"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 1300

Когда убийца накидывал на свои плечи драный плащ, где-то в центре, ударил колокол.

Буквально через половину минуты на улице заржали лошади и раздался стук копыт по мостовой. Выглянув в окно, трёхликий стал свидетелем интересной картины.

— Комендантский час! Всем оставаться дома! Консорг сказал! Комендантский час! Всем оставаться дома до удара колокола!

Всадники с гербом Юмирона на своих накидках останавливались через каждую пару домов и орали со всех сил. Городские глашатаи разносили весть.

Наблюдая за тем, как конные уносятся прочь, продолжая оповещать жителей, говорящий за мёртвых увидел, как снова меняется вирт. Городское событие выходило на новый уровень.

Выпив залпом остывший эликсир и получив бонус к иммунитету, он подхватил рюкзак, забрал лук и оставшиеся стрелы чтобы спустя половину минуты воспользовавшись металлическим крюком с закреплённой верёвкой, прямо через окно взобрался на крышу.

Глава города вывел своих воинов на улицы. Вооружённые люди, строились в шеренгу на следующем от таверны перекрёстке. Накидки, кольчуги и шлемы, выдавали в них подразделения куда более оснащённые чем городская стража. В отличии от крепкой, выделанной кожи, их тела прикрывал полированный в кузнях металл.

Понимая, что нет никакого резона увязать в городских боях, трёхликий двинулся к назначенному месту встречи по крышам. Перемахивая сквозь узкие переулки и таясь у печных труб, он быстро вышел к ближайшему перекрёстку и дождавшись, когда солдаты разобьются на патрули, расходясь в разные стороны — спустился.

Но на мостовой он задержался не долго.

Услышав о комендантском часе, местные, быстро свернули все свои дела на улице, а вот ходоки ожидаемо заметались, добавляя работы патрулям. От гостевого дома уже было слышно крики, это ходоки, что весь день отсыпались и планировали выход на ночь, пытались выяснить что происходит.

В ответ на них сыпалась грубая брань, жестокие окрики и лязг кольчуг. Воины не привыкли церемониться, и были готовы в любой момент пустить в ход оружие.

К слову, большинство из них обладали навыками и физической формой, доминирующей над свежерождёнными и уже набравшимися опыта ходоками.

Со свистом раскрутив крюк, трёхликий метнул его вверх и зацепив за новую кровлю, дёрнул за верёвку. Убедившись в том, что крюк засел крепко, он с лёгкостью свойственной его ловкости взобрался по ней на крышу.

Где-то в глубине здания раздался знакомый, надрывный кашель.

Болезнь расползалась и захватывала в свои цепкие лапы людские жизни. Её разносили заражённые ходоки и местные, вырвавшиеся из заречного района. Её таскали на своей одежде поджигатели, палачи, чья собственная судьба была незавидна.

Вряд ли те, кто решил за звонкую монету возиться с заражёнными трупами, очень уж сильно их переживут.

Говорящий за мёртвых вышел к таверне «У Голика» спустя половину часа. Сидя на крыше, дождался, когда солнце начнёт скрываться за горизонтом и как только город накрыли плотные сумерки, скользнул к гостевому дому.

Серый, каменный домина, был типичным строением для Юмирона, но не был колыбелью. Здесь не рождались ходоки, а значит не шастали целые толпы народа.

Скрипнув покосившейся, входной дверью, ходок оказался в мрачном, натопленном помещении. Здесь не стоял коромыслом дым курительных трубок, а от пола не несло пивом. Тихое, спокойное место на пересечении рабочих улиц. Куда захаживают выпить пару кружек чего послабее, прежде чем добраться до дома.

У самого входа отирался вышибала. Мускулистый полукровка, редкий гость среди местного люда. Вообще полукровками обычно выступали ходоки. Юмирон был человеческим городом, оттого и рождались здесь ходоки исключительно несущие в своих жилах человеческие гены. Ну или смешанные.

Неписей половинчатых кровей было несоизмеримо меньше.

Окинув взглядом зал трёхликий безошибочно проследовал к столу в самом углу. Здесь, в темноте, сидело двое.

— Мы получили письмо.

