"Фантастика 2025-101". Компиляция. Книги 1-34 (СИ) - Казьмин Михаил Иванович - Страница 996

Местные добросовестно отстояли караул, успели даже обменяться парой слов во мраке, едва подсвеченном кострищем. Вроде бонуса для усталого организма — когда рядом еще одно живое тело, а мертвечина заныкана по глубоким норам. Самообман, конечно, и раскрытие позиции вероятному противнику, но я смолчал. Потенциальных союзников надо поберечь — им еще вести группу.

Ярче вспыхнули угли, разворошенные Фрау. Привычный распорядок команды — жопы оторвали, переместили и занялись утренним моционом, раз уж ночь не добила. Святое правило пилигрима. Таша и Хвостатая отнеслись с полным пониманием и занялись меланхоличной проверкой экипировки.

— Едим и выходим, — озвучил план.

— Да, пора, — степенно кивнула Таша. Смотрю за ночь отошла, сбросила мандраж и хлебнула уверенности. Радушный и сильный хозяин, готовый принять залетных гостей.

Замес неопределенно хмыкнул, что стало единственной реакцией на слова клановой. Я укоризненно качнул головой — воспитание и манеры, умник, воспитания и манеры. С нами рядом еще не друзья.

— А сколько может длиться охота? — неожиданно спросила Ива, завершая бинтовку «профессора».

На дельный вопрос стойку не сделаю, пусть отдельные бойцы не косятся. Спрашивать о нужном в требуемый момент — почти искусство.

— По-разному, — уклончиво ответила Хвостатая, жадно рассматривая парок над котлом. — Но клан ждет до последнего. Хотя пропавших ищут редко. Смысла нет, понимаете? Проверят, конечно, обычные делянки, но в черноту не полезут.

— Не ссым, — объявила Таша. — Нас еще не списали, и мы за вас поручимся.

— Прям бальзамом, — одобрил я. Главное, не наткнемся на нервничающих спасателей, а с остальным разберемся. В секторе, отданном клану, вряд ли действует только одна команда, но чужаки — редкость, а между своими, думаю, перетрут штатно.

Стоянку покинули через полчаса. Бойцы готовы, проводники готовы, а Марта бодро поскрипывает, заставляя тощего тревожно прислушиваться. Условия для выхода почти идеальные.

Двигаем телом, шевелим конечностями в привычном рваном ритме. Обогнуть, перелезть протолкнуть — оставить позади изломы, растоптать лежалую грязь, разминуться с нависшей массой кладки. Улочки и дворики, а порой, сука и проспекты с площадями утекали за поворот — в извечный призрачный скрип зоны.

Бойцы почти не разговаривали — так, короткие посылы о способах преодоления очередных развалов. Ну или тощего взбодрить, когда мелкая возвращалась с коротких пробежек по окрестным закуткам и начинала скучать. Клановые слушали и хмыкали без задней мысли — привыкли ходить на минимуме звука, но и в чужие правила не лезли, что мне почти симпатично.

— Уходим в проулок. — Таша рубанула рукой в сторону одной из черных щелей меж неровных стен.

Я пригляделся. На одной из стен — под нависшим козырьком из оторванного сайдинга — белел значок креста, цифра 23 и стрелка «влево». Вот и ответ на причину уверенного продвижения. Последний час высматривал нечто подобное и здесь, на широком дворе, имевшим некое ключевое значение, нашел искомое.

— Да, — Таша перехватила мой взгляд. — Так все метят, развилки более-менее открыто, а тропы только для посвященных.

— А есть тропы? — поддержал беседу. Умник, мерно вышагивающий рядом с колесницей, навострил уши.

— Условно, — фыркнула Таша, и ее напарница согласно оскалилась. Но лучше бы не улыбалась, нервирует на контрасте. — Шанс напороться ниже, ну или сухих давно не встречалось. Сектор отошел клану недавно, так что активно метим.

— Толку-то, — буркнула Хвостатая. — Нестабильный сектор…

— Заткнись, — спокойно попросила Таша. — Просто, заткнись. Хочешь уйти на подсос к сильным?

Ива заморгала — надо полагать, пыталась невербально донести откровение до тупенького командира. Надо же, зона несправедлива и слабого приходуют раком. Проигнорировал и вежливо кашлянул:

— Нахер ваш терки.

