Хрустящие булочки от попаданки (СИ) - Минц Мария - Страница 59

И этот голос сказал…

Я серьёзно посмотрела на Рейвенна, который всё ещё не отпускал мою руку. Но он, похоже, считал мой взгляд по-своему, потому что, ухмыльнувшись краешком рта, рывком притянул меня к себе и наклонился прямо к моему лицу.

– Думаю, мне полагается благодарность, – выдохнул он мне в губы.

– Не так быстро, – хмыкнула я и отклонилась назад, прижав пальцы к его губам. Орландо поднял бровь, а я пояснила:

– С тобой тоже кое-кто хочет поговорить по душам.

И добавила, чуть подумав, для усиления эффекта:

– Уверена, ты будешь не в меньшем шоке!

Эпилог. Часть 1

– Так значит, вот какая ты – настоящая! – резюмировал Орландо. Он бесшумно вошёл в комнату и встал позади меня, обняв за плечи.

Теперь мы оба смотрели в зеркало. Оттуда на меня смотрела… я. Не Милена, а настоящая я. Наталья Павловна Астапова. Только моложе лет на двадцать пять, с густой копной каштановых волос и молодым телом.

Мы с Миленой действительно были очень похожи внешне. Только она больше тянула на мою беззащитную младшую сестренку, а я – на более ответственную и храбрую старшую.

– Да, – кивнула я, поправляя волосы. Все остальные слова куда-то растерялись. Всё-таки,не каждый день получаешь шанс вновь обрести собственное молодое тело!

После того, как Рейвенн спас меня, события закрутились с космической скоростью. После тщательного разбирательства, он отослал Матильду, невзирая на её клятвы в том, что она больше никогда и нигде, в какую-то отдалённую усадьбу. Офелия, громко проклинающая всех и вся, отправилась в закрытый для посторонних пансион для благородных девиц. Там ей предстояло научиться хорошим манерам и, в первую очередь, перестать думать о всяких глупостях.

Сильвия же, осознав, что ей с Орландо ничего не светит, выскочила замуж за какого-то адмирала флота и отправилась с ним на далёкие острова.

Мы с Орландо как-то незаметно сблизились. То ли его сражение с полозом в пещере объединило нас, то ли то, что я почувствовала, что его отношение ко мне действительно поменялось.

Я ценила не красивые слова, а поступки. А то, что он был готов сорваться с места и отправиться за Лунной пыльцой только для того, чтобы помочь мне в безвыходной ситуации, говорило о многом.

Правда, сблизиться-то мы сблизились, но между нами стояла одна важная вещь.

Разговор Орландо с Миленой. Когда он победил полоза, то оказалось, что она набралась достаточной смелости, чтобы поговорить с ним самостоятельно. И я предоставила ей такую возможность.

Как? Просто позволила Милене вернуться в её тело и заговорить от своего имени. Как она это сделала, не знаю. Помню только, что погрузилась в сон, а когда очнулась вновь, Милена вновь умолкла. Но я почувствовала невероятное удовлетворение и умиротворение, исходящие от неё.

Словно она наконец-то смогла высказать всё, что наболело.

От такого поворота событий Орландо знатно обалдел. Взвесив все “за” и “против”, я всё-таки решилась рассказать Рейвенну всю правду про себя и Милену. Начиная с того приснопамятного дня нашего с ним первого знакомства.

Надо сказать, он воспринял это куда спокойнее, чем я ожидала.

– Знаешь, – задумчиво сказал он, когда я закончила свой рассказ, – я всегда что-то такое подозревал. Чувствовал, что ты как будто раздваиваешься, только не мог понять, что это значило. Теперь понял.

– И когда ты впервые это почувствовал? – насторожилась я.

Вместо ответа Рейвенн протянул руку и провёл костяшками пальцев по моему лицу, от виска до щеки.

– Когда поцеловал тебя тогда, в булочной, – серьёзно ответил он, проникновенно глядя мне в глаза.

У меня от того момента остались далеко не самые радужные воспоминания, поэтому я поморщилась и отстранилась.

Рейвенн удержал меня за плечо.

– Милена сказала мне, – веско сказал он, – что хочет начать новую жизнь. Что благодаря тебе она взглянула на многие вещи с другой стороны и многое поняла. Но это значит, что ваши пути тут расходятся, и тебе нужно вернуться в своё тело.

