Эволюционер из трущоб. Том 11 (СИ) - Панарин Антон - Страница 7

Разумеется, мы моментально прекратили драться, извинились и ушли. Если что, это был сарказм. Драка продолжилась с ещё большей яростью. Остап и его ребятки понимали, что время на исходе. Либо они нас повяжут, либо приедет полиция — и тогда повяжут уже их самих. По крайней мере, полицейские попытаются поймать разошедшихся мальчишек.

Остап атаковал меня снова и снова. Ветряные лезвия на его руках проносились в опасной близости от моих рук и ног, но я вовремя уклонялся и отражал его атаки, используя катар. Вокруг меня сверкали молнии, поджаривая друзей Остапа, порывы ветра раскидывали парней в разные стороны, а вместе с ними и мебель. Столы разлетались в щепки от ударов ледяных и огненных стрел.

— Миха, слева! — крикнул Артём, уворачиваясь от атаки двух пацанов и запуская в них огненный шар.

Его крик немного сбил мою концентрацию. Но так даже лучше. Лезвие Остапа рассекло мне предплечье, и я тут же запустил клинок аорт в ногу несущегося на меня парня. Кислотная кровь сработала на ура. Бедолага успел сделать всего шаг, а после нога подломилась — и он рухнул на пол, силясь снова подняться.

Двух других я связал теневыми путами, подняв их над землёй. Троим потушил сознание с помощью магии Молний. Ещё одного вырубил магией Земли. Пол пробил каменный столб и врезал парню прямо в бороду, отчего тот потерял сознание. Так уж вышло, что на ногах остался только Остап и ещё один парнишка, владеющий магией Воды. Он ловко отражал атаки Артёма, а сам то и дело доставал его ударами, оставляя на теле кровоточащие раны.

Я почувствовал, как за моей спиной формируется сгусток маны, и с улыбкой ушел в сторону, пропуская ветряное лезвие, которое должно было оставить меня без ног. Однако, Остап этого и добивался. Его клинок пробил мне плечо. Я почувствовал резкую боль и услышал хруст кости. Остап расплылся в хищной ухмылке, но улыбался он недолго. Мощным пинком я отбросил его в конец зала, заставив кувыркаться.

— Отличное начало поездки, — усмехнулся я, стараясь скрыть боль и адреналин, бурлящий в крови.

Рядом отчаянно сражался Артём. Он покрыл нож пламенем и рассекал воздух, опаляя волосы и одежду атакующего. Огонь лизнул лицо парнишки и тот отшатнулся назад. Это и оказалось для него роковой ошибкой. Артём неуловимым движением поднырнул под руку парня и пробил апперкот в челюсть. Голова бедолаги запрокинулась назад и он рухнул, приложившись затылком об пол.

Увидев, что Артём добил своего противника, я решил тоже закругляться. Вокруг Остапа бушевали порывы ветра, разбрасывая в стороны щепки, оставшиеся от мебели. Ветер был на порядок сильнее, чем при прошлой нашей встрече. Даже мои заклинания не могли пробить его стихийный покров.

— А ты неслабо подрос, — усмехнулся я.

— А ты постарел. Но даже так, отец с радостью задаст тебе парочку вопросов, — прорычал Остап, пытаясь отсечь мне кисть.

Однако, у меня не было желания лишаться конечностей. Не сегодня уж точно. Я потянулся к хранилищу и призвал Дырокол. Ха-ха. Только сейчас придумал название новенькому револьверу. Впрочем, в бою я его уже опробовал. Отличная штука!

В следующее мгновение я произвёл четыре выстрела. Яркие лучи вырвались из ствола револьвера и оторвали Остапу ноги вместе с руками. Огрызок человеческой плоти рухнул на пол, заливая его кровью. Вообще-то ему положено было тут же впасть в болевой шок, но Остап, тяжело дыша, уставился на меня, испепеляя взглядом.

— Знаешь, Остапка, я не очень люблю ходить в гости, — произнёс я, улыбаясь. — Давай лучше, я тебя приглашу к себе погостить. А когда я вернусь из Хабаровска, то навещу твоего папашу. Обещаю.

Мы с Артёмом стояли среди разрушенного бара, покрытые кровоподтёками, ранами и пылью. Владелица бара, почти плача, держалась за голову, сжимая в руке телефонную трубку. Она разглядывала сломанные столы и стулья, и беспомощно наблюдала, как огонь медленно распространяется по полу и потолку, пожирая её детище. Остап открыл рот, чтобы что-то сказать, но я прикоснулся рукой к его культе, оставшейся на месте руки, и заморозил рану.

