Стань моим парнем - Уэст Кейси - Страница 32

Я стрельнула в него глазами. Еще один человек, которого я не знала. Так как я являлась президентом ученического совета, люди знали мое имя, но я не знала их имен, и в последнее время меня это слишком задевало.

– Мы знакомы?

– Нет.

– Хорошо, – сказала я и вздохнула и тут же поняла, как невежливо это прозвучало. – В смысле, не то чтобы я не хотела с тобой познакомиться, просто подумала, что забыла, как тебя зовут.

Он показал на бедж с именем Блейк.

– Ох. Точно. Просто я подумала, что должна знать твое имя без необходимости смотреть, и… не обращай внимания.

– Ты уже готова заказать?

Я приподняла брови. Эта привычка у меня от Хейдена?

– Ох да. Ты же кого-то ждешь. – Почему он произнес это так недоверчиво? Я же не так уж долго ждала, да? Я взглянула на дисплей смартфона: уже пятнадцать минут, как я здесь. Может, Хейден вообще не придет.

– Знаешь, несколько дней назад я бы сказала, что просто подожду снаружи.

Он нахмурился.

– Но теперь… – Я снова взглянула на его бедж. – Блейк. Ты выпускник?

– Да.

Я кивнула.

– В чем же твоя история?

– Что?

– Я имею в виду, чем тебе нравится заниматься? Ты увлекаешься спортом?

– Я занимаюсь бегом.

– Круто.

Со звуком звоночка открылась входная дверь, и я к ней повернулась, облегченно вздохнув.

Хейден поприветствовал меня легкой улыбкой. На нем были очки, а я и думать забыла, что он их носил. В них он выглядел привлекательно. И почему я раньше считала, что парни, носящие очки, не мой типаж? Хотя сейчас у меня было ощущение, что все надетое Хейденом будет соответствовать моему типажу парня.

– Привет.

Вопреки моим опасениям, он даже не обратил внимания, как я выгляжу. Просто подошел, встал сбоку и взглянул на наполнители.

– Какое самое вкусное? – обратился он к Блейку.

– Не знаю. Я не любитель мороженого.

– Что? – сказал Хейден с недоверием в голосе. – Как парень, которому не нравится мороженое, смог получить здесь работу?

– Магазин принадлежит моим родителям.

– Это все объясняет. Как долго они им владеют?

– Двадцать лет.

– Так ты вырос здесь?

Блейк показал на пол:

– Я буквально вырос прямо здесь.

– Выращенный мороженым. Могу понять, почему оно тебе не нравится.

Блейк засмеялся:

– Я его ненавижу.

Вот так узнаешь историю другого человека, подумала я. Как у него это получается настолько естественно?

Хейден улыбнулся мне:

– Что возьмешь?

– Эм… я бы выбрала «Каменистую дорогу»[18], но не особо люблю орехи.

– Блейк, Джии нравится вкус орехов, но не сами орехи. Можешь убрать их все для нее?

Я толкнула его локтем в бок:

– Вообще-то мне и вкус не нравится.

– Тогда почему ты выбрала это мороженное?

Я пожала плечами:

– Не знаю. Мне в нем нравится все остальное, так что это почти перевешивает орехи.

– Джиа, ты странная.

– Спасибо. А ты что выберешь?

– Я размышлял насчет ванильного, но тут подумал: «Это так скучно. Джиа решит, что я самый скучный человек на земле».

– Это правда.

– И тогда я подумал: «Держу пари, Блейк мне подскажет, что заказать», – но он тоже в этом не помощник. За что отдельное спасибо, Блейк.

– Всегда пожалуйста.

– Так что остается единственный вариант: клубничное. – Хейден кивнул Блейку. – Вот такой объем. – Он показал на среднюю креманку, затем повернулся ко мне: – Ты все еще смотришь на «Каменистую дорогу». Почему ты все еще смотришь на это мороженое?

– Не знаю. Оно выглядит так вкусно, что я начинаю уговаривать себя, что в этот раз оно мне понравится, и не получается.

– Тогда я тебя спасу от себя самой. Ты не можешь взять «Каменистую дорогу». Выбери что-то другое… кроме ванильного, потому что это так скучно. Кто его вообще берет? Не понимаю, почему они его продают.

Я улыбнулась.

– Вообще-то это самый популярный вкус мороженого, – сказал Блейк, кладя в креманку шарик клубничного.

