"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 986

А спустя пару десятков перекрестков, двориков, проулков запахло дымом. Запах нехороший, неправильный — без терпких ноток уютного очага. Только тяжелая мертвая горечь. Тощий шумно вдохнул и придержал телегу. Хмурясь, обернулся:

— Командир?

Чуйка насторожилась — сделала легкую стойку, ну или припала и чутка оскалилась, кому как нравится. Наруч моргнул зеленым, потом красным, вновь зеленым. И погас, зараза. Встряска не помогла.

— Хорошо, — процедил я. — Оператор злопамятный. Внимание, смена. По команде «Раз» рушитесь на пузо и занимаете оборону. По команде «Два» рвете в развалины и атакуете выявленную угрозу по флангам. По команде «Три» тактически отступаете.

— Это как? — не поняла мелкая.

— Жопой вперед и огонь на подавление, — пояснил охотно. — Теперь вперед.

— Может по дворам метнуться? — предложила Крыса и под моим взглядом стушевалась. Говорю же, злопамятный.

— За щит, — скупо сказал умник, поднимая железо и мелкая виновато послушалась. Повторюсь, инициативных люблю, и многих — посмертно. Поймите правильно, зачастую их убивал не я, а сама инициатива.

Первый перекресток, узкий едва проходимый дворик. Чисто, хоть и мрачно.

Переулок с обвисшей решетчатой конструкцией навесного крепежа — вроде ржавой арки неясного назначения. Несколько секунд прицельно разглядывал конструкцию. Сомнительно, но чисто. Дальше.

Источник дыма нашли минут через 40 — на небольшом дворовом стадиончике. Живучий люд использовал площадку с умом — обустроили лагерь из нескольких теплушек и помятого трейлера. Наладили фортификации из мусорных контейнеров, грубо склоченные, но надежные столы, стулья. Кострища, факельные стойки и бытовая мелочевка в разнобой. В наличии имелась даже будка биотуалета.

А потом кто-то все это сжег к херам.

Пожарище жадно прокоптило стены и песок, разметало скарб на чадящие угли. Скрюченные тела лежали у трейлера — багрово-черные, не опознаваемые. Восемь штук средней комплекции и два меньшего размера.

— Что? — шепотом выдохнула Ива, тиская рукоять меча. — Как?

Я сделал шаг к небольшому иссохшему кустику, у которого заметил примечательный блеск. Поднял гильзу — повертел, понюхал. Автоматная, 7,62х39, отстреляна пару дней как.

— Уходим к барьеру. Резко, — надбавил стали в голос.

— А с ними? — вздрогнула Ива.

— Их нет, — вмешался Замес. Крыса, готовая выйти на мародерку, прикусила губу и отступила к телеге. А могла еще разок окараться и поиметь короткую разъяснительную беседу. Она искоса глянула на меня и вздрогнула. Да, мелкая. Да, слежу. Да, считаю.

Скрипнула, разворачиваясь, Марта. Отступили слаженно, контролируя развалины. Иными словами — по сторонам смотрели точно. Слишком тихо, слишком.

На квартальной дороге притормозили — до преграды метров 50, если щемить через черную груду поломанного магазина. Или чуть дальше — если использовать технический подъезд.

Функция коротко плеснула красным. Падая от яростной судороги, заорал:

— Раз!!

Пуля взбила асфальт позади. Хорошо занесли, твари, почти метко.

Ударила короткая очередь, звоном пройдясь по бронированному борту колесницы. Шест, коротко взревев, засадил с позиции лежа из шмалабоя. В развалинах хрустнуло.

Вторая очередь, третья. Вскрикнула мелкая, пытавшаяся перезарядить арбалет. Ива потянула за сумку.

Три огневых точки — метров 100–150 дальше по улице, в коробе жилого здания. Три багровых отсвета, три сучьих цветка. И на сломе стены крепенькая женская фигура.

Рахель.

Точно почувствовав мой взгляд, она опрокинулась назад, уйдя в кувырок.

— Нахуй пошла! — рявкнул я в такт трем патронам. Не успел, твою ж… Попадания взметнули каменную крошку на позиции расчетчицы.

— Джимми! Джимми! — раздалось над улицей. — Нашла тебя!

Да сколько ж у них патронов?! Хотя чего это я — торговцы же, сраные коммерсанты на жирных запасах.

— Марта! — тощий нехорошо подвывал. Борта колесницы обзавелись неположенными дырками.

