"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Изверин Алексей - Страница 781

— Они стали старше и сильнее… Пришли детьми, ушли почти взрослыми… Их делает старше и сильнее не время, а жизни, которые они отбирают… Они могут быть похожи на нас, но это просто обман, в них нет ничего человеческого! Я понял это сразу… Я пытался остановить их, использовал всю свою силу, не сдерживался и ничего не оставлял себе… Я не надеялся победить, но я думал, что у меня получится задержать их, позволить другим уйти… Наивно! Никто не ушел, а моя сила — ничто для них…

Тут он определенно себя недооценил. Нападавшие нашли его в толпе, смогли выделить среди остальных людей, которые сражались с ними. Значит, Наргис все-таки сумел сделать им больно.

Жаль, что это ничего не изменило.

— Мы остановим их, — пообещала Нара. — Но ты должен нам помочь. Расскажи, что ты знаешь о них, сколько их, какие они.

— Их трое, все одного возраста и выглядят как дети… Не верьте… Они не использовали то колдовство, которое я знаю, но они сильные… Огонь подчиняется им, как зверь, которого они вырастили… Когда они пошли на нас, огонь был с ними, какое бы заклинание я ни использовал… Огонь им принадлежит…

Его голос звучал все тише и тише. Саим надеялся, что Мар Кассандра поможет Наргису, поддержит, выиграет для них время. Но даже она была не всесильна, и смерть все-таки взяла свое до того, как они успели узнать правду.

Глава 8

Она забыла, где находится — или кем она стала, сложно было сказать. Исса выходила в Мертвые земли, как в сад при собственном замке. Похоже, ее совершенно не заботило, кто может поджидать ее там. Возможно, она имела право вести себя так, когда сама была могущественным чудовищем. Но в хрупком человеческом теле, да еще лишившись почти всех своих способностей, она должна была помнить об осторожности.

Но не помнила и не обращала внимания на Кирина, который пытался ее окликнуть. Она не остановилась за оградой, продолжая уходить все дальше в лес. Кирин только и мог, что следовать за ней, надеясь, что опасные хищники не решатся подходить близко к жилищу Хозяйки.

— Исса, да подожди ты!

— То же могу сказать и тебе, — бросила через плечо девушка. — Подожди меня в доме этой старой ведьмы! Я хочу побыть одна.

— А я не хочу, чтобы ты сейчас была одна.

— Тебе ногу сломать или что?

— Я прекрасно знаю, что ничего ты мне не сломаешь, — покачал головой Кирин. — Просто попробуй поговорить со мной об этом. Я ведь и правда хочу, чтобы тебе стало легче.

— Обойдусь!

Он не был обижен на нее. Кирин мог только догадываться, через что она проходит сейчас. Исса верила, что Аналейра предала ее, единственный человек, которому она доверяла, разрушил ее судьбу. Как после такого говорить с кем-то? Как вообще подпускать близко?

Поэтому она уходила, а он шел за ней. Кирин не был уверен, что в таком состоянии она вообще сможет вернуться.

Повезло им хотя бы в том, что Мертвые земли, похоже, еще спали. Больше не было того жуткого воя, что разрезал здесь воздух по ночам, деревья мирно шелестели листвой, и небо было спокойно.

Исса старалась держаться на пару шагов впереди, чтобы он не видел ее лица. Кирин знал, почему. Ей проще было всегда оставаться всезнающим и всемогущим чудовищем, у которого нет чувств, с вечной ироничной полуулыбкой и полной уверенностью в себе. Сейчас эта маска треснула, и девушке нужно было время.

Она замедлила шаг, только когда они оказались в роще из молодых белоснежных деревьев с черными листьями — далеко от дома ведьмы. Слишком далеко, и это напрягало. Кирин успокаивал себя лишь тем, что темные кроны спрячут их от Тьернана, а с остальными чудовищами они справятся.

Здесь Исса наконец остановилась и обернулась к нему; слез на ее глазах больше не было.

— Чего ты хочешь от меня? — холодно спросила она.

— От тебя? Вообще ничего. Я хочу помочь тебе.

— А чем ты можешь помочь мне? Ты всего лишь человек. Может, Аналейра и назвала тебя драконом, но не обольщайся: ты вряд ли сможешь получить хотя бы часть силы своих предков.

