушилась с кузовного затора и лихо дала залп — три арбалета, один шмалабой не первой свежести. Два попадания. И кто кого спасает, бл…?

— В дом! — приказал своим.

Удар. Кулак смял серую челюсть прыгнувшего упыря. Нагнали уроды… Доворот, пинок и тела толчком ушли под ноги преследователям.

— Держитесь!

— Хорош! — выдал легкий намек. А то никак не догадаться, чего делать.

Мимо пролетело бревно и удачно закрутило упырей в травмирующем танце. Ладно, принимается — мужички выказали сметку. В одном из окон мелькнула Крыса и над улицей прокатились звуки выстрелов. Вспомнила про пистолет? Молодца.

Тощий расклинил телегу в тесном парадном и теперь страдал. Орущий ему в лицо Замес пытался донести спасительную мысль, но пока не преуспел. Помог заход с ноги — одолев препятствие, я сходу приласкал костлявую жопу. От чистого сердца, костлявый, от чистого сердца.

— Второй этаж! Второй этаж! — заорали над ухом. Незнакомцы уже рядом и на брезентовой куртке ближайшего ясно различима буква «М». Паранойя слега убавила накал, да и функция отнеслась благосклонно, хотя последние дни инсталляция особо не проявлялась, точно и нет внутри меня электронной компонентной базы, сука.

На втором этаж нашлась просторная комнатка — целые крепкие стены, дверной проем и бойница окна. Секунд за тридцать бойцы набились внутрь, и я добросовестно пересчитал штатные единицы

— Все! — хрипло гаркнул понятливый умник. — Даже лишние!

— В жопу пошел! — отметился кряжистый незнакомец, примериваясь к короткому копьецу.

— Щиты! — У нас есть пару ударов сердца, прежде чем шаркающее мясо достигнет убежища.

Умник с тощим на пару заслонили проход металлом — получилось неплохо, небольшая щель внизу, чутка побольше вверху. Яичный отдел прикрыт и большего не надо. О преграду ударили первые тела, жадные руки заскребли кромку. Покореженные страстью морды клацали в незатейливом желании добраться.

Гео повело назад, сапоги скрежетнули о стоптанный пол.

— Бодрит! — прохрипел Шест, багровея. И подналег на долгом выдохе.

— Самара, навались! — один из незнакомцев прошел защите в ноги и уперся. Замес, почувствовав чужие руки, выпучился, но смолчал.

А мы тыкали — где сабелькой, где мечом, а где и копье пригодилось. Заносили колюще-режущее в мертвую плоть, щедро орошая щит черными потоками. Через окно лился клекот, в коридоре хрипело и булькало. Акустика прям божественная и действительно бодрит.

— А-а-а! — затянул тощий. По ту сторону барьера зачавкали. Мертвое пожирало более мертвое.

Сквозь нижнюю щель по полу заскребли заскорузлые сточенные пальцы — сантиметров 30 до хрипящего метростроевца, что создавал упор защите. Мужик заблажил одним большим и жирным намеком. Ива рубанула наотмашь. И еще.

И новый крик. И новый хрип.

— Это выплеск! Выплеск! — заорал непонятное словоохотливый незнакомец.

— Насрать! — Крыса подпрыгнула, ткнула, упала, поскользнувшись на склизких остатках паркета. Не ее день. Определенно.

Рывком поднимая бойца, с хрустом потоптал культяпку упыря. Не понял — откуда запчасть?

— Минут 15! Держимся! — уже более определенный посыл.

Тела в коридоре рвали и размазывали, не позволяя создать затор из трупов, на что слегка надеялся. Адский голод побеждал — упыри чуяли и стремились, поневоле неплохо справляясь с завалами. Через верхнее щитовое ребро перевалилась голова, подвиснув на жиле и слепо выпучилась на Шеста.

— Уберите! Уберите, нахер!

Немного психоза, заправленного отвращением. Если честно, от тощего не ожидал.