Один из стрелков противника грамотно сменил позицию, приблизившись. По щиту умника звонко цокнуло. И еще раз.

Ответные два болта и один заряд шмалабоя противника не впечатлили. Тогда, сука, пора сменить пластинку.

— Тощий в упор! Остальным к барьеру!

— Марта! — Шест грохнул щитом об асфальт.

— Беру! — умник рванул за оглобли и словил пулю. Заперхал, спотыкаясь.

Я приткнулся у костлявого бока и выдал гостинцев на рожок, отсекая вражеские точки. Грохотало знатно. Шеста дернуло — в щит прилетело.

— Держу! — голос Ивы.

Торговец за горбом будочки замолк. Минус. А мне обожгло плечо, вслед за одиночным винтовочным выстрелом.

— На клочки, Джимми! — визг расчетчицы.

Гордо не ответил, меняя магазин. Тощий коротко обернулся, и хлопнул меня по плечу. Наши ушли в технический пролаз к магазинному двору. Целиком или нет, пока не знаю.

— Все? — спросил, сосредотачивая огонь на мелькнувшем черном силуэте.

— Кого-то тащили! — рявкнул тощий. И повторил, наливаясь яростью. — Кого-то тащили!

Засада была посредственной, я бы даже сказал, безграмотной — просто на голых эмоциях. Торговцы вычислили направление и не стали мудрствовать — рванули вперед, попутно вырезав неизвестный лагерь, и фланировали вдоль барьера, прислушиваясь к зоне. Догадаться не сложно. А мы не то, чтобы скрывались. О Рахель я помнил, но так — в числе второстепенных проблем. Ошибся. Добротно вооруженный противник даже без тактики всегда проблемен.

— Три, — выдохнул и сделал шаг.

Согбенный тощий потянул щит. Тактическое отступление в не самом достойном исполнении. Я рубил, по нам рубили и пули щедро кромсали камень, исходя белесыми фонтанчиками.

— По ногам! — не унималась расчетчица 2 класса.

Тощий среагировал и металл заскреб о выщербленный асфальт.

Вдох, выдох. Выстрел.

Второй торговец сломался на перебежке. Глупо бегать перед Джимми, так скажу.

Вдох, выдох. Два шага назад.

Визг рикошета. Сколотый край щита. Тощему разворотило скулу.

— Ушел прыжком, — прошипел ему в ухо.

— Командир?!

— Пошел!!

Вспомню старый добрый маятник. И третий рожок. Прям жаба душит, считаю и скалюсь.

Удалось трижды сменить вектор, пока не закатился в проулок. Дважды попали по касательной, и функция недовольно заворочалась, как старый пес, призванный на службу. Таков путь.

Сунув автомат хрипящему Шесту, махнул рукой назад:

— Стреляй туда.

Сам проковылял мимо Ивы, которая металась между Фрау и Крысой, оставил позади Замеса, повисшего на изрешеченной Марте и, не сбавляя темпа, воткнул ладонь в барьер:

— А как тебе такое, блять?! — И выплеснул наболевшее. Ты ответишь, железная, клянусь Осью.

Сервис-наруч мигнул индикатором, на секунду развернулся облачком модулей и вновь собрался, а барьер с треском разрезала щель. Колыхнулся воздух, запахло чем-то солоноватым. По ту сторону преграды виднелось нечто беловато-серое и не спешащее убивать дерзкого проводника.

— Уходим! — приказал. Скакнув к тощему, отобрал автомат и начал методично тратить. Из-за угла выстрелили, щеки коснулся легкий ветерок.

— Командир! — окликнул тощий.

Преследуемый по пятам высверками попаданий щеманул назад. Перекатился через ширму, извернувшись, проконтролировал тыл. В проулок забегали силуэты и впереди самый злобный, грудастенький. Но наруч уже пристроен в абрисе прохода и требование оператора оформлено четко и недвусмысленно. Новые фокусы надо пользовать, так считаю, да.

«Блокировка»

«Извлечение»

Согласитесь, финальные аккорды важны. Прежде чем ширма схлопнулась, я показал нужный палец набегавшей торгашке и отвалился назад. Полежал пару секунд, прислушиваясь к горячечному дыханию. Мы живы, хвала машине и все такое. Жаль, трудно сосчитать сколько бойцов дышит. Вставай, Джимми. Пора.

— Глянь, командир, — нарушил тишину невнятный голос тощего. — Где это мы?

Организм невольно поджался.

Окончание главы 3)