"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 1275

Отдельные чёрные пряди так и норовили выбиться из-под резинки и упасть ему на глаза.

Наполовину человек, на вторую половину лесорождённый, он был обязан нечеловеческой части своего организма бонусами к точности и скрытности, хотя последнее и не имело специфического, отдельного навыка, как у той же Алисы, которая могла буквально за секунду потеряться из вида на фоне зарослей. Оттуда же, от смешанной крови, произрастали особенности его внешности. Быстро растущие волосы на голове и изящные черты лица.

Полог тента откинулся, и Алиса вернулась на своё место. На облучке рядом с возницей было мало места, но девчонке и её любовнику — хватало:

— Он бредит. Мычит постоянно что-то и стонет. Зелья, которыми его опаивает Люпмен слишком слабые, а целебная мазь не годиться чтобы восстанавливать лицо после… после таких…

Девушка сглотнула, так и не решившись назвать тот ужас под повязкой — ранением. Одного глаза у монаха больше не было, куска щеки тоже, с половины лица содрана кожа и всё это продолжает кровоточить, постоянно пропитывая повязки сукровицей. Если бы не алхимик и отрядный запас лечебной мази, который у него хранился, быть бы Аркину мёртвым.

Монах, нашедший себе бога, застыл между жизнью и смертью.

Вот только то, что остальные ходоки принимали за бред, являлось общением. В криках чёрных птиц, скрипе телеги и отдалённых, неразборчивых разговорах своих спутников, Аркин слышал голос своего бога.

Он обещал ему дары, о которых тот не мог и мечтать. Обещал боль, которая затмит его страдания. Обещал силу, способную изменить весь мир.

И монах согласился.

Бесконечные строчки цифрового кода замедлили свой бег и остановились. Анализ занял семь часов и был завершён. Друг, чей поиск был самой целью существования трёхликого, в этой колыбели никогда не рождался.

Аватар занятый разумом, спаянным из обломков ИскИна и остатков личности ходока, открыл глаза и прервав медитацию встал на ноги.

Оставалось проверить второе место. Таверну у реки.

Находясь в цифровой реальности мира, он видел странные возмущения вирта. Юмирон менялся, набирало обороты какое-то глобальное событие и говорящий за мёртвых понятия не имел, чего ждать от грядущего виртуального сценария.

В любом случае лезть в охваченный болезнью заречный район, без подготовки, он не собирался.

Он вышел из таверны ближе к утру, прямо в освещённый редкими, масляными фонарями, спящий город. Не желая привлекать лишнее внимание, промелькнул мимо нескольких патрулей стражи, таясь в тенях подворотен и боковых улочек.

Его рюкзак и лук остались в таверне. Как и трофейная накидка, чьи бонусы к маскировке работали только среди диких, покрытых зеленью территорий.

Только мечи, комплект садиста и плащ убитого вора были его спутниками этой тёмной ночью.

Исследуя улицу за улицей и район за районом он принципиально избегал предположительно опасных мест. Не забирался в глубину жилых кварталов и огибал по дуге большие, неосвещённые пространства.

Город-колыбель был пропитан скверным запахом нечистот. Лошадиного и человеческого дерьма, сожжённого угля из местной шахты и чего-то неуловимого, неподдающегося анализу, но не менее неприятного.

Первой его остановкой стала Железная улица. Здесь, ориентируясь по вывескам закрытых лавок он нашёл нужную и затарабанил в массивную дверь. Стук пришлось повторить трижды, прежде чем дверь в лавку отварилась, а в грудь убийцы нацелился магический жезл:

— Закрыто! Или ты решил познакомиться с иглами Стура⁈

За спиной того, кто удерживал жезл и светильник, притаился малец с тонкой рапирой в руках. Оба выглядели сонными и раздражёнными. Но открытый мешочек, битком набитый серебром в протянутой руке трёхликого, мигом изменил их отношение.

Вместо открытых угроз, лысеющий, рыжебородый хозяин, лишь проворчал:

— Не ходится вам днём. Всё ночью не спите и другим не даёте. Проходи раз нужда притащила, не стой!

От внимания переступившего порог ходока не укрылось, что магический жезл перекочевал в руки парнишки. Юнец держался на расстоянии, видимой агрессии не выказывал, но лопухом тоже не был и скорее всего умел обращаться с магическим оружием.

