"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Изверин Алексей - Страница 867

Внутри прозрачной клетки бесновалось чудовище. Оно и само было белесым, бесцветным почти, поэтому рассмотреть его колдунье оказалось тяжело. Но когда оно замирало, у нее была возможность разглядеть длинное тело, крупную голову и острые, выгнутые вперед клыки. Редкий уродец — и все же знакомый.

Она видела гравюры с изображением этих существ в книгах, что хранились в монастыре. Когда-то прозрачные хищники, способные менять цвет, ползали по всей стране — и звались они эфореби. Но потом семья Реи избавилась от них, изгнала в Мертвые земли вместе с остальными чудовищами. Никто не сомневался, что эти твари больше не вернутся! Хотя чему удивляться? С тех пор, как появился Танис, все шло к этому. Если что и должно казаться странным, так только то, что в небе еще чистокровные драконы не летают!

На гравюре эта тварь смотрелась не такой уж страшной, а в реальности… Даже колдунья, глядя на эфореби, чувствовала, как в душе поднимаются страх и отвращение. Она не представляла, что должны были испытывать дети, запертые с монстром много часов. Хищник ведь видел их, видел живую добычу, такую соблазнительную и простую! Эфореби злился, потому что не мог добраться до своих жертв, и не оставалось сомнений: если он выберется, он уничтожит их за считанные секунды.

Мар Кассандра не понимала, для чего нужна такая жестокость. Это же дети, а не опытные воины, сохранившие верность принцу Кирину! Зачем запирать их с чудовищами, зачем охранять их вместо того, чтобы охранять всю деревню? Такое дикое поведение могло объясняться лишь тем, что Танис и его выродки ненавидели всех, кто населял эту империю.

Теперь Мар Кассандра была особенно рада, что поддалась порыву и пришла сюда. Она чувствовала, что спасение этих девочек для нее важнее, чем спасение всей страны. Колдунья осторожно постучала по мутному, дешевому стеклу, привлекая внимание детей.

Они, конечно же, испуганно шарахнулись от нее, забились в дальний угол, а эфореби, раздраженный их движением, закрутился еще быстрее. Мар Кассандра не винила их: в окне ведь стояло не то дорогое стекло, что использовали в замках и домах аристократов, а тонкая полоса природного кристалла, сквозь который невозможно было разглядеть, кто стоит на той стороне. Девочки видели только неясный силуэт — который вполне мог быть одним из их похитителей. Она видела, что происходит внутри, лишь используя магию, а у маленьких детей такой возможности не было. Поэтому Мар Кассандре нужно было сначала освободить их, а потом уже успокаивать.

Ей казалось, что это будет просто: Киара не ожидала, что за ними придут, понадеялась на страх, который ее имя внушило провинции. Теперь нужно лишь немного постараться, и дети будут на свободе.

Однако Таниса можно было обвинить в чем угодно, только не в небрежности, и это явно передалось его детям. Киара все рассчитала верно. Как только Мар Кассандра начала открывать окно, на клетке, сдерживающей эфореби, с хрустом, оглушительным в этой тишине, появилась первая трещина. Девочки испуганно взвизгнули, а монстр радостно бросился на прозрачную стену, надеясь, что она вот-вот разобьется.

Его удары не имели для магической клетки никакого значения, а вот когда колдунья снова дотронулась до окна, трещина расширилась. Мар Кассандра все поняла.

Дом и клетка были связаны друг с другом. Открыть окно нельзя, дверь — тоже, существо сразу же вырвется. Колдунья не была уверена, что даже у нее хватит сил убить эфореби достаточно быстро, чтобы он не успел тронуть ни одну из девочек. А если с открытием этого дома откроются и другие клетки, не здесь? Это будет катастрофа! Ей только и оставалось, что вернуть кристалл на место и укрепить доски, державшие его. Она видела, что после этого трещина на клетке мгновенно исчезла.

— Я вернусь за вами, — пообещала она, хотя прекрасно знала, что девочки ее не слышат. В этот миг они были отрезаны от мира.