Клановые сурово поспешили, мы — следом. Хотя ушли недалеко, до первого отнорка в проулке, что случился метров через 15. Не поверите, но я увидел панцирь. Или точнее, я узрел и охуел, если расставлять правильные акценты.

Трехметровая надколотая хреновина лежала за скособоченными плитами. В анатомических дырах подвисла неприятная белесая «лапша». Иссушенная плоть обратилась в пыль, но, к сожалению, не до конца.

— Это? Что? — в два приема выдала замершая Крыса.

— Где? — встрепенулась Таша, перекидывая шмалабой.

Мелкая активно затыкала цель пальцем.

— Поддерживаю, — поддержал тощий, стопоря телегу. Как мужик — сказал, сделал.

Мне захотелось выпустить немного свинца в сумрак. Да и остальные бойцы нехорошо напряглись.

— Панцирь, — не поняла Таша. — Материал — говно. Хрупкий. А так бы само собой взяли.

— А не крупноват? — спросил я осторожно.

— Нулевые, — почти не сговариваясь сказали клановые. — Нечи случаются разные. В старых гнездах можно наткнуться на такую вот милоту, а то и поболее. И, если ты из первой десятки кланов — даже поохотиться.

— Да ладно, — Хвостатая сплюнула. — Все пытаются. Если свезет, навар поднимешь до Оси.

— И дохнут, — отрезала Таша. — Помнишь клан Болт? Весь боевой состав к херам и нету, бля, Болта… Хотя ладно, там неизвестно кто их поимел, но мне думается без такой хрени не обошлось.

Смена № 7 переглянулась. Легкая неуверенность прям чувствовалась — теория относительности, сука. Когда ты меньше добычи, тянет уйти домой.

— А где такие водятся? — поинтересовался я ненавязчиво.

— Да чтоб! — не сдержалась Крыса.

Нервная она какая-то, может аэро шалит. Или дивчина от радости — в предвкушении шикарной охоты? Я усмехнулся в ответ на неожиданную бледность местных:

— Но мы идем в Парк.

— С тобой что-то не так, — выдала укоризненное Таша. — Мы идем в Парк.

— А там уже решим, — посмотрел я на Крысу. Нехорошо заржал тощий.

— Да чтоб! — Мелкая вздрогнула и погрозила Шесту кулаком.

Вроде немного попустило от открытия. Злобные крабики вырастают и нагибают. И мне вот интересно — ручки о них тоже увеличиваются? Потому что ручки — мерзкие. И лучше избавиться от образа, пока уходим от знаковых останков. Чистота мысли и все такое. А проблемы решим по мере поступления.

Через пару часов прибыли к сожженной колокольне, где местные планировали легкую передышку. Под знаком креста и с цифрой 11 в довеске — нацарапано от души на посыпавшейся кирпичной кладке. Вокруг строения мощенная площадка на три десятка метров, на которой три скрученных катаклизмом фуры, один ларек точно взорванный изнутри и не поверите — ведроид. Если запамятовали — механизм Аади, по-родственному идентифицируемый функцией, вроде тупенького, но верного подчиненного. Гигантский усеченный конус с щупальцами, отмеченный тусклой маркировкой трилистника.

Машина привалилась к остаткам дома, подобрав щупальца. В корпусе зияла черная дыра метрового диаметра, на днище плели узоры ржавые текстуры с подпалинами. Мертвое древнее железо, павшее в схватке. И стало неуютно — до легко холода под ребрами. Инсталляция торкнулась непонятно и вновь ушла в тень, продолжая транслировать сигнал.

— Чего встали? — Таша обернулась на команду, замершую подле телеги. А бойцы пытались оценить мою реакцию, хотя сами угрозы не видели. Лишь общий посыл нетипичной ситуации.

Мертвое железо.

— Это что? — указал я на машину.

— Древняя херня, — пожала плечами Таша. — Есть, пить не просит, как говорится. И клану посрать.

— Типа всегда лежала, — поддакнула Хвостатая. — А че? Знаете чего? Можно навариться?

— Разбейте лагерь, — приказал коротко и направился к разбитой машине. Прям манит, падла — тянет поводком непознанного. Что же с тобой приключилось, брат? Какая сука обидела? И с хрена ли я принимаю металлолом за свояка?

Оставив позади удивленный шепоток группы, медленно обошел агрегат. В колокольне зашуршало, затрещало под бодрые посылы бойцов, разворачивающих стойбище. Перешли к практическому и насущному, оставив командиру бремя знаний.