— Твой папаня мог не тратиться на протез, всё равно ты его весьма бездарно потерял, — хмыкнул я и повернулся к владелице бара. — Тётушка, прости нас, грешных. Не переживай, ущерб компенсируем.

— Будет вам ущерб. Скоты малолетние. Через пару минут приедут полицаи и я вас на рудниках сгною. Твари, — с ненавистью прорычала тётка.

— Вот как? — улыбнулся я. — Тогда нам пора бежать. Спасибо, что предупредила! — выкрикнул я, закинул Остапа в пространственный карман и рванул к выходу.

По пути я забросил туда же и всех мальчишек, валяющихся без сознания.

— Стоять, сволочи!!! — завизжала тётка.

Я же, не глядя, бросил на пол стопку купюр (там должно было быть около двадцати тысяч) и понёсся по подворотням в сторону железной дороги. Артём бежал рядом. На его лице сияла довольная улыбка.

— Миха, вот теперь я могу точно сказать, что поездка выдалась весёлой! — задыхаясь, произнёс Артём и ладонью стёр кровь, сочащуюся из раны на лбу.

Пробежав сотню метров, я услышал вой сирен. Хвала богам, что тётка сболтнула лишнего. Иначе пришлось бы разбираться с полицаями. Мы пробежали ещё двести метров, нырнули под мост и затаились. Я выбросил Остапа на травку и принялся замораживать его раны.

— Повезло вам, идиотам, что мы с Тёмой такие гуманисты. Друге на нашем месте перерезали бы вас и дело с концом.

Остап на мои слова лишь холодно и равнодушно усмехнулся:

— Да мне не привыкать к смерти. Так или иначе, я сдохну через три года.

От неожиданности я замер. Взгляд быстро скользнул по его энергетическим каналам. Я невольно содрогнулся: структура души была испещрена эрозиями и трещинами. Он действительно не жилец. Из пространственного кармана выбросил десять подельников Остапа и провёл диагностику.

Его спутники выглядели ничуть не лучше. При этом я уже видел подобное. Черчесов страдал от того же недуга, только у ребят всё намного, намного хуже.

— Что с вами случилось? — не удержался я от вопроса.

Остап тяжело вздохнул и посмотрел на Артёма:

— Все мы дети Архарова, но в отличии от вас, у нас никогда не было матери. Наша мать — это пробирка в лаборатории. Наша судьба — служить роду Архаровых. Служить ценой жизни. — На его лице появилось ироничное выражение, как будто сердце парня было глубоко ранено этим обстоятельством. — Тебе стоило пойти с нами. Так было бы лучше для рода.

— Лучше для рода, говоришь? — спросил я, повернув лицо Остапа к себе. — Я глава твоего рода. Сейчас мы вынуждены прятаться под чужими именами, но Архаровы живы. Я спас Маргариту Львовну, вернул её домой. Нам принадлежит больше земель, чем было в своё время у Константина Игоревича. А что сделали вы со своим отцом?

Остап замер в замешательстве.

— Но как ты…? Как тебе удалось проникнуть через магический защитный контур?

В этот момент я понял, что не я один пытался спасти род. Судя по всему, Остап тоже бывал в Хабаровске, только никаких успехов не достиг. Если так, то возможно, мне удастся подружиться с Преображенским. Но это не точно.

Сверху послышался топот и грубые мужские голоса.

— Они туда побежали! Я видел!

— Анисимов! За мной!

Я быстро зажал Остапу рот, поняв, что мимо нас бегут полицаи. После оторвал от рубахи Остапа кусок ткани и запихнул ему же в рот в виде импровизированного кляпа.

— Полежи тихонько. Я пока тебе место забронирую, — сказал я и вытащил из кармана телефон.

Набрал номер Гаврилова и… И нифига. Связь не ловит. Ну что тут скажешь? Если не работает сотовая связь, используй ментальную! Потянулся по ментальной связи к ребятам и с превеликим трудом у меня получилось передать сообщение. Попросил Серого взять с собой бойцов, подняться в мою квартиру, а после сообщить, как они будут на месте.

Ожидая, я извлёк из хранилища одежду для Артёма. Моя-то как новенькая. Только кровью слегка запачкана. Кстати, забавно, но в эту ткань ничего не впитывается. Она будто прорезинена. Поэтому кровь просто скатывается по ней, оставляя мелкие капельки в виде росы. Смахнул — и готово! Очень практичная вещь. А вот Артёму пришлось переодеться.