Эволюционер из трущоб. Том 11 (СИ) - Панарин Антон - Страница 45

По коже заструилась кровь, я, покачиваясь, оттолкнулся от стены и осмотрел удивительно деда с помощью Всевидящего Ока. От тела старика исходили мириады тончайших энергетических нитей, через которые текла мана. Нити уходили во все стороны, старательно огибая меня и прочих живых существ. Это было удивительно, но виду я не подал.

— Ого. Неслабо вы меня приложили. Даже Егорыч бил слабее, — прокряхтел я, вытаскивая изо рта выбитый зуб.

Старик при этом не проявлял агрессии, а лишь осуждающе смотрел на меня.

— Молодой человек. Проявите уважение к старости и возможно тогда вы закончите свои дни не в пыточной камере, — весьма устало, но с угрозой в голосе проговорил дед. — Зовут меня Максим Харитонович.

— Да иди ты! — воскликнул я, приподняв бровь от удивления.

— Именно так. Ты сказал, что перстень главы рода тебе дала мать. Так уж вышло, что этот перстень раньше принадлежал мне. Я же передал его своей дочке и отправил её вместе с Архаровым в Екатеринбург. И если не врёшь, то судя по всему, ты мой внук. Однако, есть к тебе пара вопросов… — Дед сделал театральную паузу и стал сверлить меня взглядом.

— Смущает мой возраст? — догадался я.

— Именно так, — кивнул старик. — На вид тебе около двадцати, а моя дочка отбыла в Екатеринбург лишь восемь лет назад и на тот момент она ещё ни разу не рожала. Вот мне и интересно, кто ты такой и откуда взялся?

— Всё просто. На самом деле мне пять… — начал было я, а после провёл несложные подсчёты. День рождения у меня девятнадцатого апреля, а нынче на дворе июль, выходит, мне уже шесть лет. Эх, так и не отпраздновал день рождения из-за чёртовых командировок. — Шесть лет. А выгляжу я таким взрослым, потому что попал во временную аномалию, — пояснил я.

Максим Харитонович пристально смотрел на меня, а его глаза засветились чуть ярче. Помедлив пару секунд, он кивнул:

— Вижу, ты не врёшь. А значит, ты либо мой внук, либо веришь в то, что ты им являешься, — размеренно проговорил дед и протянул морщинистую руку в мою сторону. — Позволишь взглянуть на перстень?

Без слов я показал ему символ рода. Максим Харитонович потянулся к мане, крошечный ручеёк тоньше человеческого волоса опутал перстень, заставив его нагреваться. На перстне проступили крошечные руны, которые я не смог разобрать. А через мгновение украшение вспыхнуло ярко-оранжевым цветом, но тут же вновь погасло.

— Идём в пыточную камеру? — спросил я, потирая глаза, ослеплённые вспышкой.

— В этом нет нужды. Перстень настоящий. А значит, ты мой внук. — Старик улыбнулся и положил руку мне на плечо. — Надеюсь, Елизавета жива?

— Живее всех живых. Кстати, совсем скоро у вас станет одним внуком больше. А точнее, внучкой. Но как ты выжил? В Империи считают, что весь род Багратионовых сгинул в аномальной зоне, — перехватил я инициативу в разговоре.

Максим Харитонович засмеялся, а после тяжело вздохнул и поманил меня за собой. Петляя по улочкам Калининграда, мы добрались до массивного здания, со стороны казавшегося заброшенным. Дед взмахнул рукой и дверь развалины отворилась, продемонстрировав нам длинный коридор, ведущий куда-то вниз.

Харитонович неспешно направился вдаль, сложив руки за спиной, я последовал за ним. На всякий случай я поднял с земли пару камней, набросил на них пространственную метку, а после швырнул камни за пределы здания. Вдруг старик окажется негостеприимным и придётся экстренно завершить посиделки?

По пути я обратил внимание, что стены сложены из древнего камня, покрытого тускло светящимися рунами. Это место было пропитано магической энергией. При желании я мог бы колдовать здесь без остановки. Мана пульсировала здесь в каждом камне и каждой песчинке. Но интереснее всего то, что эта энергия будто подпитывала Максима Харитоновича. За спиной захлопнулась дверь, и дед снова заговорил.

— Когда возникла аномальная зона, вместе с ней появились рунические писания на древнем языке, — старик задумчиво потёр седую бороду. — Эти тексты гласили, что скоро мир столкнётся с четырьмя великими бедствиями. Они жаждут устроить резню и развязать войны по всему миру, чтобы души погибших стали пищей для господина, которого они стремятся возродить в нашем мире.

