"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Изверин Алексей - Страница 248

– Пошли быстро! – сорвался Вихор. Но недолго, из темноты выступил здоровенный пузатый тип, лысый, как коленка. Схватил Урия за плечо и дернул назад, неслабо так дернул. Урий полетел сломанной куклой.

Ирина взвизгнула.

– А ну, ростики, полезайте в… – заговорил злобно второй, хватая Ирину. – А, Порождение!

Ирина ловко наступила ему на ногу, с проворотом, и не оглядываясь рванула вдаль по улице, туда, где призывно светились факелы.

– Пир, не стой, быстро! – крикнул Виктор. Он, самый большой у нас, успешно вырвался и теперь маячил дальше по улице, но до конца не убегал.

Я быстро отшвырнул в сторону тянущиеся ко мне руки, сделал шаг вперед. Мужик на голову меня выше, но совсем деревянный. Наверное, бывший крестьянин или еще кто-то. Пузцо, бочок вот, шея жирная повернулась… Охнул, скривился и завалился на бок после самой простой подсечки. Никто меня этому не учил, простая импровизация, заступаешь за ногу и сильно толкаешь плечом в плечо. Детский прием, совсем детский!

Только, учитывая комплектацию принца, делать все надо из последних сил, полностью выложившись, радостно ощущая, как мышцы берут тяжелую нагрузку… О-па, получи!

– Порождение тебя поимей! – выдал свалившийся мужик. Я наклонился, вывернул у него из руки дубинку, длиной с руку, и с маху огрел по руке державшего Урия толстяка.

Тот взвизгнул, выпустил Вихора и перетянул меня в ответку дубинкой по плечу. Такого я как-то не ожидал и потому заорал благим матом, по плечу как будто кипятком плеснули. Перекинул дубинку в другую руку и ткнул толстяку в пузо. Тот заблокировал мой удар, а потом спустил его по пальцам мне же. Вот это уже было реально больно, дубинка вывернулась из пальцев и грянулась о мостовую, я отступил, пальцы онемели.

Толстяк глянул за меня равнодушно и взмахнул своим оружием. Я дернулся в сторону, но понял, что уйти от удара не сумею. Удар шел мне прямо в голову. Сейчас ка-ак хрустнет…

Дубинка пролетела мимо, разминулись каким-то чудом.

Чудом оказался Урий, повисший на руке толстого и смазавший ему замах.

– Держу! – крикнул он. Толстый напрягся и стряхнул Урия, как щенка. Но тряхнул он его дальше по улице, а я не стал выяснять отношения, а припустил бегом в ту же сторону. По пути сгреб за шкирку Урия и толкнул перед собой, легкий он.

За нами затопали башмаки.

Дальше, дальше, по улице, впереди мелькает платье Ирины, Пирожок постоянно оглядывается, дышит ртом.

– Хорош. – Вихор привалился к стене, продохнул, сплюнул тягучей слюной. – Вот Порождение… Подожди.

Мне пробежка пока что трудностей не доставила, но дико болели разбитые пальцы. При внимательном изучении было установлено, что вреда нет, но ушиб сильный, рука стала как перчатка и протестующе отзывалась болью, когда я пытался ею активно шевелить.

– Я тебе жизнь спас, – сказал Вихор. – Я толстого того знаю. Продал нас Дырка. Все-таки продал. Не надо было ему золото показывать.

Я молчал, ждал.

Подошли Виктор и Ирина, за Ириной держался Пирожок.

– Он тебя тоже спас. – Виктор слышал наш разговор. – Если б не он, сейчас бы тебя уже на корабль тащили. Нет, скажешь?

– Не скажу, – сказал на то Вихор. – Прости, Серый. Я твой должник точно.

– Так и я твой, – серьезно сказал я. – Одного бы удара той дубинки мне точно хватило, не увернулся бы. Толстый реально псих, кто ж детей-то убивает?

– Еще как убивают, – сказала Ирина.

– Не зови лиха, – внятно предупредил ее Виктор.

– Так, что встали? Девчонок поглядели, теперь обратно пора, – заторопил всех я.

– Я с ним еще посчитаюсь, – сказал внятно Вихор. – Двоедырчатый будет. Одна дырка в заднице, а другая в брюхе. Слизень пупырчатый.

– Смотри, как бы он с тобой не посчитался. Да к тому же, что было-то? Скажет, что это мы сами на улице натолкнулись.

