Мой ненавистный футболист - Шведова Лада - Страница 7

– Правда? – Кажется, он удивился. – Давай тогда поиграем? Друг против друга.

Неведомая сила, что не позволяла мне сдвинуться с места и уйти, теперь заставила согласиться, хотя мне вообще никогда не нравился ни футбол, ни футболисты. Вик пригласил меня на середину поля и поставил между нами мяч:

– Первое касание за тобой, – сказал он. – Как будешь готова – начинай.

Глава 7

И я начала – пнула мяч вперед и сама побежала туда же. Вик быстро меня нагнал, и каким-то образом мяч прилип к его ногам, он ловко развернулся на месте и помчался в сторону моих ворот. Я бестолково бежала рядом и пыталась пнуть мяч, отнять его, но Вика мои попытки лишь веселили, он легко закатил мяч в ворота и засмеялся:

– Ты же говорила, что умеешь играть!

– Умею! Просто никогда не играла, – ответила я, на что он сильнее рассмеялся. Его смех звучал так заразительно и искренне, что я тоже улыбнулась.

Успокоившись, он посмотрел на меня сверху вниз и спросил:

– Если ты никогда не играла, зачем наврала?

– Ничего я не врала, просто…

– Что?

– Нет ничего сложного в обычном беге за мячиком. Этому можно и за один раз научиться, даже тренироваться особо не надо.

Вик покачал головой и закатил глаза:

– Девчонки! Все вы такие – в футболе не смыслите, даже если спортсменки.

Пока я обдумывала ответ, он отнес мяч к одиннадцатиметровой отметке и жестом подозвал меня:

– Идем, научу хотя бы по воротам попадать, а то с тобой вообще не поиграть, – он кинул передо мной мяч и скомандовал: – Бей!

Я ударила, но неудачно попала по мячу большим пальцем. Меня аж перекосило от боли и разочарования – уж по мячу-то бить я умела! Просто… волновалась больше обычного, вот и подставила палец, да так, что в реальном времени почувствовала, как он синеет вместе с ногтем.

– Что-то ты совсем не Килиан Мбаппе[1], – сделал вывод Вик, но развивать тему моих плохих ударов не стал, подошел, поставил на отметку новый мяч и объяснил, как разворачивать стопу. Для этого он сел и взял меня за ногу, а у меня в ушах зашумело от напряжения и созерцания его темной макушки. Хотелось провалиться сквозь землю.

Вик поднял на меня взгляд и спросил:

– Все поняла? Тогда бей.

Ничего я не поняла и даже не услышала, но на сей раз каким-то чудом ударила нормально, только слабо. Вик принес мне еще мячей, и некоторое время я лупила по ним, отправляя в ворота. После моих ударов мячи летали по причудливой траектории и никогда не попадали туда, куда я их отправляла, а если и закатывались в ворота, то крайне неохотно и вообще не эффектно.

– Возможно, пинать мяч сложнее, чем я думала, – неохотно призналась я.

В ответ Вик покачал головой и улыбнулся. Его улыбка не была идеальной – справа, в верхнем ряду зубов, выступал и слегка кривился клык. Но именно это и не позволяло отвести от парня взгляд. Неидеальность улыбки ему… шла? На него хотелось смотреть.

Таких желаний у меня не возникало прежде, хотя не сказать, что меня окружали парни. В основном я встречала их в школе, а туда ходила редко из-за большого количества соревнований и тренировочных сборов. Одноклассников я даже по именам не знала, за исключением пары человек. Все время я проводила за упорными тренировками, сборами и лечебными процедурами.

Лишь в редкие моменты у меня оставалось время на учебу. В школе таким, как я, завышали оценки, учителя легко шли навстречу спортсменам, но мне нравилось зарабатывать оценку. Это казалось интересным, чем-то вроде вызова. Может, для многих школа была унылой обыденностью, но не для меня. Для меня это было неизведанное приключение, загадочный далекий мир людей, живущих иначе.

Поэтому, даже находясь в школе и встречая одноклассников, я не особо на них смотрела – мне было интереснее чему-то учиться. Может, это странно, а может, мне просто не хватало внешнего мира, того самого, в котором существуют другие люди, не знающие о спорте.