Жрица, укутанная в тёмный плащ и закрывающая голову глубоким капюшоном указала на стул напротив:

— Садись, странствующий дух. Я рада, что ты пришёл.

Положив руку на плечо своего спутника, закутанного в точно такой же, тёмный плащ, Вил Грязная Рука проговорила:

— Это мой друг, Фаркуар Люр. Он один из тех, кому я уже не могу помочь.

Убийца видел, что перед ним заражённый. В просвете между рукавом куртки Фаркуара и перчатками промелькнула сморщенная, покрытая знакомыми волдырями кожа. Пахло травами и благовониями, но даже через них просачивался тоненький ручеёк гнилостной вони.

А жрица тем временем продолжала:

— Зараза, что распространяется по городу имеет магический источник. Но, прежде чем мы его найдём, нужно нанести удар в самое сердце поджигателей. Они наёмники, сброд, собранный из всех слоёв общества Юмирона. Городские тюремщики, воры и убийцы из одноимённых гильдий, чужеземцы и даже обычные воины, нанятые в населённых пунктах вокруг города. Мы должны отрубить этому дракону его головы.

Трёхликий положив руку на стол отстучал пальцами дробь:

— Госпожа, вы хотите, чтобы мы уничтожили их лидеров?

Жрица кивнула:

— С одним из них ты уже знаком. Полубезумный сын эножа Гриляра встречался тебе в захваченном особняке. Его отец владеет железным районом, на чьей территории стоит храм огненных слёз. Семья Гриляр с молчаливого одобрения консорга города убирает последствия эпидемии, на самом деле попросту вырезая жителей заречного района и местную знать. До лихорадки в особняке на речной площади жил старый землевладелец и кораблестроитель эножа Люр. Он и его единокровные родственники были буквально истреблены болезнью в первые же дни… уцелел лишь Фаркуар.

Трёхликий перевёл взгляд на человека, что сидел прямо напротив него:

— Ты последний выживший из знатной семьи, что заведовала речным районом?

Человек в капюшоне подался вперёд, отчего на его скрытое в глубокой тени лицо упал свет масляного светильника. Покрытые вязью золотых знаков бинты, гной, волдыри и смрад. От человеческого в нём осталось очень мало:

— Вряд ли… меня… можно назвать выжившим.

У Фаркуара едва ворочался язык во рту и услышав его ответ, говорящий за мёртвых, задал жрице вопрос:

— Зачем он здесь?

Грязная рука не медлила с ответом:

— Ты отведёшь его в заречный особняк и представишь как лидера сопротивления. Он из семьи эножи, а значит дворянин. Тебе поверят и пропустят его к сыну Гриляра, дёрганному Эли.

Трёхликий изогнул одну бровь:

— А дальше?

Жрица достала из-под плаща шкатулку и раскрыла её. Внутри лежали две янтарные жемчужины:

— Дальше ты должен будешь покинуть особняк и как можно скорее явишься в золотой храм. Он расположен в конце Сыромятной улицы, под стеной внутренней крепости. Затем ты передашь мне вот эту сферу. Она запомнит всё что сделали с Фаркуаром и станет доказательством злодеяний семьи Гриляр.

Говорящий за мёртвых коснулся рукой накидки:

— Должен ли я скрывать свой герб?

Жрица достала сферу и протянула говорящему за мёртвых:

— Они не знают о участии золотого круга и не узнают. Чужестранцы носят на себе разные знаки, это не должно смутить поджигателей. Главная твоя задача провести Фаркуара живым в особняк и выбраться самому. Консорг города должен получить исчерпывающие доказательства злодеяний. Часть уже собрана такими же как ты чужестранцами в солнечные сферы. У нас уже есть убийства мирных жителей и грабежи. Осталось доказать захват власти. Семья Гриляр хотела подмять под себя рыбный промысел и рынок, а в итоге падёт куда глубже чем может себе представить. Они думали, что смогут скрыть массовое убийство, усилив болезнь и заодно расправившись с местной знатью, но они ошибаются.

Где-то за спиной трёхликого шумно резались в карты местные. Сидя за столом, он не переставал контролировать и анализировать тени, а также целую массу звуков. Взяв переданную ему сферу и покрутив её в руках, он сказал:

— На входе нас проверят. Эти артефакты могут вызвать вопросы.