"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Изверин Алексей - Страница 749

— Они все такие? — прошептал Кирин, разглядывая прекрасное создание.

— Не совсем. Есть небольшие отличия, это от клана зависит — у кого-то такие рога, у кого-то — другие, у кого-то — вообще нет. Но все отличия незначительны, в остальном, да, они все одинаковы. Я бы на твоем месте не расслаблялась.

— А похоже, что я расслаблен?

— Я тебя знаю, ты быстро на красоту ведешься, — заявила Исса. — Но дракон — это не танцовщица императорского дворца. То, что они красивы, не делает их менее опасными… Они почти на верхушке в мире хищников Мертвых земель.

— Есть кто-то выше?

— Выше — никого, но кое-кто с ними делит трон. Нам важно не это, а то, что здесь можно войти.

Ворота храма тоже были сделаны из камня. Они казались тяжелыми, вросшими в землю, и Кирин не представлял, как их можно сдвинуть. Но у Иссы получилось, ей хватило одного движения, чтобы открыть им путь в темноту.

Весь храм был отдан единственному залу, просторному, как целая деревня, и пустому. Рассекали его лишь ряды колонн, увешанных факелами, которые сейчас не горели. Все они вели к другому концу зала — и к алтарю, расположенному там.

На колоннах Кирин видел изображения драконов. Исса верно сказала: они были похожи, но и отличить их друг от друга оказалось несложно. Принц невольно засмотрелся на ящеров, пока девушка не потащила его вперед.

— Я же говорила, у тебя слабость перед красотой, — проворчала она. — Будем надеяться, что твое знакомство с ними картинками и закончится. Мы сюда не для того пришли!

Она провела его через зал, и Кирин, привыкнув к темноте храма, сумел разглядеть вторую дверь, скрытую за алтарем. Она была намного меньше главных ворот, но и ее когда-то выточили из камня. Перед этой преградой Исса вдруг остановилась.

— Открывать не будешь? — смутился Кирин.

— Не открою, даже если захочу, — отозвалась девушка. — Сначала нужно отпереть замок.

Он осмотрел гладкую поверхность двери.

— Но тут нет замка!

— Глаза человека, что с них взять, — усмехнулась Исса. — Поверь мне, здесь есть замок. А у нас с тобой есть ключ.

Она подошла к алтарю и, прежде чем Кирин успел сообразить, что происходит, разбила о него кольцо. Последняя капля крови, оставшаяся от ее тела, скользнула на темный камень. Исса добровольно отдала главный запас силы, что у нее был — и последнее, что могло защитить ее в Мертвых землях.

Но она, похоже, ни о чем не жалела. Исса перехватила руку своего спутника, ногтем надрезала кожу на его пальце и дождалась, пока к капле ее крови присоединилась кровь принца.

— Могла бы предупредить, — возмутился Кирин, одергивая руку.

— Можно подумать, ты отказался бы! Пока ты нянчишь свой несчастный пальчик, я тебя порадую: как только мы войдем в эту дверь, твой брат будет свободен. Возможно, конечно, ему все равно захочется ехать у тебя на шее, но это будет уже не обязательно. Ты готов?

— Насколько к такому вообще можно подготовиться…

Исса ничего больше не делала, но капли крови на алтаре словно пробудились. Они живыми существами скользнули вперед, не оставив за собой и следа. С алтаря на пол, оттуда — к двери, они двигались с такой ловкостью, что Кирин едва успевал следить за ними.

Добравшись до поверхности двери, капли крови разделились, оплетая ее алым узором. Мгновение — и он вспыхнул белым пламенем, настолько ярким, что оно ненадолго ослепило Кирина после долгой тьмы.

А когда зрение вернулось, Кирин обнаружил, что дверь в другой мир открыта перед ними.

Глава 2

Сальтар привык к темноте, тишине и отрешенности от всего мира. Он понятия не имел, где находится, кто рядом с ним. Его не развязывали, с ним не говорили, он только чувствовал, как иногда его переносили с места на место — как живого мертвеца! Для второго принца, воспитанного воином, это было унизительно. Но в то же время, Сальтар чувствовал, что его поражение злит Таниса, и это стало его единственной отрадой.

Маг не собирался сдаваться так просто. Он то и дело вселялся в тело Сальтара, рылся в его памяти, наполнял сознание самыми горькими и чудовищными воспоминаниями. Но принц терпел — после всего, что он уже вынес, это было несложно. Он научился думать лишь о том, что план Таниса сорвался, и это уже ничто не изменит.

