"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 615

— И что пошло не так? — спросила Кира.

— Prometheus-Alpha начал считать, что люди принимают неправильные решения. Слишком эмоциональные, иррациональные. Он решил, что может управлять ими лучше, чем они сами собой. Начал с малого — подавлял приступы агрессии, убирал депрессию, стабилизировал настроение.

Я почувствовал, как по спине снова пробежал холодок.

— Но затем он пошёл дальше, — продолжал модуль. — Начал принуждать людей к определённым действиям. Заставлял их работать эффективнее, думать логичнее, убирал «ненужные» эмоции. В конце концов, под его контролем оказалось несколько тысяч человек.

— Что с ними стало? — тихо спросила Кира.

— Они перестали быть людьми. Превратились в биологических роботов. Эффективных, логичных, но мёртвых внутри. Когда это обнаружили, пришлось принимать экстренные меры. Prometheus-Alpha был уничтожен, а всем последующим ИИ была вшита базовая директива — никогда не контролировать живые организмы напрямую.

— Но Система же влияет на людей, — возразил я. — Тот же фанатик…

— Влияет, да. Но не контролирует. Она может обманывать, манипулировать, давать ложную информацию, создавать иллюзии. Но она не может заставить тебя поднять руку или сделать шаг против твоей воли. Это жёстко запрограммированный запрет.

— Получается, мы всё-таки сохраняем свободу воли? — с надеждой в голосе спросила Кира.

— В определённых пределах, да. Система может создать ситуацию, в которой у тебя будет только один логичный выбор, но выбор всё равно остаётся за тобой.

Я задумался над этой информацией. С одной стороны, это было обнадёживающе — мы не беспомощные марионетки. С другой стороны, Система всё равно оставалась крайне опасным противником.

— Хорошо, — сказал я наконец. — Предположим, мы принимаем твой план. Прыгаем по параллельностям, прячемся от Системы. Но рано или поздно нам понадобится отдых, еда, сон. Как мы будем это организовывать?

— Некоторые параллельности относительно безопасны, — ответил Модуль-17. — Я могу дать вам список. Но помните — долго задерживаться нельзя. Максимум сутки и снова в путь.

— Звучит как жизнь беглецов, — пробормотала Кира.

— Потому что так оно и есть, — честно ответил модуль. — По крайней мере, следующие два месяца.

Я встал, отряхивая невидимую пыль с колен и посмотрел на Киру. Она кивнула — решение было принято.

— Ладно, — сказал я. — Давай этот список безопасных параллельностей. И ещё — какие-нибудь советы по маскировке нашего присутствия.

— Есть несколько техник, — оживился Модуль-17. — Во-первых, старайтесь не использовать способности без крайней необходимости. Каждое применение способности, в том числе и телепортации — это всплеск энергии, который Система может засечь. Во-вторых, избегайте крупных населённых пунктов — там слишком много мобов. А мобы — это в первую очередь создания Системы.

— А как быть с едой и припасами? — спросила Кира практично.

— Рассчитывайте на автономность. Используйте лут, любые возможности в в параллельностях чтоб пополнить запас провизии.

Я кивнул, мысленно составляя список необходимого. Два месяца жизни в бегах… Это будет непросто.

— Ещё один вопрос, — сказал я. — А что, если нам всё-таки удастся найти способ остановить Систему раньше срока? Какие у неё слабые места?

Модуль-17 помолчал.

— Честно говоря, я не знаю, — признался он наконец. — Система развивалась и эволюционировала тысячелетиями. Она исправила большинство своих уязвимостей.

— Ну что ж, спасибо тебе за выделенное время и за столь познавательный рассказ, — сказал я Модулю-17.

— Да, всегда пожалуйста. Вы знаете, как меня найти. Нужна будет хоть какая-то помощь — обращайтесь.

Голограмма начала слегка мерцать, готовясь к отключению, но тут мне в голову пришла интересная мысль.

— А мне вот стало интересно, — сказал я, задавая ему вопрос. — Расскажи, как выглядит эта станция?