– Ну, теперь я чувствую одобрение. Стоило взять ванильное.

Мои плечи напряглись при слове «одобрение». Именно от него у меня нездоровая зависимость. Может, стоило спросить в «Твиттере», какое мороженое выбрать?

– Я возьму «Карамельный хруст»[19], – сказала я прежде, чем начать слишком себя жалеть. – Тот же объем.

После того как каждый заплатил за свое мороженое, я повела Хейдена с холода на улицу, к черного цвета металлическому столу. Он сел, потом сразу встал, достал из заднего кармана джинсов и бросил на стол сложенную вдвое брошюру, которая начала медленно распрямляться.

– Ты сказала, что пробежишься со мной по сценарию. Я не шутил, когда говорил, что мне это необходимо. Завтра представление.

– Ох, конечно. – Я схватила сценарий, но мой взгляд задержался на Хейдене.

– Что? – пожал он плечами. – Ты смотришь на мои волосы так, будто тебе хочется достать свой тюбик с гелем и поправить их в очередной раз.

Я улыбнулась. Я вовсе не об этом думала. Его волосы принадлежат ему, а мои растут на мне.

– Нет, мне нравятся твои волосы и, кстати, твои очки тоже. Ты выглядишь привлекательным.

Он пальцем подвинул очки выше на носу:

– Глаза устали после вчерашней поездки.

– Извини.

– Нет, не надо. Мне этого хотелось.

Я кивнула и прочитала название на брошюре.

– «Странная парочка»[20]. Это пьеса, в которой один парень неряха, а второй помешан на чистоте?

– Да, это она.

– И ты кто?

– Неряха. – Затем он посмотрел на сценарий в моих руках: – Ох, ты имеешь в виду в пьесе? Я помешан на чистоте. Феликс.

– Подожди, в реальной жизни ты неряха?

– Да, а разве не скажешь?

– Ты кажешься собранным.

– Ну, я достаточно аккуратен. А вообще неряха.

– В чем?

– Во многих смыслах, но у нас нет времени на обсуждение. – Он показал на сценарий. – Действие второе, сцена первая.

– Что ж, если ты неряха, то я – стихийное бедствие.

– Самое симпатичное стихийное бедствие, которое я когда-либо видел.

Щекам стало тепло.

– Хорошо, действие второе, сцена первая.

Глава двадцать шестая

Мы дважды прошлись по сцене, и мне пришлось подсказать ему всего один раз.

– Из тебя получился очень хороший и слегка чудаковатый Феликс.

Хейден склонил голову:

– Спасибо.

– А кто играет Оскара?

– Один парень из моего класса.

– Он так же хорош, как и ты?

Встретившись со мной глазами, Хейден улыбнулся:

– И как я должен на это ответить? Если скажу нет, значит, я высокомерный. Если да, то ты подумаешь, что во мне нет ничего особенного.

Я задвигала ложкой по пустой креманке:

– Я хотела бы посмотреть пьесу.

– Тебе было бы скучно.

– Нет, не было бы.

– Тебе нравится театр?

– Не знаю. Никогда там не бывала.

– Правда?

– Правда.

Хейден положил руку на сердце:

– Я в шоке, Джиа. Не знаю, можем ли быть друзьями.

Как только я собралась рассмеяться, у меня за спиной послышался голос, который заставил меня похолодеть.

– Джиа?

Я на мгновение закрыла глаза, потом повернулась к Джулс:

– Привет.

Джулс улыбнулась Хейдену:

– Брэдли, верно?

Я внутренне съежилась, глубоко вдохнула и сказала:

– Н…

– Да, – прервал меня Хейден, вставая. – А ты?

Хейден знал, кто она такая. Хотя трудно было поверить в обратное, глядя на его безучастное лицо. Мне хотелось рассмеяться, но пришлось сдержаться.

– Джулс. Мы виделись на выпускном… Ты, возможно, не помнишь, потому что был занят… разными делами. – Она перевела взгляд с него на меня. – Я не знала, что вы сошлись. Джиа рассказывала нам о другом парне, с которым встречалась.

– Нет, я не встречаюсь с тем другим парнем, – сказала я быстро, беспокоясь, что Хейден подумает, будто я рассказываю людям, что мы встречаемся. Затем показала на Хейдена: – И мы тоже не встречаемся. Просто разговариваем. – Этим замечанием о том, что я с кем-то встречаюсь, Джулс собиралась поссорить меня с «Брэдли»?