Когда Мар Кассандра заглянула еще в несколько домов, ее догадки подтвердились. В каждой комнате находилась клетка с чудовищем — и дети. Зато охраны нигде не было, все зависело от этого заклинания. Колдунья и рада была бы снять его, но действовать наверняка она не могла, с такой магией она прежде не сталкивалась. А любая попытка несет слишком большой риск…

Но эти чары действовали не сами по себе. Кто-то управлял ими, и ей нужно было понять, как. Поэтому Мар Кассандра отправилась дальше по улице, ожидая, когда кто-нибудь ее заметит.

В центре деревни располагалась небольшая круглая площадь, теперь пустая. Раньше такие места использовали для поклонения богам. Теперь в просвещенном Норите эта традиция была не в почете, и площадь стала обычной частью деревни, важной разве что для праздников.

Но сейчас настроение здесь было совсем не торжественное. В сером свете утра Мар Кассандра издалека увидела одинокую фигуру, ожидающую ее впереди.

Киара собственной персоной: силуэт с длинным хвостом, чешуя на коже, длинные светлые, белые почти волосы. Ее невозможно не узнать. Заметив колдунью, Киара не показала и тени удивления. Напротив, она уже смотрела в ту сторону, с которой должна была появиться Мар Кассандра, словно только ее и ждала.

В руках дочь Таниса держала кристалл, крупный и прозрачный, словно бриллиант. Колдунья чувствовала его связь со всеми домами и не сомневалась, что это и есть артефакт, контролирующий клетки эфореби.

— Ты заметила меня, не так ли? — холодно спросила Мар Кассандра.

— Я ждала тебя, — миролюбиво отозвалась Киара. — Ты даже задержалась, я думала, ты придешь раньше.

Колдунья не позволила себе обмануться ее показательным дружелюбием. Перед ней стояло существо, которое безжалостно убило Ракима на глазах его собственной дочери. Мар Кассандра допускала, что из всех детей Таниса, Киара отличается самой большой жестокостью. В конце концов, этим и славились самки драконов.

— Для чего вам эти дети? — поинтересовалась колдунья, не особо надеясь на ответ.

Однако Киара отмалчиваться не стала:

— Для того, чтобы ты пришла, конечно же.

— Что?… Ты хочешь сказать, что это не полноценный ритуал, а ловушка для тех, кто помогает истинному императору?

— Нет, это ловушка лично для тебя, — уточнила Киара. — Мило, не так ли? Я считаю, что такими жестами отец уделяет тебе слишком много чести. Но ты здорово разозлила его своим трюком с иллюзией. А отца злить не нужно, уж поверь мне.

Такого Мар Кассандра не ожидала. Теперь все представлялось иначе: то, что здесь нет охраны, нет чудовищ, то, что энергия сбита. Эти приготовления и правда были похожи на ловушку, учитывавшую ее способности!

— Как? — только и смогла спросить она.

— Забавно, да? Ты была такой сильной и собранной, когда заявилась в дом отца. Казалось, что ты стоишь над другими людьми с их истеричность, что у тебя просто нет слабостей. Но отец был прав, когда говорил, что всему вашему виду несвойственна истинная сила. Вы все равно привязываетесь к чему-то или к кому-то. Вы не можете действовать отвлеченно, правильно, и это вас губит. Даже самого сильного из ваших воинов можно убить, если найти его слабость. А слабость — она всегда в связи с другими живыми существами.

— Но я не связана с этими девочками! — возмутилась Мар Кассандра. — Я даже не знаю их!

— И все же ты здесь, причем во плоти, а не очередной иллюзией. У тебя нет ни с кем сильных связей. Но на этом фоне даже легкая связь становится для тебя настоящим сокровищем, последней данью, которую ты платишь своей человечности. С тех пор, как мой отец узнал твое имя, он искал такую связь.

Проницательность Таниса поражала — ведь это наверняка он все просчитал, его дочь просто выполняет приказ. Поэтому Мар Кассандра даже не пыталась врать ей, убеждая, что все не так. Она слушала это с немой обреченностью, и беспокоилась она даже не за себя. Колдунья вынуждена была признать, что подвела своих друзей и подставила девочек, которые не имели к этой войне никакого отношения. А все потому, что ей захотелось тогда лично взглянуть на Таниса! Ей стоило догадаться, что она не сможет полностью защитить от него свою душу.