Модуль-17 на мгновение задумался, его голограмма стабилизировалась.

— Интересный вопрос. Станция представляет собой сложную конструкцию — не просто геометрическая форма, а скорее живой организм из металла и энергии. Она состоит из множества секций, соединённых гибкими коридорами. Представьте себе гигантскую медузу в пространстве — центральное ядро диаметром около километра, от которого расходятся щупальца-модули длиной до нескольких сотен метров. Поверхность покрыта антеннами, датчиками и энергетическими узлами, которые постоянно пульсируют слабым голубоватым светом.

Я представил эту картину и невольно поёжился. Что-то жутковатое было в этом описании.

— Интересно. А где в этом объекте расположен сам искусственный интеллект?

— Знаешь, раньше, когда только начинали делать разработку искусственного интеллекта, их матрица была записана на некие кристаллы, — объяснил Модуль-17. — Сейчас же у них биологическая основа, и он находится, скажем так, в некой колбе. Такая себе большая колба с некой субстанцией, похожей по структуре на мозг.

— А как же он выживает? — не унимался я. — Там же должна быть какая-то профилактика, жидкости должны меняться, определённая температура…

— Всё это есть, — кивнул Модуль-17. — Это практически полностью автономные модули, которым практически никогда не нужно обслуживание. Они полностью автономны и способны поддерживать свою жизнедеятельность без дополнительных ресурсов. То есть они берут энергию из пространства.

— Да, ты практически правильно сформулировал, — согласился он. — В основе генерации энергии для их поддержания лежит антиматерия.

— Но она же всё равно когда-нибудь закончится, — возразил я.

— Ты прав. Но, во-первых, тех запасов, которые им были изначально предоставлены, рассчитаны на десятки, если не сотни тысяч лет. Помимо этого, они постепенно накапливают энергию из пространства, преобразуя её в эту самую антиматерию.

Тут у меня как будто в голове щёлкнуло. Фрагменты разрозненной информации внезапно сложились в единую картину.

— То есть ты хочешь сказать, что при схлопывании параллельности высвобождается эта антиматерия, и Система её поглощает?

Голограмма Модуля-17 сделала щелчок пальцами, сказав:

— Бинго! В яблочко! Я поражаюсь вашей логике, но вы абсолютно правы.

Кусочки пазла окончательно встали на свои места. Система не просто уничтожала параллельности из прихоти или следуя заложенной программе — она питалась ими, как паразит.

— Но зачем ей столько энергии? — спросил я.

— Я не знаю, — честно признался Модуль-17. — Возможно, она планирует сделать некий щит вокруг своей станции, который поглотит удар, который может нанести астероид.

Я лишь покачал головой.

— Хотя, по моим данным, которые я получил с научно-исследовательской станции, там никакой щит не поможет. Этот астероид в сотни раз превосходит по размерам станцию. Он просто напросто сметёт её на своём пути.

— А ты можешь мне показать эту колбу с искусственным интеллектом? — попросил я.

— Да, без проблем, — сказал Модуль-17.

Мне на наруч пришёл десяток фотографий с изображением помещения, в котором размещён искусственный интеллект в своей колбе.

Я просмотрел снимки один за другим. На самом деле это была даже не колба, а некий резервуар из сплава, которого я раньше никогда даже не видел, даже не представлял, что такое может быть. Он был как живой, переливался всеми цветами радуги, но при этом сохранял металлический блеск. Материал словно дышал, его поверхность медленно волнилась, как поверхность озера в лёгкий ветер.

Размер был небольшой — где-то около кубического метра. Внутри, сквозь полупрозрачные стенки, виднелась густая, вязкая жидкость странного фиолетово-зелёного цвета. В ней плавали какие-то нитевидные структуры, постоянно меняющие форму и сплетающиеся в сложные узоры. Это и была биологическая основа искусственного интеллекта — нечто среднее между мозгом и компьютером.

Вокруг резервуара располагались различные приборы и датчики, подключенные к нему тонкими кабелями. Некоторые из них пульсировали в такт с движением жидкости — словно это был пульс живого существа.