Первый среди равных. Книга XII (СИ) - Бор Жорж - Страница 52

— Посол Японии убит? — удивился Гарфакс. — Сын сообщил мне, что у него есть срочные новости, но я не успел с ним это обсудить. Кто посмел такое выкинуть посреди столицы Российской Империи и в разгаре международной конференции? Да за подобное Император должен казнить всех виновных прямо на месте!

— Но он этого не сделал, — хмыкнул мой первый генерал. — Я бы даже сказал наоборот — Алексей Александрович искренне позавидовал одному молодому и амбициозному князю, который вырезал всю делегацию Империи Восходящего Солнца.

— Господин? — недоверчиво посмотрел на меня провидец. — Это действительно правда?

— Да, — кивнул я. — Представители Японии что-то пытались сделать с моей младшей сестрой. Поэтому я вынужден был вмешаться.

— Вынужден был вмешаться… — эхом повторил за мной президент Конфедерации и совершенно неожиданно улыбнулся. — Как же давно я не слышал эту фразу! Но вы ведь понимаете, что теперь многовековое сотрудничество между Российской Империей и Японией полностью разрушено, господин?

— Император лично распорядился выдворить посольство Японии с территории страны, — ответил я. — Теперь обратного пути нет ни у кого. Все деловые отношения прекращены. Но я не верю, что Вершитель, обитающий на Востоке просто закроет глаза на эту ситуации. Он слишком много сил потратил на дестабилизации ситуации вокруг Российской Империи. Уже фактически началась война между Россией и Австрией. Поднебесная пока колеблется и выбирает сторону.

— Сын Неба не станет вмешиваться, — уверенно ответил Гарфакс. — Индия, Америка и Африка выступят на стороне Романовых. У Австрии нет шансов.

— Если мы всё знаем о текущих раскладах, — сухо произнёс я. К этому времени кортеж остановился у главного входа в гостиницу «Москва». На этот раз вместо обычных охранников у дверей стоял целый отряд гвардейцев Императора. Наверняка внутри бойцов было не меньше. Вообще удивительно, что в здание кого-то продолжали пускать. — Судя по событиям в Африке, противостояние идёт сразу по нескольким фронтам. А это означает, что у противника есть чёткий план. Может чуть скорректированный относительно новых вводных, но от этого не менее хорошо просчитанный.

— Предлагаю подняться наверх и продолжить обсуждение, — вопросительно посмотрев на меня, произнёс Гарфакс. — Я запрошу последние данные от своей агентурной сети на Чёрном Континенте, но это потребует некоторого времени.

— Встретимся днём, — ответил я. — У нас ещё одно дело осталось незавершённое. До этого собирай информацию, Гарфакс. Теперь ты мой главный центр новостей. Как и раньше. Если что-то вдруг случится — свяжись со мной немедленно. Наверняка у тебя масса официальных мероприятий и обязанностей. Ими тоже нельзя пренебрегать. Пока нельзя.

— Я понял, повелитель, — кивнул прорицатель. — Как я смогу вас найти? Связь в Российской Империи ненадёжна. Я поэтому велел своему сыну передать мои слова лично.

— Вот, — ответил я и протянул президенту Конфедерации артефактный телефон, — У моего Ратая есть ещё один. У тебя будет номер один. У меня семнадцатый. Эту связь прослушать или отследить нельзя.

— Понял, — с интересом осмотрев монструозный телефон, ответил Гарфакс. — Сообщу, как только что-то прояснится по любому из направлений.

Как только мы вышли из машины, президента Американской Конфедерации окружили охранники. И собственные, и из службы безопасности гостиницы. Вероятно, их предупредили о визите крайне важного гостя, и гвардейцы расстарались.

О нас все словно забыли, но такой вариант меня полностью устраивал. Добравшись до конца колонны автомобилей американской делегации, увидел те машины, которые мы позаимствовали в императорском парке. Посол Америки предупредил моих людей и те за нами следовали от самого аэропорта.

Усевшись в машину, попросил у сидевшего за рулём Рыкова его телефон и, назвав нужный адрес, посмотрел свою ближайшую свиту. В машине нам было тесновато и такими темпами скоро придётся брать микроавтобус для подобных мероприятий. Пока встречали Гарфакса и катались с ним по городу, стало светать. До рассвета оставалось не так много времени и я рассчитывал управиться со всеми делами часам к восьми утра.

