Блокшот (ЛП) - Кент Кайли - Страница 10

Переодевшись, я спускаюсь вниз. Прохожу через гостиную, и мне в голову приходит идея.

Крепость из одеял защитит наши секреты, Люк. Никто не сможет к ним прикоснуться, если они будут заперты здесь.

В моей голове снова звучат ее невинные детские слова. Стоит попробовать.

Я бегу наверх, хватаю стопку одеял из бельевого шкафа, бросаю их в гостиной и расставляю мебель. Затем я приступаю к сооружению идеальной крепости из одеял. Удовлетворившись своими ограниченными архитектурными успехами, я перетаскиваю меховой ковер от камина к центру своего сооружения. Разбросав подушки, я беру с дивана один из пледов и расстилаю его. Я отхожу назад и любуюсь своей работой.

Неплохо, но нужно что-то еще…

Я отправляюсь в гараж и роюсь в коробке с рождественскими украшениями, которые Алия заставила меня повесить в тот год, когда я переехал. Нахожу несколько гирлянд, возвращаюсь в дом и развешиваю их по верху своей импровизированной крепости, а затем подключаю к сети и включаю.

Довольный результатом, я выключаю остальное освещение в комнате, закрываю жалюзи и любуюсь тем, как мерцают маленькие лампочки. Затем я иду на кухню и быстро готовлю закуски. Я знаю, что Монтана не будет есть полноценный обед, но, может быть, она захочет перекусить. Я беру две бутылки воды и деревянную доску, на которой теперь полно мяса, сыров, крекеров и фруктов. И ставлю все в центре крепости. Теперь мне не хватает только девушки.

Я нахожу Монтану в гостевой комнате. Она складывает одежду, которая свалена на кровати рядом с пустыми пакетами. Алия любит ходить по магазинам.

― Эй, пойдем со мной на секунду. Я хочу тебе кое-что показать. ― Я стою у двери и смотрю, как Монтана, прихрамывая, идет от кровати к одному из комодов.

― Мне следовало убрать это. Такой беспорядок. Мне очень жаль, ― говорит она.

― Это не беспорядок, и ты можешь разложить все позже, Танна. Пойдем, это не займет много времени. ― Я протягиваю ей руку, надеясь, что она возьмет ее.

― Ты уверен? ― спрашивает она, нахмурив брови и глядя на кучу перед собой.

― Однозначно. Пойдем. Потом я помогу тебе.

Монтана подходит ко мне, ее шаги неуверенные и явно болезненные. Она переоделась в шорты и футболку, а ее волосы собраны на затылке. Даже покрытая синяками, она все равно самая красивая из всех девушек, которых я когда-либо видел. Она вкладывает свою руку в мою и идет за мной вниз по лестнице. Я останавливаюсь на пороге гостиной, и Монтана ахает.

― Что ты сделал? ― спрашивает она.

― Я построил нам крепость. Пойдем. ― Я завожу ее внутрь и сажусь в центре. Монтана опускается напротив меня, ее глаза широко раскрыты и смотрят испытующе. За болью и грустью, которые я вижу в них, скрывается намек на прежнюю Монтану.

― Когда мы были детьми, ты доставала нас с Шоном, чтобы мы строили такие крепости для тебя. Ты их любила, ― напоминаю я ей.

― Я помню, ― говорит она.

― Крепость из одеял защитит наши секреты, Люк. Никто не сможет к ним прикоснуться, если они будут заперты здесь, ― я повторяю ее собственные слова.

― Слова ребенка, который хотел в это верить.

― Нет. Это правда. Эта крепость защитит наши секреты, Танна. И мы собираемся раскрыть их все. Единственные, кто может их услышать, ― это ты, я… и крепость.

― Я не знаю… ― начинает она, уже качая головой.

Я беру одну из бутылок с водой, откручиваю крышку и протягиваю ей.

― Я буду первым. ― Я стягиваю футболку и указываю на ее имя на груди. ― В ночь похорон Шона я отправилась в тату-салон с намерением сделать что-нибудь в память о нем. Но, когда сел в кресло, я попросил не об этом. Я попросил набить твое имя. Я хотел, чтобы ты была со мной хотя бы так. В тот день я потерял не только Шона. Я потерял и тебя, и, как бы мне ни было неприятно признавать это, думаю, что в конце концов потерять тебя было больнее.

Монтана смотрит на меня, на свое имя на моей коже.

