"Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Дубина Родион "Дарки" - Страница 783

В считаные секунды скинув рукавицы и стесняющий движения заплечный мешок, я поднялась на ноги. Зверь тоже не терял времени, подбираясь ко мне все ближе.

Вот так, посреди заснеженного Северного леса, оказались мы лицом к лицу: медведь, пребывающий в ярости из-за того, что был потревожен, и изнывающий от голода демон, в своем роде тоже разбуженный от странной спячки. У каждого из оружия были лишь клыки, когти и свирепая сила дикой натуры. Схватка не была долгой. Зверь сделал прыжок по направлению ко мне. Я легко ушла из-под его когтей, оттолкнулась ногами от земли со всей силой, на которую была способна, и в то же мгновение оказалась на спине хищника. Мы оба рычали: зверь – в беспомощной ярости, когда мои руки сомкнулись на мощных челюстях и начали разводить их в стороны, я – от сладкого предвкушения чужой крови, столь будоражащей нервы. Зверь не мог сопротивляться долго, и когда сперва легкий щелчок выворачиваемой челюсти, а затем и хруст ломаемых костей достигли моего слуха, а огромный медведь как-то неожиданно обмяк и повалился на снег, я наконец поняла, что сотворила.

Зимний лес накрыла глухая тишина, в которой эхом раздавалось мое хриплое дыхание. Я сидела на коленях, привалившись боком к медведю, что совсем недавно мирно спал в своей берлоге в ожидании весны. Разве мог этот мохнатый великан подумать, что смерть придет к нему так внезапно и глупо. И придет она не по его вине, а по моей.

– Моя вина, – всхлипнула я, разрывая царящую тишину и впиваясь пальцами в бурую шерсть. – Прости меня, – прохрипела я и расплакалась так, как, наверное, не плакала с самого детства.

Слезы неиссякаемым ручьем текли по уже начавшим заживать от полученной раны щекам. Должно быть, именно поэтому кожу так жгло. А я все просила прощения. Не знаю, к кому я в тот момент обращалась больше – к Киму или к мишке, что недвижимо лежал рядом со мной. Но я все говорила и говорила. О том, как виновата, как хотела бы все исправить, как мне жаль, что все так получилось. В какой-то момент горло начало ощутимо саднить, и я стала шептать. Сколько времени прошло с тех пор, я не знала, но вокруг начало смеркаться. Закружился стройный хоровод снежинок, а мне вдруг так захотелось спать, что сил подняться или открыть отяжелевшие веки уже не было.

Это была первая ночь, когда я смогла уснуть, пусть даже под боком убитого мною же зверя…

Очнулась я как от толчка. Резко распахнув глаза, вдруг поняла, что мне тепло и уютно, хотя тело по пояс занесло снегом. Одним боком я как-то по-детски доверчиво продолжала прижиматься к зверю. Кругом царила тьма, но по внутренним часам я понимала, что часа через три уже рассветет. Несмотря на темноту я смогла отыскать не только свой мешок с вещами, но и рукавицы. После ночи, проведенной под боком у мертвого хищника, я, как это ни странно, чувствовала себя отдохнувшей. Мне стало гораздо легче. И уж не знаю, что тому было причиной, бой со зверем или истерика со слезами и завываниями на весь лес, но результат был очевиден. Я начинала приходить в себя.

Умывшись снегом и окончательно смахнув с себя сон, я пришла к выводу, что пора бы выбираться отсюда. Хватит уже, находилась. Да и, если честно, я просто хотела есть! Желудок жалобно заурчал, соглашаясь с моими мыслями.

Конечно, Рэйна дала мне с собой еды, но хлеб, скорее всего, теперь стал не мягче камня, а разогреть его или приготовить что-то другое не было никакой возможности. Во-первых, я решила, что магией пользоваться пока не стоит, потому что иначе вычислить меня для демонов или вампиров не составит особого труда. Во-вторых, разводить костер мне было просто лень, несмотря на голод. И, в-третьих, мне не терпелось вырваться из цепкой хватки леса с его однообразием, царившим вокруг.

Конечно, если мои поиски человеческого поселения не завершатся к полудню, то все равно придется развести костер и попытаться вспомнить, как готовить пищу самостоятельно. Как забавно: когда нужно заботиться о насущном, все прочие проблемы невольно отходят на второй план, уступая место каждодневным потребностям. Стоило мне подумать о том, что я хочу найти человеческое поселение, как разум словно распахнулся навстречу окружающему миру. Сознание будто сорвалось в полет на поиски.

