"Самая страшная книга-4". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Парфенов Михаил Юрьевич - Страница 454

Васильев сонно поежился и полез в палатку.

– Значит так, – Паганель недовольно смотрел на своих подопечных, – идёте, узнаёте и возвращаетесь. Если вас не будет в течение трех часов, мы идем за вами. Понятно?

Антон кивнул, а Васильев снова заулыбался. Для него в жизни не существовало трагедий. Мальчишки нацепили лыжи и вышли из лагеря.

Как только палатки скрылись за деревьями, Андрюха перестал улыбаться и остановился.

– И чего тебя понесло на эту конюшню? Лошадей захотел посмотреть?

– Мишка видел лошадей, прежде чем пропасть… – От волнения Антон был бледен. – Вчера вечером я тоже видел лошадей. Одна из них встала на дыбы, и лыжника не стало. Ехал он себе, ехал… а потом исчез.

– Чего ты мелешь? Куда исчез? – фыркнул Андрюха.

– Я откуда знаю? Был – и нет. Я думаю, так же и с Мишкой поступили.

– На кой им Мишка сдался? – недоверчиво протянул Васильев.

На этот вопрос Антон ответа не знал.

Вдвоем они выехали из леса, сняли лыжи. Практически сразу за их спиной раздался лошадиный топот – всадницы возвращались.

– Здорово, ребяты! – ухмыльнулся Васильев.

Вика ответила ему ледяным взглядом.

– Что нужно?

– С наступающими вас праздниками! – издалека начал Антон, приноравливаясь к быстрому шагу лошади. – С Новым годом! С новым счастьем!

– Дальше что? – Юная наездница не была настроена на разговор.

– Вика, что они от тебя хотят? – К ним подъехала худая девчонка на высоком гнедом жеребце. – Вы кто?

– Разговор есть, – догнал их Васильев. – Слезайте со своего транспорта, поговорим.

– Близко не подходи – лягнет, – предупредила худая, видя, что Васильев собирается обойти ее коня сзади. – А если вы хотите говорить, пошли с нами до конюшни.

Лошади поскакали дальше.

– Видел, как я их? – подмигнул Андрюха. – Испугались… Сейчас все расскажут, как миленькие. Во всем признаются!

Он удобней перехватил лыжи и побежал следом за всадницами.

Идти пришлось долго. Ряд домов закончился железными воротами. Проходящий мимо старичок подтвердил, что это и есть фабрика, что она здесь одна и что конюшня там есть.

Друзья прошли в ворота, пересекли утоптанную снежную площадку, остановились около белого длинного одноэтажного здания. Дверь была закрыта на висячий замок.

– Не понял… – Васильев повертел в руках тяжелый замок. – Через что они вошли? Через трубу? Они что, ведьмы?

Андрюха с Антоном задрали головы. Трубы на крыше не было.

– Что вы здесь потеряли?

Голос прозвучал неожиданно громко. От испуга Васильев уронил лыжи, и те с грохотом упали на порог.

За ними стояла высокая худая девушка.

– Что вам понадобилось? Зачем вы сюда пришли, а?

«Какие-то они все неприветливые на этой конюшне», – мелькнуло в голове Антона.

– А верблюдов у вас нет? – хохотнул Васильев.

Девушка недовольно качнула головой.

– Это все, что вы хотели узнать? – презрительно бросила она.

Перед глазами Верещагина возникла темная тропинка, старая лошадь, рядом с ней девочка. Что дальше? Что дальше? Как-то она звала коня?.. Замок… Залог… Закладка… Заточка… Что-то… типа… А! Заток!

– Вам привет от хозяйки Затока, – он глядел прямо в лицо девушки.

Она покраснела и опустила глаза.

– Пойдем, – махнула она рукой и пошла вдоль белого здания. С другой стороны дверь оказалась открытой, в дверном проеме висело одеяло. Девушка откинула его, проходя внутрь.

Ребята замялись на входе.

– Войдем, – зашептал Васильев, – а они нас зажарят. Или съедят сырыми, как считаешь?

– Сырыми, – мрачно ответил Антон, ставя лыжи у входа. – И откусывать будут еще от живых. Так вкуснее.

Он тяжело вздохнул и откинул одеяло. Васильев на всякий случай немного задержался снаружи.

Первый от входа загончик был пуст, свежие опилки лежали горкой. На железной двери висела табличка: «Заток. Буденновская порода. Закат – Токана». И снизу от руки было написано: «Не поить!» В следующем деннике стоял низенький бурый конек, он просунул морду между прутьев, с любопытством принюхиваясь. На его двери было написано: «Мамай. Малыш – Майка». За ним в другом загончике стоял белый конь.