– Я ему…

– Хватит уже тут стоять, – сказала очень рассудительно Ирина. – Пошли домой давай…

– Точно, нечего тут торчать, пока кто еще не словил.

Вихор затейливо выругался, помянув Порождения, вступившие в нестандартные отношения с мамой Дырки. Дырка, как я понял, и был этот смуглый получерный сутенер.

Двинулись в обратный путь.

Около стены подсадили друг друга, перебрались через забор. Тихо, вдоль деревьев пошли к выходу…

И тут я увидел кое-что.

– Ложись! – тихо, шепотом приказал я и на землю рухнул.

– Ты чего? – спросил меня Виктор.

– Во… Что там такое? – протянул руку. На фоне ночного неба, чуть более светлого, чем стены, темнели несколько человеческих силуэтов. Стражники с копьями? Или просто гуляки?

– Да ты нашел чего бояться, – сказала Ирина. – Бояться надо не мертвых, бояться надо живых. А эти уже давно померли. Видишь, стражу же убрали.

Так это… Это ж те, кого на колья посадили. Вот и пахнет мертвечиной…

Меня наградили ухмылками.

– Это же сад королевы, по всему королевству знаменит и за его пределами! – съёрничал Вихор. – Культурное место, даже дворяне часто посещают, да…

– Урий, молчи, заметят же!

Подошли к двери, Ирина припрятанным ломиком открыла ее. Вошли в коридор, запалили факел.

Дальше путь проще.

– Заглядывай, – сказала мне Ирина вдруг. – Не забывай, ладно?

– Да уж забудешь. – Я осторожно попробовал пошевелить пальцами и снова зашипел от боли. Сейчас вот что принцесса скажет-то? Уходил нормальный, пришел весь в пыли, синяки и рука в кровь разбита.

– Как бы за нами теперь не пришли. Все слышали? Урий, Виктор? Осторожнее ходите. В город лучше особо не показываться.

– Да не мелкие, понимаем. Ростик, слышал? – сказал Вихор, потрепав за плечо притихшего что-то Пира.

– Я не понял, – вдруг сказал Пирожок. – А что, теперь больше не пойдем?

– Дурак ты, толстый! – сказал я ему на это.

Принцесса уже спала, когда я вернулся. Кое-как раздевшись, пошел было душ искать, да какой уж тут душ? Это же не квартира, а королевские средневековые покои. Тут душ не положен, тут даже толчок отдельный и то не положен еще лет триста.

Кое-как смыл кровь и промыл ранки водой. Слазил в шкаф, нашел что-то чистое, оторвал от него кусок, перемотал руку, чтобы не закапать кровью все вокруг.

Потом плюнул, вышел снова и через пару минут уже постучался в покои мастера Клоту. Доктор там или не доктор? Пусть лечит.

– Ваше высочество! – приветствовал меня мастер Клоту. Спросонья он моргал глазами и никак не мог понять, где да что.

– Доброй ночи, мастер.

А неплохо очень мастер устроился. Кровать двуспальная, и с нее в одеяло кутается кто-то с пышной грудью и длинными русыми волосами. По углам жаровни, тепло. Шторы задернуты, но сонный паж раздул факелы и подбросил в жаровню уголька.

– Где вы так, ваше высочество? – Прямо на глазах лекарь просыпался, ощупывал меня изучающим взглядом. – От барона вы вернулись без ран… А что у вас с рукой, ваше высочество?

– Поранился, когда брился, – буркнул я.

Мастер Клоту достал откуда-то чистые тряпицы и стал распихивать по ним какую-то мятно пахнущую кашу, готовясь сделать мне повязку на руку.

– Мастер! Что делаете? – Я вовремя заметил его манипуляции.

– Ваше высочество, это же целебные травы с…

– В задницу травы. Давай тряпки почище и воду чистую… Мне просто руку перемотать. А на плечо что-нибудь… – А в самом деле, что на плечо-то? – Да просто повязку, чтобы синяк в глаза не бросался.

Кое-как перевязал нормально. Посмотрел, что использовал в качестве бинта… Нет, нельзя по темноте шарить. Давно пора у нас нормальные фонари вводить! Руку мне перехватывал какой-то большой кружевной пояс с рюшечками, розовый, полупрозрачный, по-видимому, принцессы. Будь принц даже с неизвестной мне голубизной, он бы его точно носить не стал.

А у принцессы большой гардероб был. И часть его как раз хранилась за занавеской в покоях принца. В самый первый день перенесли.

Вот теперь-то она на меня разозлится всерьез!

Глава 27