Тьма. Том 5 (СИ) - Сухов Лео - Страница 65

— Да? — царь покачал головой. — Ты предлагаешь, но делаешь это без подробностей. Ты о чём?

— О прошении, государь! — отозвался Иванов.

— Ах, да! Прошение!.. — царь снова погладил Тёму, а затем потянулся к папке на столе и выудил оттуда лист, исписанный почерком Покровской. — Отлично составлено, между прочим!..

— Спасибо, — Авелина зарделась, как маков цвет.

— Жаль, удовлетворить я его не могу! — продолжил царь, а я почувствовал, как ногти девушки впиваются мне в руку, за которую она держалась. — И я бы рад, сударыня Покровская, честное государево слово!.. Но эти земли были подарены вам царским родом… Моим родом! И у подарка была цель. И причина. Так что… Не могу я взять и переписать их из земщины в опричнину. Понимаешь?

— Но почему, ваше величество? — прошептала девушка.

— Потому что два рода достали тамгу, два рода получили дворянство, два рода получили нерукотворные артефакты! — пояснил государь. — Им была дарована земля, чтобы они держали Тьму. И ведь у них для этого всё было! Артефакты, сила, знания, люди! Бери и процветай! А они между собой поссорились, с подчинёнными родами закусились… И вымерли. Идиоты.

— Меня убьют из-за этих земель… — тихо, но отчётливо проговорила Покровская.

— А меня убьют мои же родичи, если я их отниму, — покачал головой царь и вновь погладил замурчавшего Тёму. — И кто Руси важнее? Девочка Покровская или царь? А?

— Ваше величество! — снова напомнил о себе Иванов.

— Ну что опять? — со вздохом спросило его величество.

— Можно же всё разом решить! — напомнил о чём-то о своём опричник. — И на земли никто больше пасть разевать не сможет. И Седова вроде как наградим. И даже опалу с него снимем. Ну и с Покровской заодно решим…

— Эх, нравится мне это твоё «вроде как»!.. — всхохотнул царь, но лицо у него было мрачнее тучи. — Ну-ну?..

— Так можно же… — Иванов быстро посмотрел сначала на меня, а потом на Покровскую.

— Что? — подняв мохнатую бровь, уточнил царь.

— Ну так… — Иванов вновь посмотрел на меня и Покровскую, но теперь уже демонстративно.

— А-а-а-а-а-а! — государь снова захохотал и тоже посмотрел на меня, на Авелину…

А потом задумчиво протянул:

— Не, ну а что? И впрямь выход!.. Заодно этот их поцелуй на глазах всего мира оправдаем, да? И посол греческий не сможет мне ехидные вопросы задавать…

А я с всё более растущим подозрением смотрел то на царя, то на Иванова.

Да и Авелина, судя по ёрзанию похолодевшей ладошки, занервничала.

— Так и? — спросил Иван Иванович.

— Ну что «и»? — спросил царь. — А, ну да!

Он подвинул к себе прошение Покровской, перечитал, хмыкнул… А затем достал из нагрудного кармана перо и размашисто написал свою резолюцию.

После чего, с явным интересом наблюдая за нашими лицами, подвинул лист.

Ко мне и Авелине.

И с каждым прочитанным словом мне всё больше хотелось последовать примеру деда, заковыристо обматерив государя всея Руси.

Потому что внизу почерком царя было написано следующее:

«Отказать! В целях сохранения наследия и рода — срочно замуж! Новый род Седовых-Покровских сразу после свадьбы внести в список благородных фамилий Руси!».

И ещё ниже: «Обжалованию не подлежит!».

— Молчи, Седов!.. — поймав мой взгляд, с мрачным лицом попросил государь. — У меня в опале ещё никто дважды не бывал, во всяком случае живым.

Я проглотил все слова, которые успел сочинить… И, запоминая эту монаршью подставу, посмотрел сначала на царя, потом на Иванова.

Опричник профессионально отвёл взгляд, а царь…

Царь молча игнорировал моё недовольство и гладил кота.

Моего, кстати, кота.

— Ну раз с этим решили, то теперь по наградам! — наконец, нарушил он затянувшееся молчание.

— Муа? — встрепенулся кот.

— Да-да, тебя я тоже не обделю!.. — царь с удовольствием почесал его за ухом. — Только сначала уладим один управленческий вопрос…

Он снова потянулся рукой под стол, а через секунду в комнату заглянул его поверенный:

— Ваше величество?

— Узнай, где тут в этой Тьмутаракани можно двух человек расписать! Но чтобы срочно, вот прямо сегодня или, край, завтра!

— В смысле, свадьба? — уточнил поверенный.

— Не, это лишнее! Свадьбу они сами потом сыграют! — отмахнулся царь, а затем задумался на секунду и добавил: — Или развод… А нам бы только строчку в документы.

— Так точно, ваше величество!

А когда за поверенным закрылась дверь, государь вздохнул и с совсем уж мрачным видом повторил:

— Ну а теперь по наградам!..