Первый среди равных. Книга XII (СИ) - Бор Жорж - Страница 47

— Для начала мне нужно попасть в какую-то аномалию, кроме Тверской, и посмотреть на всё своими глазами, ваше величество, — спокойно ответил я. По сравнению с нашим сражением с Олимпием, предстоящая настройка язв на теле Российской Империи выглядела действительно не такой сложной задачей. — Но мы об этом уже в принципе договорились. А сейчас я хотел бы взглянуть на книгу, если это возможно.

— Работать с этим артефактом могут только представители рода Романовых, — ответил Император. — Не уверен, что вы сможете интерпретировать или прочесть что-либо на страницах этого артефакта. Более того, если вы прикоснётесь к нему, то это может быть последним действием в вашей жизни.

— Очень серьёзная защита, — задумчиво произнёс я. — Это действительно так?

— Да, — кивнул Бернхардт и, посмотрев на Императора, добавил: — Разрешите мне занять место рядом, Алексей Александрович. Как главе рода, который готов принести присягу и вписать своё имя в книгу.

— Интересная фраза, — улыбнулся глава рода Романовых. — Так звучала первая формулировка для присяги новых родов. Если вы её знаете, то в курсе, что нужно говорить дальше, Роман Викторович.

— Роман Викторович Ожегов, глава рода Ожеговых, готов принести клятву за себя и своих потомков, — сухо произнёс Бернхард.

— Готов ли ты служить делу Империи, не жалея своей жизни и сил? — задал традиционный вопрос Алексей Александрович. — Готов ли ты выполнять волю императора, будь то приказ защищать свою землю или атаковать врагов?

— Да, — совершенно спокойно произнёс Бернхардт.

Артефакт под рукой Императора дрогнул. Вероятно, когда ритуал проводился при помощи чаши, то эту часть процесса никто не видел. Но сейчас проводником клятвы Ожегова служил сам Император, и сила рода Романовых, превратившись в своеобразную печать, сплела в пространстве рунную вязь древнего языка, запечатав её на пустой странице реликвии правящей династии.

Как только парящая в воздухе магическая надпись коснулась желтоватого пергамента, хор золотых голосов разнёсся по всей комнате, будто верные сыны Российской Империи приветствовали нового собрата.

Одновременно с этим сама книга пришла в движение и исторгла в потолок поток золотистого сияния. Отразившись от стен, это сияние вернулось к книге, и рядом с фамилией Ожегова появилась ещё одна руна, окрасившая всю запись о роде золотым цветом. Я с удивлением узнал язык носителей силы вершителей. Он был удивительно близок к истинному наречию моих собратьев, но некоторые аспекты смыслов передать не мог. После этого все руны бесследно исчезли, оставив после себя только чистый желтоватый от времени пергамент.

— Да, вы действительно оказались правы, Ярослав Константинович, — увидев это, произнёс правитель империи. — Что ж, приветствую шестого носителя золотого имени. Сроки появления действительно стремительно сокращаются.

— А что по поводу четвертого? — поинтересовался я.

— Становитесь по правую руку от меня, Роман Викторович, — приказал император. Я увидел, как граф Распутин что-то тихо говорит светлейшему князю и оба смотрят на наше трио, как на нечто одновременно знакомое и совершенно непонятное. Учитывая, что Ожеговы и Разумовские помогали взойти на трон первому Императору, картина получалась довольно символичная. — А вы, Ярослав Константинович, можете встать слева.

Когда все заняли свои места, император коснулся раскрытой на середине книги, и на пустых страницах проступили ровные ряды магических символов.

Я смотрел на многочисленные имена и фамилии аристократов Российской империи и видел потенциал и возможности каждого. Всего в несколько рун укладывалось не только имя и текущее состояние одарённого, но и его возможности, уровень силы Источника и конкретное отношение к роду Романовых.

Алексей Александрович перевернул несколько страниц, и я увидел первое золотое имя. Это был род Распутиных. Фамилия Григория Владимировича была не только вписана золотыми росчерками энергии, но имела один дополнительный символ, означавший, что когда-то в далёком прошлом основатель этого рода служил вершителю Элрогу.

