"Фантастика 2025-104". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 859

Девушка вытянула руки ладонями вперёд и начала тараторить что-то успокаивающее и тихое. Пытаясь понять, пришёл он в себя или его рассудок всё ещё скован безумием.

– Я в порядке. – Найд поднял руки к лицу, накрыл его ладонями. Постоял так пару секунд, словно собираясь с мыслями, убрал руки, проговорив при этом. – Я снова – я, тебе нечего боятся. Я очень виноват, очень, но я не опасен… ты мне веришь?

Сойка посмотрела на протянутую руку, а затем усилием воли заставила себя податься вперёд и протянуть свою руку навстречу. В её памяти ещё была свежа смерть двоих парней. Смерть быстрая и безжалостная от одного единственного прикосновения…

Их пальцы соприкоснулись, и… ничего не произошло. Сойка осталась невредима. От облегчения у обоих, будто камень с плеч свалился.

Глава 5. Янтарная башня

Броня, рюкзак, оружие, разгрузка, всё это валялось за моей спиной сваленное в кучу. Лампа на потолке становилась то тусклее то ярче.

Я отхлёбывал из железной кружки чай, найденный здесь же, на верхнем ярусе объекта. А в каком-то десятке метров от меня Пират и Бажик собирали вещи.

Они собирались отправиться обратно в Башню, и я не мог их остановить, да и не хотел если честно. После случившегося внизу, между нами будто пробежала трещина, стремительно обернувшаяся бездонным провалом. Мы больше не были командой, не были товарищами, и если бы не близость с Сойкой, которая связывала нас, она бы тоже ушла. Так кстати было бы проще, ибо оставаться со мной для неё было слишком опасно.

Гоку и Рыбака отнесли в одно из помещений и намертво замуровали, чтобы не одна сволочь не добралась до останков. Я в этих «похоронах» не участвовал, взгляды ребят обжигали, а у меня рука не поднималась прикоснуться к останкам людей, в чьей гибели я был виновен.

Тепло… энергия, которую я выпил из синтетика и ребят, многое во мне изменила. И, похоже, человеческое тело не было готово стать вместилищем подобной силы. Она исцелила мои раны, сделала меня сильнее и быстрее, но…Нельзя изменяться внутренне, оставаясь неизменным внешне. По крайней мере, у меня не получалось. Кожа моя побледнела и продолжала бледнеть. Я подозревал, что спустя время она станет молочно белой, как у туманного охотника, чей мутаген был отправной точкой моего развития. Пока что со стороны было незаметно, ну бледный и бледный… но я то знал, что изменения в организме продолжаются. А ещё у меня выпадали волосы, и понемногу изменялся цвет глаз, кровоточили дёсны, от чего во рту постоянно сохранялся металлический привкус.

Сойка обо всём этом пока не подозревала, а я молчал. Бажик и Пират собирались выйти через час, с рассветом, и я очень хотел, чтобы Сойка ушла вместе с ними. Поэтому когда выдалась тихая минутка наедине, я использовал её для разговора.

— Ты должна уйти вместе с ними.

Эта моя фраза ошеломила её больше чем всё произошедшее накануне. Кроме того я знал, что она пыталась уговорить Пирата остаться. Просила его дать мне время отойти от шока и всё им рассказать, ведь о том, что случилось в цеху, я не обмолвился и половиной слова.

Тем больнее для неё было получать подобную просьбу.

— Почему?

Одно слово, один вопрос. Ни истерик, ни эмоций выпущенных на поверхность. Лишь тонкая линия сжатых губ выдавала её ярость.

Я решил не врать, не рассказывать всего, но и не врать. Хуже не будет, и эти знания не причинят ей вреда. К тому же она имела право знать.

— То, что там случилось… не остановить. Оно продолжает меня изменять.

— Это как-то связано с выродками, которые загубили Черепа?

— Туманная охота… да, эта сила меняет меня. И меняет гораздо быстрее, чем раньше. Поэтому тебе лучше уйти с парнями.

Я увидел жалость в её глазах, далёкую искру слёз и взмолился про себя, чтобы она не плакала. Сойка же тем временем подалась ближе, прижалась ко мне и заглянула в глаза.

