Дикая Роза. Семь лет спустя - Коробов (Хуан Вальехо Кордес) Владимир - Страница 9

— Рохелио? Это Рикардо. Внезапно заболела Кандида. Пока неясно, что с ней, доктор Кастильо сделал успокаивающий укол, и она спит. Я уже еду, звоню тебе из машины. Если я не успею до Кренкорда, предложи ему выпить и займи какими-нибудь байками. Все. До встречи.

Только он положил трубку и решил обследовать содержимое бара, как раздался еще один звонок:

— Сеньор Рохелио? Это детектив Кастро. Все это время я крутился вокруг вашего дома. Боюсь, что подозрения вашей жены отнюдь не беспочвенны. Я даже не уверен, что справлюсь один. Мне необходимо немедленно поговорить с вами и вашим братом. Оставляю здесь вместо себя агента Рочу и выезжаю к вам в офис.

— Извините, сеньор Кастро, но сейчас мы встречаемся с важным бизнесменом.

— Я задержу вас ненадолго. Это вопрос жизни и смерти. — Детектив, положил трубку.

Рохелио хмыкнул: кому нужно следить за беременной Эрлиндой? Он и позвонил-то в агентство просто так, чтобы успокоить жену, и собирался поручить Кастро вечером встретиться с ней и сказать, что, мол, все проверено, сеньора, беспокойство ваше излишне и объясняется вашим особым состоянием. Наверное, частный детектив сейчас без работы, вот и хочет заставить Рохелио раскошелиться. Что ж, если, он убедит Линду, что она напрасно, волнуется, то хорошо и получит. Но зачем же ему еще и Рикардо? И как можно будет прервать встречу с Кренкордом? Подождет. Скажу секретарше, чтобы не впускала его до тех пор, пока мы не закончим…

— Здравствуйте, господин Кренкорд! Брат будет с минуты на минуту, не выпить ли нам пока чего-нибудь? Что желаете.: виски, коньяк, ром?…

Уже целый час сидели втроем друг против друга братья Линаресы и господин Дэвид Кренкорд, невозмутимый рыжий американец англосаксонского происхождения, поджарый, рослый, лет сорока пяти, сколотивший за десять лет многомиллионное состояние в самых разнообразных международных деловых сделках. Кренкорд прихлебывал маленькими глоточками коньяк, запивал его кофе, курил, много говорил общих слов, комплиментов Мехико и мексиканцам, но никак не переходил к делу. Наконец Рикардо не выдержал:

— Господин Кренкорд, я с вами совершенно, согласен, что Мексика похожа своими очертаниями на карте на мифический рог изобилия, что здесь до сих пор можно получать большую прибыль, но не пора ли нам начать конкретный разговор?

— О, я к тому и веду, сеньоры! Вы помните, вернее, слышали, как появлялись многие баснословные состояния в былые годы. Огромные земельные пространства покупались чуть ли не по сентаво за квадратный метр, а через несколько недель оказывалось, что там начинают прокладывать шоссейную дорогу и возводить жилой район — стоимость участков подскакивала в десятки тысяч раз. У меня есть друзья в ваших правительственных кругах, кое в чем мне обязанные. Вскоре они сообщат мне, какие земли в Мексике стоит купить — очень быстро они сказочно возрастут в цене. Но вы, конечно, знаете, что гражданину другого государства подобную сделку нельзя оформить, тут требуются отечественные бизнесмены, да еще с незапятнанной репутацией. Я не требую от вас немедленного ответа, но и не советую думать слишком долго. Позвоните мне в отель ровно через сутки. О’кей?

— Хорошо, господин Кренкорд, мы так и сделаем, — сказал Рикардо. — А сейчас извините, что не приглашаем вас на обед: непредвиденные домашние обстоятельства. Но обед в вашу честь за счет «Рироли» будет дан непременно.

— Спасибо, сеньоры, всего доброго, до встречи, — Дэвид Кренкорд выпрямился как жердь, бросил недокуренную сигару, в пепельницу, церемонно поклонился и направился к выходу.

Братья уже собирались обменяться мнениями о состоявшемся разговоре, когда в только что закрывшуюся за американским бизнесменом дверь ворвался детектив Кастро. Он был в ярости и плохо скрывал это:

— Сеньор Линарес, я же просил вас принять меня незамедлительно. Это слишком серьезное дело.