Мне требовался нормальный отдых и небольшая пауза, чтобы осмыслить всю полученную информацию и принять решения по самым важным вопросам. Но сначала дела.

— Я получил подтверждения от личного секретаря его императорского величества о полном снятии ответственности с представителей рода Разумовских и подчинённых им сил, — произнёс Бетюжин. — В случае вопросов со стороны жандармерии или гражданских властей достаточно будет просто показать цифровую копию этого документа.

— Насколько у нас развязаны руки? — спросил я.

— Если уничтожим в бою центр столицы, то, вероятно, Император выразит своё недовольство, — ответил Григорий.

— Это хорошо, — задумчиво глядя на пустые улицы столицы, проплывающие за окном, произнёс я. По сути, Алексей Александрович официально разрешил мне провести карательную операцию по собственному усмотрению. — Возможно, сегодня нам это разрешение очень пригодится.

Мне не нравилась столица. Не нравилась её суета и постоянное напряжение. Хотелось домой. Но, прежде чем возвращаться в Тверь и переходить к действительно серьёзным делам, стоило обезопасить тылы от внезапного удара всякой погани.

Наша колонна остановилась у роскошного особняка, утопавшего в зелени личного сада. Такого размера дом в столице мог позволить себе только очень обеспеченный и преуспевающий человек. Но я и не сомневался, что у хозяина этого небольшого дворца всё в порядке с доходами.

— Нам стоит заходить, ваша светлость? — обернувшись с водительского сиденья, посмотрел на меня Рыков. — Или достаточно будет оцепление выстроить?

— Оцепления хватит, — невозмутимо ответил я. — Мы ненадолго, Александр Егорович. Побеседуем и домой.

— Из Твери тоже так ехали, — хмыкнул в ответ Ратай, но я никак не стал комментировать его фразу.

Вместо забора по границе участка стояла невысокая каменная ограда, а вместо ворот на брусчатке дорожки стояла сложная магическая печать. Посторонние здесь не ходили, а нас этот рисунок не остановил. Ещё на подходе к дому я ощутил сколько внутри людей и чем они занимаются. Сами мы тоже не прятались, поэтому нас вышел встречать сам хозяин особняка.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — когда перед нами открылась дверь, улыбнулся я. — Простите за ранний визит. У меня к вам есть несколько неотложных вопросов. Мы войдём?

Первый круг Тверской аномальной зоны

зона ответственности рода Разумовских

поселок Себыкино

Главный артефактор рода Разумовских Илья Петрович Большаков и глава поселка Себыкино Олег Дмитриевич Пескарев сидели в летней беседке, что была установлена во дворе экспериментального производства и пили чай.

Вообще-то, это была курилка, но ни один, ни другой не курили, а немногочисленные курильщики, выглядывавшие на улицу, не рисковали нарушить уединение двух управленцев.

— Хороший у вас мед, Олег Дмитриевич, — зачерпывая ложкой тягучую янтарную субстанцию и отправляя её в рот, довольно зажмурился Большаков. — Когда вы все успеваете? И за поселком присматривать и собственную пасеку держать?

— Жить захочешь — не так раскорячишься, — усмехнулся в усы глава Себыкино. — Последние пять лет, ой какие сложные были. А пчелки мне и моей семье позволили здесь остаться и с голоду не помереть.

— Всё было действительно так серьезно? — тут же нахмурился Большаков.

— Ну… Может я немного преувеличиваю, но совсем немного, — усмехнулся Пескарев. — Ратай-то наш и его ребята тварюшек с аномалии таскали, тем и жили. Все на пропитание оставалось, да боеприпасы покупали и технику обслуживали. Сложно это было, зато остались самые преданные. Да и князь наш молодец. Добро помнит. Слыханное ли дело, он всем тем, кто роду верен остался и его дождался — личные банковские счета открыл. Это помимо зарплат. Так что я, Илья Петрович и детки мои могут уже до конца жизни не работать — денег хватит. А пчелки — прикипел я к ним уже, да и прав ты — мёд что надо получается.