– Вердер, – обрадовался Антон, просовывая сквозь прутья руку.

Конь фыркнул и демонстративно повернулся к мальчику задом.

– Вот хам! – выдохнул подошедший Васильев. – Эй ты! А ну повернись к нам мордой!

– Вы куда пошли?

Светловолосая Вика стояла у них за спиной, приглашая зайти в комнату.

Ребята шагнули в распахнутую дверь и оказались в небольшом квадратном помещении. Напротив двери было окно, под ним стол, вдоль всей правой стены, завешенной одеждой, стоял высокий топчан, с другой стороны – громоздкий деревянный стеллаж, на котором ютились разномастные коробки, баночки, веревочки, чайники, чашки. Под всем этим добром на перекладине лежали седла. Около двери на крючках висели уздечки, сверху над каждой были таблички: «Вердер», «Мамай», «Офис», «Заток», «Гравёр». Крючок Затока был пуст. Под крючками стоял большой зеленый сундук, заваленный войлочными попонами, мешковинами и еще какими-то тряпками.

– Ну и что же передавала Светка?

Голос худой девушки отвлек ребят от изучения комнатки.

– Какая Светка? – Васильев сделал круглые наивные глаза.

– Вы хотели говорить – говорите. Тебя как зовут? – девушка резко повернулась к Васильеву.

– Андрюха, – пасуя перед таким напором, ответил Васильев. – А это Рыжий, – расплылся он в довольной улыбке, гладя Антона по голове.

– Отвали, – отмахнулся от неуместной шутки Верещагин. – Вчера вон она, – парень мотнул головой в сторону белобрысой, – сказала, что в дальнюю часть леса вы не ходите. Почему?

– Там нет удобных тропинок, – ответила Вика, недовольно сощурившись.

– Неправда! – вспыхнул Антон. – Другие же там скачут!

– Это не наши, – тут же ответила невысокая темноволосая девочка с челочкой. Вторая темноволосая сидела рядом и молчала.

– А чьи? – Верещагина начало бесить, что все они здесь сидят спокойные и равнодушные, в то время как в лесу такое творится! – Что они там делают? Куда деваются люди?

– Где ты видел Светлану? – повторила свой вопрос худая. – Что она говорила?

– Велела не соваться в тот лес. И тут же прискакали всадники, – мрачно сообщил Рыжий.

– Значит, она там! – вскочила Вика. – Оксана! У нее все получилось!

Худая девушка, которую назвали Оксаной, жестом остановила светловолосую, повернулась к Антону.

– Дальше что было?

– Я не понял… – замялся Верещагин. – Но мужик на лыжах исчез. И они стали охотиться на меня. А за день до этого пропал мой хороший друг, Мишка. Куда он делся? Что вы об этом знаете?

– Вика, сядь! – прикрикнула Оксана на светловолосую, и та покорно забралась на топчан. – Послушайте, мальчики, я могу вам только посоветовать поскорее уехать отсюда. Ваш приятель уже не вернется. Это все, что мы скажем.

– Э! Погодите! Что у вас здесь происходит? – встрепенулся ничего не понявший Васильев. – Куда Рыбу дели?

– Какую рыбу? – презрительно бросила Вика. – У вас что, глюки?

– Что это за черные всадники? – упрямо повторил Верещагин. – Что им надо?

– Пусть они уйдут, – жалобно пискнула девочка с челочкой. – Чего они от нас хотят?

– Правда, уходите, мы ничего не знаем. – Оксана стала оттеснять ребят к выходу. – Вы все спросили, что хотели?

– Нет! Так не пойдет! – Антон вынырнул из-под руки девушки и подбежал к Вике. – Ты вчера говорила, что мы никого не видели, что никакой девочки с лошадью не было! А мы видели! Мы даже разговаривали. А позавчера смотри что нашли. – Он выдернул руку из кармана, протягивая на раскрытой ладони ржавую подкову.

– Обыкновенная подкова, – упрямо мотнула головой Вика. – И никакой девочки с лошадьми вы не видели. Понятно?

– Откуда же у вас это? – Он ткнул пальцем в пустой крючок с надписью «Заток», открыл дверь, подбежал к пустому деннику, где на табличке стояло то же имя.

– Лошадь у нас была. – Девчонки столпились в дверях комнатки. Впереди стояла Вика, цедила слова сквозь зубы. – Умерла месяц назад. Так что никого вы видеть не могли. А Светку тем более. Она в поселке живет. И в лес не ходит. Еще вопросы есть?