– Идешь на обед? – Вопрос Вика отвлек от мыслей о школе. – Он скоро начнется. Можем дойти вместе.

Вместе?

Да меня потом с потрохами сожрут. Сначала Елена Анатольевна, а потом уже девчонки доклюют то, что останется. Еще и Роман пристанет с расспросами как три дня назад, когда я заговорила на пляже с легкоатлетом (он спросил, мое ли полотенце валяется на лежаке).

– Не иду, – ответила я. – Меня лишили обеда, чтобы не стало хуже. Буду запивать уголь водой и ждать ужина. Если повезет, на него схожу. Яблоко съем или хотя бы кефир выпью.

– Это… как-то странно.

– Для вас, – я улыбнулась, припомнив, как футболисты постоянно швырялись курицей. – А нам нельзя набирать лишний вес, с ним тяжелее прыгать. Можно сильно травмироваться или вообще элемент не докрутить и на шею свалиться. Ну и усугублять отравление тоже не стоит – пропадет несколько дней тренировок, а потом еще дни восстановления добавятся… никому это не надо.

– Точно? А то я хотел предложить тебе чипсы – у меня целый запас.

– С ума сошел?!

– Что не так с чипсами?! – растерялся Вик.

Я засмеялась:

– Все с ними так, обожаю чипсы. И остальные девчонки от них тоже без ума. Настолько, что способны уловить их аромат за много метров. Или даже километров. Если одна поела чипсы и не поделилась, остальные не простят.

– И что сделают?

– Слышал про «Игру Престолов»?

– Конечно.

– Вот что-то в этом духе и сделают.

– Вы серьезно относитесь к чипсам, – дошло до него.

– О, да!

Вик опять улыбнулся. Он оказался… нормальным? Обычным. Даже не знаю, с чего я вдруг дофантазировала ему мрачность вместе с загадочностью – парень как парень. Улыбаться он точно умел.

– Почему ты не приглашаешь девчонок танцевать? – спросила я.

– А надо? – Он сразу напрягся.

– Конечно. Ты им нравишься.

– Это их проблемы, Лана.

– Как-то… грубо.

Он посмотрел на меня фирменным взглядом: насмешливым, ироничным, так он смотрел все время, что я пыталась освоить удары по воротам.

– Может, я хочу пригласить тебя?

– М-меня?

– Да. Можно?

– Не думаю, что это хорошая идея, – то ли прошептала, то ли пробормотала я. Почему-то у меня в голове не укладывалось, что он… меня. Может, я неверно расслышала?

Та же Катька, к примеру, намного красивее, и это объективный факт – в прошлом году на соревнованиях ее даже рекламный агент заметил. А Жанна – натуральная блондинка с шикарной улыбкой; уверена, именно за улыбку ей вечно завышали баллы в вольных упражнениях, в которых она не так уж и сильна. Еще была Лерка – открытая и приятная, от нее веяло теплом и человечностью.

А я… ну, я.

Хмурая, настороженная, с привычкой сутулиться, полученной из-за слишком большого для спортивной гимнастики роста. С банально-каштановыми волосами и скучными карими глазами. Самым своим сильным качеством я считала умение собираться в любой ситуации – в отличие от остальных, я даже на соревнованиях не нервничала. А еще, пожалуй, у меня были мозги, ведь, учась три дня в месяц, я тянула школьную программу: могла решать задачи, писать сочинения и бормотать на английском. Но кого интересует чей-то там ум? Даже в свои семнадцать я знала, что так это не работает.

Ко всему прочему, тон Вика был таким… настораживающим.

– Почему это не хорошая идея? – спокойно спросил он.

– Просто…

– Я тебе не нравлюсь?

– Не в этом дело.

– Значит, нравлюсь, – самодовольно кивнул он.

Мне не нравилось направление, в которое вдруг свернуло наше общение. И Вик… я уже не видела его милым и улыбчивым. Теперь он был именно тем, кем казался изначально – парнем непростым. С двойным дном. У него и улыбка изменилась на какую-то злодейскую. Первое впечатление о нем было… верным?

Былую расслабленность как рукой сняло, я сложила руки на груди и сказала:

– Ты знаешь, что многим нравишься, это факт. Но это не значит, что ты нравишься мне.