Я нахмурился и тихо спросил:

— Ты говоришь о Короле Червей и Даме Пик?

Максим Харитонович удивлённо приподнял бровь и одобрительно кивнул:

— Вижу, ты неплохо осведомлён. Кстати, напомни, как тебя зовут?

— Михаил Константинович, — представился я.

— Понятно. Архаров не обманул и женился на моей дочери, как и обещал, — улыбнулся старик.

— Ну-у-у. Можно и так сказать, — согласился я, не желая рассказывать о своём детстве.

— В твоём голосе сквозит боль. Недолюбливаешь отца?

— Скорее, он меня бесит. Но определённую долю уважения я к нему всё же испытываю.

Коридор внезапно закончился, и мы очутились в просторном помещении округлой формы. На стенах висели тысячи листов, исписанных рунами, подобными тем, что я однажды встретил в лесу, когда нашел оракула. Максим Харитонович заметил мой интерес и, остановившись, произнёс.

— Ладно, Михаил Константинович. Довольно игр. В то, что ты мой внук, я верю. Но шестилетка при всём желании не может быть таким смышлёным и умным, как ты. А значит…

Вокруг старика возникло плотное облако тьмы, из которого вышли четыре бойца. По их энергетическим каналом было ясно, что передо мной стоят не обычные гвардейцы, а люди, приблизившиеся к рангу абсолютов. Ещё немного — и они пересекут эту грань.

— Что началось-то? Нормально же общались, — произнёс я, отступая назад.

— С пришлыми, желающими захватить наш мир, разговор короткий, — процедил сквозь зубы Максим Харитонович и указал на меня пальцем. — Убить.

— Ну ты и дурак, Харитонович, — вздохнул я, а в следующее мгновение использовал на старике ментальную клеть.

Мой дед потерял контроль над тьмой, а я перехватил его и призвал Галину. Чёрные жгуты теней захлестнули руки и ноги магистров, сковав их движения, а в следующее мгновение сражение завершилось.

Почему завершилось? Одному Галя свернула челюсть, отправив в нокаут. Второго вырубил я ударом в бороду. Ну а оставшихся магистров я с помощью пространственного обмена вышвырнул за пределы святилища (или куда мы попали-то)? Я подошел к Максиму Харитоновичу и всмотрелся в его синеватые глаза. Лицо перекошено от ужаса, шепчет что-то невнятное. Руки тянутся в пустоту.

— И почему никто из моих родственников не может общаться нормально? Обязательно нужно начистить морду, и только после этого будет возможен диалог, — вздохнул я и услышал голос Галины.

— Это потому, что Господин самый лучший, а остальные — тупорылые дегенераты, — мило улыбаясь, заявила она.

— Спасибо за похвалу, но больше так не выражайся. Этот старикан всё-таки мой дед, — улыбнулся я и отправил Галю обратно в Чертоги Разума, а дедулю вздёрнул за ворот и поднял на ноги. — Мама была бы рада узнать, что ты жив, — произнёс я, зная, что Максим Харитонович меня не слышит.

Вздохнув, я выдернул у него волосину и отправил её в хранилище, после чего развеял действие ментальной клети. Старик встрепенулся, заозирался по сторонам, будто пытался отыскать призраков, только что терзавших его разум. Он заметил на полу двух магистров, лежащих в отключке, и перевёл на меня удивлённый взгляд.

— Кто ты такой? — ошарашенно спросил он.

— Я твой внук, старый ты маразматик, — усмехнулся я.

— Но, как…? Почему твоя душа такая… — начал сбивчиво шептать он, а мне не оставалось ничего другого, кроме как тяжело вздохнуть.

Судя по всему, теперь мою тайну будет знать не только Ежов, а ещё и этот сморщенный старикашка. Ну и пусть будет так. Человек, которого считают мёртвым, узнает тайну архимага, который действительно помер, но смог возродиться. Хуже от этого не будет уж точно.

— Это очень длинная история. Я расскажу её тебе, если больше не будешь пытаться меня убить и угостишь нормальной едой. А то в ваших краях кроме вонючего сома ничего отведать не удалось, — раздраженно буркнул я, ощутив во рту привкус тины. — Ау! Старый! Приём! — прокричал я, видя, что Максим Харитонович погрузился в свои мысли. — Если бы я хотел, ты бы уже был мёртв. Так что накорми уже внука и ответь на вопрос: ты собираешься выдать мне все те подарки, которые я так и не получил на свой день рождения?