Уже через несколько минут я точно знала, куда мне идти. По моим подсчетам, ближайшее поселение находилось в полудневном переходе. Потому, не тратя времени на размышления, я отправилась в путь.

К полудню я добралась до тракта, ведущего к городу, а уже во второй половине дня вошла в городские ворота. Оказалось, что меня занесло в пограничный Тэймир, расположенный на северо-западе Ирэми. Основным занятием местных жителей была охота, а добываемый мех животных отправлялся на продажу по стране.

Город служил прибежищем для многих изгнанников, которым волею судьбы пришлось покинуть родные края. Но не только люди находили здесь приют: множество нелюдей стягивалось в Тэймир, ища лучшей доли или пытаясь скрыться от соотечественников. Одним словом, занесло меня как раз по назначению. Изгои притягиваются друг к другу, а Тэймир с радостью принимал тех, кто находится не в ладу с законом или собственной совестью.

В Ирэми об этом городе ходили дурные слухи. Еще в детстве отец рассказывал о нем как об обители «разбойников и нечестивцев». Детей пугали, что если они не будут слушаться, то рано или поздно окажутся именно здесь. Конечно, все было не столь драматично, но за Тэймиром закрепилась слава определенного толка. Жили здесь и вполне добропорядочные граждане, зарабатывающие на хлеб честным трудом. Но по существу город был предоставлен сам себе. Власть здесь носила чисто номинальный характер.

По размерам Тэймир превосходил даже Карген, но это не делало его более привлекательным местом для проживания простого народа. Город буквально пестрел разнообразием рас. Даже не могу предположить, что именно должны были совершить нелюди в своих родных краях, чтобы потом жить здесь, в человеческих землях, да еще и в такой глуши. Тем не менее я считала, что мне повезло, раз судьба привела меня именно сюда. В конце концов, случай бывает разный. Могла ли я подумать еще неделю назад, что сама подамся в бега? Конечно нет. Так как же я могу судить о других?

Все эти мысли блуждали в моей голове, а ноги несли меня вглубь города. Улицы были надежно укрыты снежной пелериной, отчего Тэймир казался необыкновенно чистым и даже сказочным. Вокруг меня суетились занятые своими заботами люди и нелюди. А я все шла, по-глупому рассматривая все вокруг, до тех пор пока моего обоняния не коснулся самый завораживающий и привлекательный запах на свете. Так могло пахнуть только оно! Жареное мясо…

Тяжело сглотнув, я попыталась определить место, откуда исходил аромат. Получилось сразу. Прямо вдоль улицы наблюдалось легкое столпотворение. Люди галдели, весело смеялись и что-то живо обсуждали, а над их головами висела давно выцветшая вывеска «Три кабана». Несложно было догадаться, что впереди расположена таверна. Раньше мне не приходилось бывать в подобного рода заведениях. Мне они казались какими-то порочными, что ли? Не знаю, откуда взялось подобное предубеждение. Правда, сейчас мне было глубоко плевать. Я хотела есть, а остальное значения не имело. Потому недолго думая уверенной походкой я направилась прямиком в гости к «свинкам».

Со стороны я походила на оборванку или отшельника-охотника, потому как вид у меня был диковатый. Сапоги мехом наружу, заячий полушубок с глубоким капюшоном, меховые рукавицы, мешок из грубой домотканой ткани на плечах. Несмотря на то что здесь царила зима, немногим менее суровая, чем та, к которой мы привыкли в Пограничье, сам воздух казался более мягким, отчего мороз не чувствовался столь остро, как в моих родных краях. Люди в Тэймире носили более легкие одежды и позволяли себе ходить с непокрытой головой и некоторые другие вольности, о которых жителям севера оставалось только мечтать в ожидании весны.

Даже здесь, среди отверженных, я казалась чужой…

Подойдя к таверне, внешние двери которой были гостеприимно распахнуты, и не желая больше терять времени, я решительно вошла внутрь. За моей спиной осталась небольшая компания подвыпивших, но весьма довольных жизнью мужичков, которые весело обсуждали, какой славной выдалась последняя охота и насколько выгодно можно будет продать добытые шкуры на предстоящей ярмарке.