— Сеньор Кастро, я не мог ни отменить, ни перенести эту встречу. Тем более что не вижу причин для беспокойства. Вы должны знать, что беременные женщины отличаются своеобразным восприятием действительности. То им хочется соленого огурчика, то сгущенки, а то им что-нибудь кажется.

— Нет, сеньор. Здесь другой случай. И пожалуй, именно беременность, обостренность восприятия и помогли вашей жене обнаружить эту слежку. Обычный человек этого бы не сумел сделать — действуют профессионалы высокого класса.

— Вы кого-то узнали? Кто-то из ваших коллег, частных детективов? Или почему-то полиция?

— Боюсь, что дело обстоит гораздо хуже и гораздо серьезнее, сеньор Линарес. По всем повадкам, это мафия.

— Мафия? Из чего это следует?

— Чутье, опыт, знание их почерка.

— Это слишком общие слова, сеньор Кастро!

— А у меня пока и нет досье, сеньор Линарес! Но я сам видел из-за шторы, поднявшись в вашу квартиру, как на секунду сверкнули линзы хорошего полевого бинокля в доме напротив.

— Возможно, юнец подсматривает за тем, как. женщина раздевается.

— Возможно. Но мне не понравился, фургон неподалеку от вашего дома и показалось знакомым лицо молодого забулдыги в баре поблизости, откуда хорошо просматривается обычный пеший маршрут вашей супруги.

— Все забулдыги чем-то похожи друг на друга.

— Этого я явно видел когда-то в одном полицейском досье.

— Ну и что? Вполне понятно.

— Но он взглянул на меня, когда я вошел в бар, совершенно трезвым и глазами, хотя в бутылке за его столом половины содержимого уже не было!

— Значит, умеет пить и не пьянеет…

— Сеньор Линарес, я не понимаю вас. Вы ведь сами мне позвонили и…

— Да, сеньор Кастро, я сделал это, чтобы успокоить свою беременную жену, и надеюсь, вы мне в этом поможете.

— Как я могу ее успокоить, когда сам уже всерьез беспокоюсь?

— Ну проверьте все еще раз. Привлекайте людей, сколько нужно. Я готов оплатить все расходы, только чтобы успокоить Эрлинду.

— Я вас понял, сеньор. Но разрешите задать два вопроса вам и сеньору Рикардо.

— Задавайте.

— Допустим только на минуту, что моя интуиция права и за вашей женой, сеньор Рохелио, кто-то следит. В таком случае, на то есть серьезные причины. Все ли в порядке с вашим бизнесом, сеньоры? Нет ли у кого причин как-либо посчитаться с вами как с конкурентами?

— Исключено.

— Все ли в порядке в вашей личной жизни, сеньоры, заранее прошу прощения за неделикатный вопрос?

— Все в полном порядке, — без запинки ответил Рикардо.

— Да, — немного помедлил с ответом Рохелио, и слегка покраснел.

— В таком случае до свиданья. — Детектив Кастро поднялся с кресла. — Вечером я позвоню вам или даже зайду, сеньор Рохелио. Всего доброго, сеньор Рикардо! Если появятся какие-то мысли или соображения, обязательно позвоните.

Кастро стремительно вышел, а Рохелио принужденно рассмеялся:

— Пугать — его профессия, так он больше заработает. Уверен, что он просто использует кажущиеся опасения Линды, развивает сценарий, как говорят специалисты.

— Хорошо, если так, — сухо сказал Рикардо. — Но наша семья с ним уже имела дело, и он проявил себя семь лет назад наилучшим образом. Он и агент Роча. Ты лучше скажи брату: твоя личная жизнь и в самом деле, в полном порядке?

— Ну… — смутился Рохелио, — ты же — знаешь: ждем второго ребенка и…

— И поэтому ты афишируешь на всех углах свою связь с Марианой Гульен де Ледон!

— Откуда ты знаешь, Рикардо? Кто тебе сказал?

— Какая разница, если, об этом знает весь «культурный» Мехико!.. Ну, допустим, мне Роза, сказала, в артистической среде ведь не утаишь: кто, с кем и когда.

— Значит, и Эрлинда уже знает, — упавшим голосом сказал Рохелио. — Ведь она часто говорит по телефону с Розой, они давние подруги.

— Ручаюсь, что Эрлинде Роза как раз ничего не говорила и не скажет, особенно теперь, когда твоя жена ждет ребенка. Но вот, тебе Роза при встрече обещала расцарапать физиономию, так что берегись, она может.

— Да уж знаю, — облегченно вздохнул Рохелио, — буду стараться держаться от нее на безопасном расстоянии.