Неписи в городе были осторожны и не забывали о собственной безопасности.

— Нам нужна защита. Кольчужная, не стесняющая движений.

Вставший за прилавок хозяин изогнул одну бровь:

— Кому это нам? А мерить ты один за всех будешь? Плюс сразу скажу индивидуальных заказов мы не берём. Кузница в речном районе, а работать сейчас там невозможно.

Ходок в трёхликом испытал сильное раздражение от невозможности говорить о себе без ошибок лингвистического аппарата. Ткнул себе в грудь большим пальцем и повторил:

— Лёгкая кольчуга нужна НАМ.

Хозяин ухмыльнулся и махнул рукой в сторону деревянных стеллажей:

— Ну выбирай, да на прилавок складывай. Там всё почитай лёгкое в одно плетение. Есть мягкие варианты, от ножа или удара вскользь уберегут, они дешевле. Есть те, что от воды беречь надо, ржа их ест. А есть и хорошие, но они подороже. Разрубить их тяжко, ножом вообще не взять, но телу всё равно достанется от удара. От булавы и шестопёра кольчуга не защищает.

Пока трёхликий подойдя к стеллажам их разглядывал хозяин лавки продолжал его направлять:

— Ориентироваться очень легко, наверху хорошее, внизу на полках похуже. Первая секция безрукавки, и чем дальше вдоль стены, тем длиннее рукав и юбка. В угол не суйся. Там уже с накладками и плетение двойное-тройное, совсем не лёгкие такие рубахи. Если панцирь нужен, они тоже есть, но всего три экземпляра. За ними идти на склад надо.

Убийца повернулся к хозяину и свет масляного фонаря отразился в его глазах жёлтым бликом:

— Эту. — В его руках блестела кольчуга из обычной стали. Он уже знал, что она подходит ему и по размеру, и по параметрам. И даже цену её он тоже знал. — Ещё нужны наручи и наголенники, чем легче, тем лучше.

Бородач, судя по мускулатуре и подпалинам на бороде не только торговец, но и кузнец кивнул:

— Оно у нас есть, но под твой размер подгонять придётся, чуть подправлю и на кожаные ремешки сядет как влитая, снимем мерки и через час готово будет. Обождёшь?

Говорящий за мёртвых положил кольчугу на прилавок:

— Мы уйдём, но оставим оплату, вернёмся к сроку. Пойдёт?

Мужик протянул ему свою мускулистую лапу и прогудел:

— По рукам.

На этом они разошлись. Уже на выходе трёхликий поинтересовался, где в Юмироне располагается лавка лекарей или травников. И ему немедленно указали направление. Железо обошлось в восемнадцать серебряных монет. Дикая сумма, но даже обычный метал здесь в цене. Именно поэтому ходоки редко выбирают своим оружием меч, всё больше обходясь копьями, топорами и булавами.

Последние — значительно дешевле.

Ещё до восхода он разбудил городского алхимика и выторговал у него зелье, укрепляющее иммунитет. А также несколько рецептов, чтобы сформировать для системы правдоподобные отчёты, объясняющие умение трёхликого эти самые зелья создавать.

Он мог бы убить торговцев и украсть всё необходимое, но счёл этот риск неоправданным. Город — это не посёлок с его небольшим и не очень-то боеспособным населением. Любая акция внутри Юмирона сама по себе обрастала большим слоем вероятностей, не давая возможности для хоть сколько-нибудь точного прогноза.

Вернувшись на рассвете в таверну, убийца оплатил еду и весь день проспал, накапливая бонусы бодрости и поднимаясь лишь затем, чтобы поесть и сходить в туалет.

Недомогание, вызванное использованием в бою визжащей плети, сошло на нет. Энергетический резервуар, существенно возросший из-за частого использования магии крови, полнился силой.

Говорящий за мёртвых мог воспользоваться этой силой чтобы зачаровать купленное у кузнеца, но решил этого не делать.

У металла в этом мире были свои минусы, он искажал ауру, не позволяя чародеям таскать на себе тяжёлые доспехи. Чем больше на тебе металлических изделий, тем сильнее искажается энергия, повышается вероятность разрушения или непрогнозируемого изменения, которое опасно не только для самого заклинателя, но и для окружающих.