Эволюционер из трущоб. Том 11 (СИ) - Панарин Антон - Страница 41

— На тебе шашлык, я же соберу образцы, — согласился я, и процесс пошел.

Пока собирал образцы, заметил, что у кабанов все внутренние органы дублированы. Четыре почки, два сердца, четыре лёгких, две печени и так далее. Эти свинюки могли бы стать отличными донорами органов, жаль наши виды несовместимы. А ещё у них нашлись жемчужины третьего ранга. Внутри зелёных кругляшей переливалась перламутровая жидкость. При этом оболочка Слезы Мироздания была на порядок прочнее, чем оболочка перворанговой жемчужины.

Кстати, Слёзы тоже были с сюрпризом. Одна жемчужина пряталась в сердце вепря, а вторая — в мозгу. Честно говоря, я не особо понимаю, почему расположение Слёз Мирозданий в тушах этих созданий именно такое. Может, одна жемчужина стимулировала работу сердца, а вторая мозговую деятельность? Если так, то интеллекта это им не прибавило. Ведь Лёха без особых проблем разобрался с кабанами.

Вернувшись в бомбоубежище, я приволок с собой три десятка клыков. Да, проще было бы, как обычно, намочить тряпку в крови тварей, вот только свободных ячеек у меня маловато. Да и кладовка почти заполнена. Я плюхнулся на влажноватый матрас и сжал в руке первый клык. Ласковый вибрирующий голос Ут сообщил:

«Обнаружен образец ДНК, желаете ознакомиться?»

— Конечно, желаю.

'Образец содержит следующие доминанты:

«Острый нюх»,

От этого Лёха точно откажется. Он то знает, как Серый намучался с этим нюхом. Интересно, как бы себя ощущал Сергей, если ему пришлось бы ехать в плацкарте на койке рядом с туалетом? Думаю, он до первой остановки вышел бы в окно.

«Звериное чутьё»,

Весьма неплохая доминанта, но у Лешего есть ускоренная реакция, что, по сути, одно и то же.

«Ночное зрение»,

Полезно в быту, а в бою совершенно бесполезно. Хотя, вру. Если сражаться ночью, то тоже сгодится.

«Всеядность»,

Лёха только что отказался от доминанты «Падальщик», а значит, эту тоже не станет брать.

«Костяные шипы»,

Явное уродство. Эту доминанту я не дам Лешему, даже если он очень попросит.

«Жажда крови»,

Эта тоже летит в переработку.

«Крепкие кости»,

А вот крепкие кости Лёха точно возьмёт. Да и как не взять-то, после сломанных рёбер?

«Прочная шкура»,

Тут и объяснять нечего. В переработку.

«Нервно-паралитический яд»,

Вполне неплохо, только вопрос, как именно он будет вырабатываться? Если в слюне, то Лёха будет обречён на одиночество. А зная, насколько Лешего интересуют девчонки, это будет сильным ударом. Хотя, в последние годы он оказался изолирован от женского общества.

«Ускоренный метаболизм»,

Весьма толковая доминанта, я бы на месте Лёхи посмотрел в её сторону. Пока я поглощал доминанты, не заметил, как время прошло. Дверь в бомбоубежище грюкнула, и по помещению разлился бесподобный аромат жареной свинины.

— Святая свинятина подана, — широко улыбаясь, заявил Леший, протягивая мне кусок свинины с хрустящей корочкой. — Никогда бы не подумал, что буду с помощью магии делать шашлык. — Лёха вгрызся в свой кусок мяса и зажмурился от удовольствия.

Я последовал его примеру. Проклятье! Да таких вепрей грех убивать! Их надо было пленить и разводить на ферме! Вы бы оценили. Мясо будто мраморное. Розовые прожилки мышц пересекаются с тонким вкраплением сала, из-за чего мясо становится настолько сочным, что кажется, ещё немного, и ты утонешь в этой восхитительной жирности!

— Лёха! Ты гений! — чавкая, произнёс я. — Повышаю тебя до унтер офицера и дарую преждевременное облысение! — заявил я и попытался схватить Лешего за руку, но он увернулся и заржал.

— Ха-ха-ха! Да иди ты! Но свиняка и правда хороша!

Мы вернулись к трапезе и набивали желудки до тех пор, пока нам не стало плохо. А после пришла пора Алексею снова дать выбор. Пусть сам решает, с какими доминантами жить.