Просто замечательно, высокомерие вернулось во всей красе. Кирин устал не меньше, чем она, и ему тоже хотелось сорваться, но хотя бы один из них должен был вести себя разумно, и принц сдержался. У него и правда долг перед ней, и сейчас — самое время его вернуть.

— Я, может, всего лишь человек, но и ты — тоже, — напомнил он. — Люди помогают друг другу. Мне казалось, что эти сомнения мы уже отбросили.

— Ну да, я должна доверять тебе и все такое. Только вряд ли это такая уж хорошая идея. От твоей семьи одни проблемы.

— К этому мы как вообще перешли? — нахмурился Кирин.

— А посмотри, что стало с моей жизнью после того, как я познакомилась с замечательным кланом Реи! Я лишилась своего тела, в Мертвых землях появилось чудовище, уничтожившее всех, кто был мне дорог, а твоя пра-пра и еще много «пра» бабка могла все это предотвратить, но не стала!

А вот теперь она говорила неправду: не только ошибалась, но и намеренно искажала события, чтобы усилить свою злость. Потакать этому Кирин не собирался.

— Торем тебя на веревке не тянул, ты сама пошла за ним, — указал он. — Аналейра тоже предупредила тебя о цене, которую придется заплатить за смену тела.

— Она могла все сделать по-другому, как с Танисом!

— Могла, а сделала так, и это ее право. Она ведь была честна с тобой, тебя не обманули! То, что там, во внешнем мире, ты оказалась в ловушке, не ее вина. А то, что появился Тьернан, — не твоя вина, Исса. И даже не Торема. Виноват только тот, кто произнес в этот день заклинание, но он уже мертв. Его история закончилась, поэтому отомстить ему ты не сможешь, как ни старайся. Прекрати злиться на призраков, думай о том, что ты можешь сделать для настоящего и будущего. Мне очень жаль, что так случилось, но исправляй то, что еще можно исправить.

— А что я вообще могу? Я человек! — Исса демонстративно указала на себя обеими руками.

— Во-первых, ты не полностью человек, не примазывайся. Во-вторых, раньше это не мешало тебе Танису хвост придавливать. Я понимаю, как тебе тяжело, но я знаю, что ты справишься.

— Ты понимаешь? Сильно сомневаюсь!

И вот на этом этапе Кирину надоело играть в добрую нянечку, успокаивающую капризного ребенка. Гнев, давно рвавшийся наружу, наконец получил свободу.

— Действительно, как мне понять! За одну ночь те, кто клялся в верности моему отцу, вырезали половину моей семьи. Мой брат, которого я считал погибшим, выжил, но стал рабом чудовища. Да я и сам почти в таком же положении, что уж говорить, ведь я продал свою жизнь тебе в обмен на помощь империи! — Кирин оттянул ворот рубашки в сторону, показывая ей клеймо, которое она когда-то оставила у него на груди. — И свою часть договора я выполнял всегда, поэтому если тебе так уж хочется обвинить мою семью в предательстве, меня в это не впутывай! И раз уж речь зашла о моей семье… Мои беды тоже от них, представляешь? Вот ведь какая забавная штука, обхохотаться просто! Если все сводится к Тьернану, все, что начало эту войну, то династия Реи виновата в собственной гибели. У кого из нас больше прав отчаиваться после этого?

Она могла злиться на него — но вместо этого смотрела с удивлением. Значит, хотя бы через ее эмоции ему пробиться удалось. Кирину было все равно, он не устраивал для нее игру, ему просто надоело молчать. Он говорил ей то, что давно уже копилось в душе — бессонными ночами, в дни путешествия по Мертвым землям. Это не было связано только с Иссой, просто она оставалась единственным человеком, которому он готов был рассказать правду.

— Кирин…

— Подожди, это еще не все! Мы ведь обсуждаем, как я, избалованный дворцовой жизнью, не смогу понять тебя. А я действительно был избалован, я не скрываю это. Меня, в общем-то, никто не спрашивал, хочу я так жить, не хочу. Мне выбора не давали: я мог делать только то, что позволено, и другой жизни не знал. Поэтому мне пришлось начинать все с начала! Тебе, конечно, легко посмеиваться над этим: принц, который не умеет ни драться, ни охотиться, ни приказы отдавать. Шут на ярмарке, смех для толпы. Я бы тоже с радостью присоединился к этому веселью, если бы мне не пришлось изучать все, чему моих братьев учили годами, за считанные дни. Это только звучит забавно, иногда во время наших тренировок я жалел, что мне горло не перерезали во дворце!