— Интересно, — задумчиво произнёс я, — А каким образом отмечен род Романовых, ваше императорское величество?

Правитель молча открыл самую первую страницу, где рядом с именем основателя правящей династии значился точно такой же символ. Кто именно из моих слуг дал начало этому роду, сказать было невозможно. Но артефакт безошибочно определял след моей энергии в Источниках как Романовых, так и Распутиных. Следующим на очереди стал Муравьёв. Три из четырёх известных родов, носителей золотых имён, обладали только одной общей чертой.

— Что по поводу четвёртого имени? — смотря на императора, снова поинтересовался я.

— Мы не сумели его прочитать, — ответил император. — Оно просто возникло в книге как данность, но я предполагаю, что его обладатель живёт и действует в Российской Империи уже очень давно.

Правитель пролистал книгу почти к той странице, на которой она была открыта изначально, и я увидел занимавшую почти половину листа громадную золотистую руну.

— Ого! Что скажете, Роман Викторович? — посмотрев на Бернхарда, спросил я и увидел, как на лице моего первого генерала появилась полная ненависти зловещая улыбка.

Глава 24

— Я искренне надеюсь, что в этот… — сдерживая эмоции, произнёс в ответ Бернхард, но тут же осёкся. — Вероятно, у нас будут некоторые сложности, ваша светлость.

И это была абсолютная правда. Теперь я не видел ничего удивительного в том, что никто не смог прочитать странный символ, самовольно появившийся в книге. Мы с моим генералом тоже не сумели его распознать. А это означало только одно — где-то на просторах Российской Империи жил и здравствовал Великий Обманщик. Или кто-то из его ближайших слуг.

В далёком прошлом, когда миром правили Вершители, это стало визитной карточкой Локхара. Он сумел разработать собственный язык на основе истинного наречия. Этот диалект оказался настолько мощным и настолько близким к изначальному языку, что почти ничем не отличался. Вот только прочесть его мог только сам Локхар и его ближайшие слуги.

Мы пробовали расшифровать эти символы, но наткнулись на такое количество ловушек и скрытых смыслов, что бросили это дело. Проще было уничтожать новый язык вместе с его носителями, чем пытаться его освоить.

— Поясните для тех, кто не настолько подкован в происходящем, как носители древних знаний, — произнёс от порога зала граф Распутин. — Роман Викторович, неужели вы сумели сделать то, с чем не справился никто в нашей стране?

— Нет, что вы, Григорий Владимирович, — усмехнулся в ответ Бернхард. — Боюсь, с этой задачей не справятся все исследователи мира. Но теперь я могу сказать, в каком направлении стоит начать поиски.

Я всё это время внимательно рассматривал золотой символ, пытаясь найти отличия от того, как выглядело имя Локхар в его сильнейших заклинаниях моего времени. Некоторые отличия имелись, но в этом крылась одна из ловушек, оставленных моим братом. Ещё до начала моей войны против всех, Локхар рассказал мне о том, что придумал тысячу вариантов написания своего имени.

Работа была проделана поистине огромная, но главным достижением Обманщика было то, что каждый из этих вариантов работал одинаково эффективно. И сейчас я видел, что руна в артефакте рода Романовых принадлежит не самому Локхару.

Слуга Великого Обманщика где-то допустил большую ошибку. Не рассчитал силы и провёл слишком мощный ритуал — сейчас уже неважно. Вероятно, до этого момента его имени вообще не было в книге, и реликвия уловила тревожные сигналы появившейся неподалёку опасности.

По сути, древний артефакт сигнализировал своим хозяевам о возникшей угрозе. Вот только глава рода Романовых считал это послание неправильно. Вероятно, императора подвёл золотой цвет новой записи в книге. Точно такой же, как и у остальных потомков носителей моей силы.

— Если вы действительно понимаете, о чём говорите, то стоит это озвучить, барон, — произнёс Алексей Александрович. — Тогда мы сможем начать поиски прямо сейчас. Времени и так упущено очень много. Учитывая вашу реакцию, ситуация находится в критической стадии.