Солнце стояло высоко над Кунгуром, ярко освещая тренировочную площадку в самом центре города. Воздух вибрировал от команд и звонкого металлического звона копий. Капитан Гаврилов, суровый и требовательный, внимательно наблюдал за каждым движением своих учеников, периодически поправляя тех, кто допускал ошибки.

Артём стоял в ряду молодых бойцов, с безразличием и скукой поглядывая на всё происходящее. Его карие глаза смотрели вдаль, а движения были механическими и отточенными до совершенства. Артём вместе с командой разломщиков собирался отправиться в аномальную зону, но Гаврилов перехватил их на выходе из города. Отвесил Прохорову затрещину, когда тот не смог внятно объяснить, куда исчез Михаил, а после заставил тренироваться до потери пульса.

Вокруг Артёма ребята отчаянно старались повторять приёмы, демонстрируемые капитаном, но им это давалось с трудом. Серый стоял слева от плаца и лениво бил деревянным топором по манекенам. Казалось, что он всю ночь не спал и из-за этого едва стоит на ногах.

— Твою мать. Надо было на полчаса раньше выходить. Как знал… — буркнул Артём, отражая неумелый выпад оппонента.

Гаврилов внимательно оглядел ряды бьющихся мальчишек и остановил взгляд на Артёме. Капитан слегка нахмурился и шагнул вперёд:

— Прохоров. Сюда, живо, — рыкнул капитан Гаврилов и отобрал деревянное копьё у лопоухого курсанта.

Артём лениво шагнул вперёд и опёрся на копьё, как бы говоря «Чё надо?». Капитан слегка улыбнулся и занял боевую стойку:

— Составлю тебе компанию. Чтобы не скучал.

Вокруг тут же стало тихо. Бойцы притихли, с любопытством наблюдая за происходящим. Артём ощутил лёгкий прилив адреналина и выставил перед собой копьё.

Гаврилов атаковал первым. Быстро и жёстко. Его копьё вылетело со скоростью молнии, направляясь в плечо Артёма. Но Прохоров мгновенно уклонился, отбив удар древком, и тут же контратаковал, вынуждая капитана отступить на шаг. Гаврилов привык сражаться на мечах, на худой конец, использовать армейские ножи или огнестрел. Копьями же он и вовсе никогда не пользовался, считая их крайне неудобным инструментом для диверсанта.

Дуэль продолжилась стремительно и захватывающе. Копья мелькали в воздухе, скрещивались с громким треском. Неуловимые движения бойцов со свистом рассекали воздух. Артём легко отражал удары капитана, атакуя с такой скоростью и ловкостью, что глаза зрителей округлились от изумления.

— Сдавайся, сопляк, и я, так и быть, пощажу тебя, — хищно ухмыльнулся Гаврилов, по лицу которого заструился пот.

— Ха-ха. Забавно это слышать от человека, получившего в дар лишь одну доминанту. У меня же их семь! — прорычал Артём и усилил напор.

Внезапно капитану пришлось отступать назад, стремясь избежать удара. Доминанты Артёма и правда идеально подходили для того, чтобы разбирать подобных соперников на части. «Животные рефлексы», «Прочные сухожилия» и «Владение копьём» делали из Прохорова весьма грозного противника. Про семилетнюю тренировку во временной аномалии и вовсе стоит умолчать. Однако…

— Не зазнавайся, — усмехнулся Гаврилов и мгновенно провалился под землю.

В следующую секунду из-под асфальта вынырнуло острие копья и упёрлось Артёму в промежность.

— У меня четыре доминанты, а не одна, — послышался самодовольный голос капитана.

Прохоров попытался отпрянуть назад, но Гаврилов всплыл на поверхность и остановил бой, подняв руку. На лице капитана сияла улыбка, а в глазах горела гордость:

— Весьма неплохо для заносчивого сопляка, — усмехнулся Гаврилов.

— Вы тоже неплохо двигаетесь для старой развалины, — буркнул Артём, стараясь сохранить достоинство.

Гаврилов не сдержался и захохотал во весь голос.

— Слушайте все сюда! Перед вами настоящий пример того, как нужно владеть копьём. С сегодняшнего дня Артём Константинович становится вашим новым инструктором.

— Каким инструктором? Меня Мишка определил разломы закрывать! — возмутился Прохоров, выпучив глаза.

— Ты ведь не каждый день будешь по разломам шастать. Как вернёшься, так и подключишься к обучению ребят. Ничего, тебе будет полезно, — широко улыбнулся Гаврилов и хлопнул Артёма по плечу так, что тот едва не рухнул на колени.