— Мы справимся желтоглазый, слышишь? Не обязательно переживать это одному, ещё не всё потеряно. Можно же что-то придумать, попытаться как-то реши…

-Нет. – Я мягко отстранил её от себя. — Иди с ними. — Кивнул в сторону помещений, где собирались Бажик и Пират. – Я помогу вам пройти мимо пауков, выйду отсюда вместе с вами, но затем вернусь. Не пытайся уговорить меня вернуться в Башню или остаться здесь со мной. Эта ситуация не из тех, которые мы можем контролировать.

— Ну а как же Культ? Где эти хвалёные синтетики, раскидывающие изменённых целыми пачками?! – Сойка уже почти кричала. — Почему они не могут помочь тебе?! Ведь мы спасли Тиза от собирателей! Они должны нам!

– Они уже помогли. Это сложно объяснить, но они помогли. Если бы не Арк и Тиз, не знаю, разговаривал бы я сейчас с тобой или нет.

— Арк? Тот самый, который спас тебя в Яме? Это его я видела в темноте? Это он забрал труп напавшего на вас культиста, и Тиза?

Я вздохнул, устало посмотрел в её глаза.

— На большую часть твоих вопросов у меня не найдётся ответа. Всё что я знаю — рядом со мной опасно. Вам следует уйти, а если я справлюсь с этой напастью, я найду дорогу домой. Пират принял правильное решение, следуй за ним. Татошка не справится в одиночку с корпусом внешней разведки.

Похоже, я умудрился её уговорить. Она заглянула мне в глаза, провела рукой по лицу, быстро, буквально мимолётно коснулась своими губами моих, и, развернувшись, ушла прочь. Не любит прощаться… как впрочем, и я сам. Она не обычная девушка, она воин, и поэтому во многом с ней проще.

Я не стал ей рассказывать, что теперь мне приходиться прилагать усилие воли, чтобы видеть её, а не исходящий от неё свет. Теплый, яркий, притягательный. Вкусный…от этого сравнения по моей коже побежали мурашки отвращения.

Когда я говорил, что им опасно со мной оставаться… я не врал.

С механическим скрежетом врата поползли в стороны. Щель по центру ширилась, линия света от работающих за моей спиной ламп разрезала туннель на две половины. Стало видно самый край станции погрузки, ящики, бочки, кое-какую технику и несколько кусков хитина у самых створок.

Вдали, ярким овалом сверкала проплавленная дыра во внешних створках. На поверхности расцвело, а солнце перевалило через Думанский кряж, направляя свои лучи в отверстие по другую сторону туннеля.

Ребята собрались за моей спиной, метрах в тридцати. Мне не нужно было даже оборачиваться чтобы «видеть» их. Я больше не использовал синхронизацию, никаких мух, детекторов и прочего. С тех пор как я очнулся, мой ИскИн практически не работал. Всё ещё выдавал аналитику, но веры ему было всё меньше. Прогрессирующие изменения срывали скрепы проекта «Фантом», разрывали связи между мозгом и биотическим блоком, в то же время, создавая новые.

«Псионизм», «Бей или беги», «Тромфоболия» – я утратил контроль над всеми своими способностями, кроме той, что пропитывала моё естество. Желания охотника притихли, чужие инстинкты больше не лезли наружу, пытаясь неудержимой лавиной смести мою личность.

Несмотря на все изменения, я всё ещё оставался собой. Видел свет чужого тепла не глазами, но разумом, и больше не рвался к нему, ощущая себя зверем. Чувствовал, что та энергия, которую я невольно выпил из парней, а до них поглотил из умирающего культиста, медленно убивает меня. Переполняет, сжигает что-то очень важное, разрушает хрупкую оболочку человеческого тела, одновременно пытаясь её восстановить и изменить.

Врата закончили движение гулким ударом, отдавшимся в ногах. Механизм давно не обслуживался и от того начинал сбоить. Ребята за спиной шевельнулись, но не сдвинулись с места. Изначально они собирались прорываться, используя плазму и свет, так ненавистный местным типам пауков-мутантов, но я настоял на том, что следует попробовать по-другому.

Я чувствовал себя сверх меры раздутой пиявкой, чья плоть грозит лопнуть, перенасыщенная изнутри чужой кровью. И потому надеялся, положившись на собственные ощущения, что у меня есть возможность высвободить излишки энергии, что-то сделать с этим теплом. Направить изменяющую меня силу в ином направлении, и тем самым замедлить мутацию собственного организма.