На этом моменте у меня кончился весь воздух, а за ним – и все слова.

– Разве это возможно? – одними губами прошептала я.

– Для драконов нет ничего невозможного, – решительно заявил Рейвенн, – я отыщу способ вернуть тебе твоё тело.

– Но… почему? – бестолково спросила я, – Зачем тебе так заморачиваться, если мы можем просто разойтись в разные стороны и отправиться каждый своей дорогой.

– Потому что я хочу сделать так, чтобы вы обе остались в выигрыше, – серьёзно ответил Орландо, – я понял, как много страданий причинил Милене. А ещё…

Он сделал паузу, чтобы заглянуть мне в глаза.

– Я понял, что мне нужна ты. На-таль-я, – он впервые произнёс моё имя, и я внезапно почувствовала, как затрепетало моё тело в ответ, – я восхищаюсь тобой. Твоей решимостью, смелостью и целеустремлённостью. Я впервые ощутил, что полюбил. И я хочу, чтобы ты принадлежала только мне…

– Стоп-стоп-стоп, – улыбнулась я, хотя слова с трудом складывались в предложения. Внутри всё пело от его признания, – я не хочу ощущать себя вещью. Красивой игрушкой, которой кто-то владеет. Я личность, и мне важно, чтобы ты принимал меня, как полноценную личность, со всеми недостатками и достоинствами. И…

Слова иссякли. Потому что в глазах Рейвена я прочла готовность принять меня такой, какая я есть.

И мне этого было достаточно.

Тот разговор не закончился поцелуем, хотя мы оба и порывисто рванулись навстречу друг другу. И остановились всего лишь в паре сантиметров.

– Я хочу… – выдохнула я.

– Я хочу поцеловать тебя настоящую, – закончил Орландо, – почувствовать вкус твоих губ. Почувствовать тебя всю.

– Это можно считать предложением? – лукаво посмотрела на него я.

– А разве это может быть чем-то другим? – поднял он бровь.

Потом был и поцелуй. И не один.

И момент, когда Наталья Астапова стала Натальей Рейвенн тоже был не за горами.

После разделения Милена вернулась в свой родной дом, и жизнь у неё тоже пришла в норму. Она всерьёз занялась хозяйством, стала помогать Элизе с фермой. Под её присмотром дела пошли так хорошо, что я предложила ей место управляющей моей пекарни в Шварцвальде, на что она с радостью согласилась.

Кстати, в последнее время к ней стал частенько заглядывать Эрнест. Я могу только скрестить пальцы за них двоих: так хочется, чтобы и они были счастливы!

Кстати, Колода Динге действительно оказалась у деда Луцика. Он предъявил её нам в качестве свадебного подарка, но Орландо не стал его обирать. Он вернул ему Колоду со словами, что у него есть гораздо более ценный дар.

И выразительно посмотрел на меня.

Кажется, в тот момент дед Луцик прослезился.

Эпилог. Часть 2

– Это… это правда?!

Я смотрела на маленькую хрустальную каплю, мерцающую алым, которую я держала в руках.

Это был амулет под названием Зерно Жизни. С его помощью можно было определить многое.

В том числе, и беременность.

– Алый – цвет богини-Матери, – заученно повторила я слова аптекаря, продавшего мне этот амулет, – а это значит только одно…

Сильные пальцы Орландо легли на мою руку и бережно сжали её вместе с Зерном.

– Ты беременна, – договорил он за меня, прижав мои пальцы к губам. Всмотрелся мне в лицо, и по его лицу пробежала тень.

– Ты не рада этому? – озадаченно спросил он. Я торопливо помотала головой.

– Я… наверное, просто не могу этого толком осознать, – сбивчиво ответила я и умолкла. В голове была какая-то каша.

В той, другой жизни, которая сейчас казалась мне не более, чем смутным воспоминанием, я очень хотела ребёнка. Хотя бы одного. Однако мне так и не встретился мужчина, которого я бы посчитала достойным… а потом и время ушло.

И вот я тут. Стою напротив того самого мужчины, единственного во всех мирах, которому могу довериться и доверить ещё одну жизнь!

Я. Наталья Павловна Астапова. Владелица пекарни “У Черныша и Булчека” (да-да, такое название я в итоге выбрала для лавки). Герцогиня Рейвенн. Счастливая жена. А теперь ещё и…