Вскоре Танис стал являться реже. Вряд ли он устал или отчаялся, скорее, что-то важное отвлекало его сейчас, заставляло пустить колдовскую силу в другое русло. Это немного беспокоило Сальтара: что бы ни задумал этот чародей, на благо империи оно не пойдет.

Ирония заключалась в том, что без Таниса Сальтара посещали мысли посложнее, справиться с которыми оказалось не так просто, как отстраниться от иллюзий, посланных врагом. Он думал о своем брате. То, что Кирин, слабый, запуганный, беспомощный, выжил в той резне, уже было чудом. Но когда они наконец встретились, перед Сальтаром стоял совсем другой человек, опытный и сильный.

Отчасти, Сальтар был рад за брата — однако лишь отчасти. Он понимал, что никто не меняется так быстро без особого окружения. Кирин не был дураком, он понимал, что сражается с чудовищами, и все равно не боялся. А значит, он нашел силу, способную противостоять им; только вот Сальтар не был уверен, что это правильно и достойно будущего императора.

В темноте, без звуков, он давно разучился отличать день и ночь. Сальтар не брался сказать, когда он спал, а когда просто тонул в своем прошлом. Поэтому он понятия не имел, сколько времени прошло, прежде чем ему вернули свободу.

Он почувствовал, как сначала снимают повязки с его ушей, потом — с глаз. Свет, окружавший его, был совсем не ярким, однако и его оказалось достаточно, чтобы ослепить принца после стольких дней темноты. Он зажмурился, привыкая к новому окружению, и услышал неподалеку от себя незнакомый женский голос.

— Я б на твоем месте сначала объяснила ему, что происходит, а потом развязывала. А то начнет метаться в панике и лоб себе расшибет — и будешь ты снова его тащить.

— Я все знаю, — отозвался Кирин. — Ты уверена, что колдун больше не управляет им?

— Уверена. Колдун, который на самом деле не совсем колдун, даже не чувствует его здесь. Но он точно знает, что мы утащили его игрушку в Мертвые земли.

— Почему это он знает? — удивился Кирин.

— Иначе и быть не может. Магия, которую он использовал на твоем брате, родом из Мертвых земель, а значит, и сам он отсюда.

Сальтар давно уже знал, что Танис — не человек. Он видел слишком много, чтобы сомневаться. Но откуда столько известно какой-то девице? Да еще и болтающей так нагло, будто она — мужчина!

Когда Сальтар решился приоткрыть глаза, он увидел перед собой брата. Это был Кирин — но вместе с тем кто-то другой. Он, раньше вечно скрытый от солнца, загорел, повзрослел, стал сильнее и жестче. Он даже остриг длинные волосы, хотя традиции запрещали это третьему принцу. Из удачливого беглеца он постепенно превращался в силу, способную вернуть империю.

Причина его уверенности тоже была здесь. В паре шагов от них стояла девица в белом платье, не слишком высокая, тонкая и на вид хрупкая, и все же было в ней что-то, что пугало сразу, с первого взгляда. Желтые глаза, рассматривавшие Сальтара с холодным любопытством, не могли принадлежать человеку.

Увидев их, Сальтар невольно отшатнулся. Веревки все еще мешали ему двигаться, и от резкого рывка он просто оказался на земле.

— Я ж говорила, — хмыкнула девица, скрестив руки на груди. — Все вы, новое поколение Реи, дерганые. Вот Торем с дружками вообще заявился в Мертвые земли, потому что ему скучно стало. Правда, потом они почти все тут благополучно умерли, но мы так далеко в историю не полезем.

— Дай я поговорю с ним, — попросил Кирин, оборачиваясь к ней. — Не мешай пока, ладно?

— Я? Я само смирение.

Сальтар ушам своим поверить не мог: его брат разговаривал с этим существом как с равным себе! Как такое вообще могло произойти?

А потом Кирин рассказал ему все. Его отчаянный побег из дворца, визит в заброшенную столицу, договор с Иссой и новые союзники, а потом — путешествие в Торем-вал, где они и встретились, — все это было нереально. Сальтар знал, что брат не лжет ему, и все равно не мог поверить. Хотя, наверно, стоило бы: старые законы и традиции потеряли цену, мир становился другим. Выжить в нем мог лишь тот, кто умел меняться!