"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 762

Лес — это не Южный Эрантийский тракт, и сильно тут не разгонишься. Примерно с полчаса мы петляли между деревьями, пока наконец не выскочили на ведущую к грунтовке широкую просеку. Скорость заметно увеличилась и, когда до цели оставалась какая-то сотня метров…

— Берегись! — выкрикнула за спиной Ваесса.

Мгновением позже из-за стоящих вдоль дороги деревьев раздался оглушительный рев, загремело железо, и на нашем пути выросла пятиметровая фигура архилича. Четыреста миллионов ХП, черная ниспадающая до земли мантия, высокая костяная корона, горящие багровым светом глаза. В правой руке длинный изогнутый кинжал, в левой — какая-то мерзость, напоминающая засушенную обезьянью голову. И самое главное: откуда он, мать его, взялся⁈

— Бой!

Рывок Мраку, Ярость Преисподней, щит под летящий навстречу угольно-черный шар. Вражеское заклинание задевает горб кабана и, натолкнувшись на преграду, на мгновение погружает мир в непроглядную тьму. Задняя лука седла впивается в спину, ярость мешается с бурлящим в крови адреналином. Молчание во вскинувшую кинжал тварь — и выхваченная на ходу пика с треском пробивает нежити грудь. Две с лишним тонны на такой скорости — это серьезно. Тело архилича переламывается, и кабан протаскивает его по траве до деревьев.

— Берегись! Справа! — бьет по ушам запоздалый крик командора.

Краем глаза замечаю огромную черную тушу и, бросив поводья, изворачиваюсь в седле, в последний момент подставляя щит под наклоненную башку проломившегося сквозь деревья харлота.

— Сука!

Мир опрокидывается вверх тормашками, в нос ударяет трупная вонь, перед глазами мелькает кусок неба с далекими верхушками деревьев; удар о землю вышибает воздух из легких, и меня еще метра три по инерции тащит по траве. Полный латный доспех накрепко фиксирует шею и голову, принимая удар на себя. Даже там, на Земле, упавший с коня рыцарь редко что себе ломал, а уж тут-то и подавно. Сил у меня сейчас раз в пятьдесят больше, чем у средневековых рыцарей, поэтому уже в следующую секунду я на ногах и, жадно глотая воздух, пытаюсь хоть как-то оценить ситуацию.

Словно в замедленной съемке, справа, разрывая когтями дерн, разворачивается атаковавший меня харлот. Мрак, у которого осталось не больше десяти процентов ХП, лежит чуть в стороне. Если подставленный щит спас от смерти меня, то его он защитить не смог. Медленно поднимается на ноги архилич. Все это за долю секунды проносится перед моими глазами, и события снова срываются в карьер.

— Заберу!

Черная лента обвивает развернувшегося ко мне монстра, и в следующее мгновение ему в бок рывком влетает Кан.

— Держись, Мрак! — я прыгаю к кабану и, разбив о его башку склянку высшего исцеления жизни, выставляю щит навстречу Копью Тьмы. Две Ледяных Глыбы разбиваются о появившийся вокруг архилича едва заметный силовой щит, нежить вскидывает руки, и в землю с сухим треском ударяют десятки костяных копий. Одно из них прилетает мне в плечо, еще с полдесятка попадают во все еще неподвижного Мрака.

— Тварь!

Быстро отпускаю кабана, затем Рассеивание, Шаг сквозь Тьму, Ледяной Клинок — и Пагуба с хрустом врубается в поясницу архилича. В следующую секунду Няша, ощутимо приложив меня крылом, опрокидывает андеда на землю. Справа, метрах в тридцати от нас, гремя проржавелым железом, из-за деревьев выбегает толпа скелетов-латников. Не больше сотни. Не замедляя движений, андеды бросаются на нас, но на полпути большая часть осыпается на траву бесполезным мусором. В воздухе мелькает тень, пятнистый лев сбивает на землю двух вырвавшихся вперед латников, а в остальных на полном ходу вламывается Гоша. Няша валяет архилича по траве, как котенок понравившуюся ему игрушку, и я, боясь ее задеть, стараюсь бить только наверняка. Удары по лежащему андеду проходят критами. Из-за висящего на моем щите зачарования он не обращает на дракону никакого внимания и пытается атаковать только меня. Кастовать из положения лежа его, видимо, никто не учил, и архилич лишь изредка царапает мои поножи кинжалом, снимая при этом не больше пяти процентов ХП за удар. Висящие на мне хоты и регулярно прилетающее со стороны Раены лечение тут же восстанавливают жизнь до максимума, так что я даже успеваю время от времени оглядываться по сторонам. Метрах в двадцати справа яростно ревущий харлот, в ляжку которого мертвой хваткой вцепился Кузя, раз за разом пытается достать Кана. Но командор не я, и все удары неповоротливого чудовища улетают в «молоко». Ваесса, Риис и Масяня, не слезая со своих маунтов, атакуют монстра издалека, Фантик с Пончиком добивают висящих на Гоше скелетов.