А через несколько минут грохот плоти о стены резко пошел на убыль. Крыса не поленилась — высунулась в окно. И озвучила нечто удивленно-пораженное с легким присвистом:

— Уходят, командир! Утекают!

Бойцы у щита неверующе разогнули натруженные тела, оглянулись.

— В сторону! Контролируем проход, — отдал приказ, занимая позицию. Если в коридоре, кто уцелел, самое время исправить оплошность.

Через порог перевалилось растерзанное месиво. Пару тел дернулось, словило сталь и убыло.

— Повезло, — констатировал незнакомец, приглядываясь к моей скромной персоне. — Согласен?

— Пояснишь? — спросил вежливо. Есть пару неясных моментов и мне не хотелось бы стрелять.

— Вы реально отмороженные пилигримы, — весело хмыкнул второй. — Прям вдоль Вудстока поперли…

— Да они не шарят, Самара, — отмахнулся третий.

— Чего? — тихо и страшно спросила Крыса, отлипая от подоконника. И ведь получилось. Красава.

— Стоп! — Ива вскинула руки. — Всем выдохнуть!

А я и не вдыхал — так скажу. Просто стоял и улыбался. Но злой адреналин еще омывал мышцы, потряхивал. Так что да — выдохнули.

— Не в обиду, — торопливо объяснился мужчина. — В смысле, вы здесь раньше не хаживали, не знаете.

— Орда на вечном приколе, — терпеливо пояснил словоохотливый. — Один из старых окрестил ее Вудстоком и прижилось. Добыча био просто на загляденье, если держаться края и вовремя отступать. Хрен знает как получается, но время от времени сухие выплескивают в соседние кварталы — на пару десятков минут. Потолкаются, помечутся и уползают обратно. Всегда. Вроде пульсации. Старые уверены, что там под улочкой намешано жирное био, но по мне так херня…

— Иначе откуда пульсация, — вступил любопытствующий Замес. Проняло бойца. Разминулся со смертушкой и уже на коне — мчится сука к стране знания. Но тема и вправду интересная. Хоть и отдает нелюбимой мистикой.

— Вудсток, — попробовал я на слух и усмехнулся. Старик, обозвавший орду, был в теме. Уважаю. — Есть, где перевести дыхалку?

— Био делим? — свернул метростроевец в практическую канву.

— Поровну, — кивнул. — Не вопрос.

— Уважаю правильных пилигримов, — согласился Самара, протиравший копье. На лице у него замешалось добродушие и жестокость. Контраст на загляденье. А вот борода звереватая и грязная.

— Марта, — опомнился Шест и рванул на выход.

— Забыли кого? — встревожился метростроевец.

— Ага. Телегу, — фыркнула Крыса. — Тощий фетишист.

— Замес? — Я оглянулся. — Слова подбирай, когда учишь.

— Да она сама набирается, — возмутился умник. Но глазки слишком честные, так скажу.

— Идем? — заторопился говорливый. — У нас неподалеку точка. Мы вроде как на промысле. Группа Шумного. Шумный это я. — Он улыбнулся, демонстрируя отсутствие отдельных зубов. — Метрострой завсегда привечал пилигримов. Может расскажите, чего нового…

Я молча продрался сквозь мертвечину, оскользнулся на лесенке и притормозил, разглядывая приникшего к телеге Шеста. Марта достойно пережила нашествие, как и груз. Немного раздергали, помяли, но ничего фатального.

— Оргазмируешь? — поинтересовался у бойца, спускаясь.

— А могли и сломать, — буркнул тощий, вытаскивая колесницу. Скрежетнул металл.

Ничего не меняется. За то и люблю смену № 7. Другого не надо.

На несколько минут задержались перед затором из ржавого транспорта. Вблизи видно, что к конструкту приложились человеческие руки. Где надо подправили, зацепили, создавая барьер, где надо оставили удобные пролазы, что легко контролировать. И в глаза сильно не бросается — просто одна из многих апокалиптических картин, если не присматриваться на паранойе.