― Я… я не умерла, Люк. Я была рядом. Ты предпочел уйти.

― Ты права. Я принял это решение. И я ошибся. Мне не следовало уходить от тебя. Я думал, что поступаю правильно. По отношению к тебе и к Шону.

Монтана отпивает глоток воды и ставит бутылку на ковер. Она закрывает глаза и начинает говорить.

― Я… я встретила Эндрю три года назад…

Я протягиваю руку и накрываю ее дрожащие ладони. Я ничего не говорю. Я просто жду, когда она продолжит.

― Первые несколько месяцев все было хорошо. Я думала, что нашла человека, который любит меня. Кто не уйдет просто так. Меня всегда все бросают.

Она делает паузу, и нож вонзается мне прямо в грудь. Я, блядь, ушел. Я часть этих всех.

― И Эндрю не ушел. Он… Я не знаю, что произошло, но изменения были постепенными. Со временем, понимаешь. У него случались внезапные вспышки гнева, если я делала что-то не так или нарушала одно из его правил. Я старалась быть такой, как он хотел. Я действительно старалась. Но я такая же, как они, моя мама, Шон… Я слишком эгоистична, чтобы быть полезной для кого-то еще.

Я хочу прервать ее. Сказать ей, что это полная чушь. Что она не эгоистка. Она идеальна такая, какая есть. Но я прикусываю язык, боясь, что, если перебью ее сейчас, она снова замкнется.

― Когда он ударил меня в первый раз, все было не так страшно. Он клялся, что это была случайность, и я хотела ему верить. Я действительно думала, что он изменится. Потом я стала думать про себя: «По крайней мере, он меня не бросил». Если он остается со мной, значит, я обязана стараться изо всех сил.

― Что случилось той ночью?

― Я должна была бросить колледж. Я сказала ему, что уже сделала это, но я все еще училась по интернету, когда его не было дома. Потом я слишком увлеклась одним из тестов и забыла приготовить ужин… А он нашел мои учебники.

Этот ублюдок отправил ее в больницу, потому что она, блядь, училась. Зрение застилает красная пелена, и мне требуется вся моя выдержка, чтобы не сжать кулаки. И продолжать слушать ее.

― Ты ведь знаешь, что это не любовь? ― спрашиваю я, вместо того чтобы продемонстрировать свою ярость.

― Знаю. Но он остался, Люк. Больше никто этого не сделал, ― шепчет она.

― Мне жаль, что я ушел, Танна. Ты даже не представляешь, как мне жаль, ― говорю я ей. ― Но я обещаю тебе, что больше никогда не уйду. Я всегда буду рядом с тобой.

Она улыбается, но я вижу, что она мне не верит. И это нормально. Я не виню ее. Просто это дает мне больше причин доказать это.

― Где он сейчас? Думаешь, он ищет тебя?

Монтана качает головой.

― Думаю, пока нет. Он не будет искать меня, пока не убедится, что я поправилась. Он всегда держится на расстоянии после…

Ее слова обрываются, и мне хочется заорать: «После того как он, блядь, избивает тебя до полусмерти?»

― Ты не можешь вернуться туда, Танна. Я могу забрать твои вещи. Я могу помочь тебе перевестись в другой колледж, но ты останешься в Ванкувере. Если ты не хочешь жить здесь, со мной, я найду тебе собственное жилье. Но ты не можешь вернуться.

― Я не могу просить тебя об этом, Люк. Может, сейчас он и не ищет, но если меня не будет дома, когда он вернется, он начнет искать, и станет только хуже.

― Никто не войдет в этот дом. Здесь ты в безопасности. И если он захочет снова добраться до тебя, ему придется сначала встретиться со мной.

― Именно этого я и боюсь. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Я не хочу, чтобы это повлияло на тебя, на твою карьеру…

― Уже слишком поздно для всего этого. Мне безумно больно видеть тебя такой. Ничего подобного я никогда раньше не испытывал. Но осознание того, что я мог предотвратить все это, разрывает меня на части, Танна.

― Это не твоя вина, ― отвечает она.

Я знаю, что не делал этого с ней, не напрямую, но то, что я ее оставил, что-то сломало в ней. Это на моей совести.

Я ложусь на ковер и опускаю голову на одну из подушек.

― Давай вместе посмотрим на звезды.

Монтана сворачивается калачиком у меня под боком, ее рука тянется к моей.