Ледяной Кклинок! Крит! Язык Пламени! Крит!

Внезапно приходит понимание, какой же я все-таки идиот. Как по-другому назвать атаку неизвестного противника? Еще Джин-Хо говорил… Эти твари, судя по всему, двигались на Дорсу, поэтому и подходят по очереди. А если на дороге вся собравшаяся в Аркитании нежить? С начала боя ведь и пяти минут еще не прошло…

Тело избиваемого лича на глазах покрывается костяной броней. Босс, с которого слетело уже больше двух третей ХП, сдвоенным ударом ног отбрасывает дракону, прыжком уходит в сторону Раены, вскидывает руки, но тут же получает Молчание от Рииса. Прыгаю следом за ним, и в этот момент на поляну медленно выплывает сотня «слипшихся» жнецов. Всё, как тогда, в Дорсе: квадрат десять на десять, мрак капюшонов, кривые косы, триста двадцатые уровни и по миллиону ХП у каждого. Харт! Рассеивание и Шаг сквозь Тьму у меня на кулдауне. К Хаосу я иммунен, но аура жнецов… Остается только надеяться, что, прежде чем сгореть, я успею забрать этих тварей с собой. Пятьдесят-шестьдесят метров — и я, наплевав на лича, разворачиваюсь и бегу к ним. Раена вскидывает руки, и на остановившихся мобов начинают падать огромные ледяные глыбы. Спустя мгновение к своей подруге присоединяется Риис, но заклинания обоих не наносят тварям никакого вреда. Глыбы растворяются в защите, как пущенные с истребителей ракеты в силовом щите корабля навестивших Америку пришельцев. Прочность самого щита, на серую полоску которого я в прошлый раз не обратил внимания, проседает чуть больше десяти процентов. Умертвия медленно поднимают левые руки… Одно заклинание Ваееса должна отразить… Двадцать метров… В этот момент Гоша, около которого не осталось уже ни одного скелета, страшно захрипел, дернулся и… Пущенная веером струя драконьего пламени сшибает остатки щита и в мгновение ока сносит вскинувших руки жнецов.

— Ой… — севшим голосом шепчет в канале Ваесса.

Полдесятка недобитых драконом умертвий уничтожают падающие с неба ледяные глыбы, а пущенное ими в последний момент заклинание бессильно разбивается о выставленный магистром щит. Гоша, и сам, по ходу, не понявший, что только что произошло, замер, широко расставив все свои четыре лапы. Затем медленно повернул голову и посмотрел на Ваессу каким-то виновато-охреневшим взглядом.

— Урон в лича! — увернувшись от очередной атаки харлота, спокойно командует Кан. — Потом переключаемся на этого.

Нежить больше не появлялась, и архилич, которому Пончик с Фантиком по очереди сбивали касты, продержался чуть больше пяти минут. Потом добивали харлота, причём я благоразумно стоял в стороне. Щит убирать не хотелось, и уж, тем более, не хотелось переагривать эту тварь на себя. Впрочем, все прекрасно справились и без меня, и уже минут через десять Кан, пнув тушу поверженного монстра носком сапога, задумчиво посмотрел на стоящую неподалёку Ваессу.

— Я же говорил вам, тётечка, что Гоша научится всему, что не умеете вы, — проследив за взглядом командора, прокомментировал ситуацию Риис. — Ведь если бы он ядом, к примеру, плюнул, или трико на себя нацепил — на нежить могло бы и не подействовать.

Впрочем, Ваессу сейчас было не пронять. Она медленно подошла к своему отличившемуся питомцу и осторожно обняла его за шею.

М-да… Понимая, что это может затянуться на пару-тройку часов, я оглядел живописно раскиданные вокруг тела и скомандовал: