"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Крейн Генри - Страница 45

— Нет, — сказал Круз. — Ты же мне только что сказал, что не делал ничего предосудительного. Хотя мне уже начинает казаться, что‑то ты все‑таки делал…

— Я ничего не делал, Круз, — горячо возразил Мартин. — Я закурю, ты не против?

— Кури, — пожал плечами Круз.

Мартин достал сигарету, сунул в рот, щелкнул зажигалкой.

— Я ничего не делал, — повторил Мартин. — Просто я хочу тебе сказать, что, no–моим наблюдениям, я небезразличен Линде.

— Ага, а говоришь — ничего не делал! — протянул Круз. — Ты наблюдал!

— Да, наблюдал, — кинул Мартин. — Но разве это преступление? Я просто думаю, что Линда давно положила на меня глаз, только ничего не говорит тебе из‑за того, что не хочет обижать. И живет она с тобой скорее по инерции, чем из‑за каких‑то своих чувств. Подумай, может вспомнишь что‑нибудь такое, что подтвердит мои предположения…

Кастильо покопался в памяти. Да, он вспомнил те моменты, когда в разговорах с Линдой упоминал нового напарника. Как девушка реагировала на имя Гастингсона? Обычно.

Или нет, не совсем обычно…

Круз вспомнил, как Линда не однажды ставила Мартина ему в пример, хваля Гастингсона за решение покинуть полицейскую службу.

«Я был прав, — подумал Круз. — Линда и Мартин прекрасно подходят друг другу. И Линде он симпатичен…»

— Ну как? — спросил Гастингсон. — Ты что‑то затих. Сейчас бросишься бить мне морду?

— Нет, — вздохнул Круз. — Нет, я не брошусь бить тебе морду, напарник. И хочешь знать, почему?

— Почему? — спросил Мартин.

— Потому, что ты прав…

Мартин изумленно посмотрел на Круза. «Он хороший парень, — искренне пожалел Гастингсон коллегу. — И почему таким не везет в жизни?»

— Я прав? — воскликнул Мартин. — Круз, дружище, ты послушай себя. Что ты такое говоришь?

— Ты всегда нравился Линде, — продолжал Круз. — Теперь я понимаю ее случайные слова о тебе.

— Как — случайные слова? — поднял брови Гастингсон. — Она что‑то говорила обо мне? У вас был разговор?

— Не так, чтобы отдельный разговор, — поморщился Кастильо. — Но иногда, к слову, она упоминала тебя. И у меня сейчас складывается впечатление, что если бы ты, к примеру, пригласил ее в кино, ей было бы трудно тебе отказать… Особенно сейчас, когда мы поссорились.

Мартин изумленно молчал. «Как мне ему ответить? думал он. — Выходит, я добился своего. Еще пару умелых слов — и Кастильо благословит меня на ухаживания. Нет, творится просто что‑то невероятное…»

Гастингсон понял, что не может ничего сказать. Ему стало стыдно за свою попытку отбить у приятеля подругу «официальным» путем. К тому же получается, что он мог сделать ЭТО и не официально.

«Боже, что теперь думает обо мне Кастильо!» — ужаснулся молодой человек.

Чтобы сгладить неловкость, Мартин протянул руку к приборному щитку и включил радио. Он стал бесцельно крутить ручку настройки, непрерывно меняя станции.

— Выключи, — сказал Круз, — тебе вдруг захотелось музыки?

— Извини, — сказал Гастингсон и выключил радио. — Сейчас действительно не до нее.

Возникла пауза. Мартин молча курил и стряхивал пепел в окно, Круз смотрел прямо перед собой в одну точку.

Молчание первым нарушил Круз.

— Я теперь вот о чем думаю, — сказал Кастильо. Тут голос его сорвался и захрипел.

«Как он волнуется! — подумал Гастингсон. — Только виду старается не подавать…»

Круз тем временем откашлялся и продолжал:

— Судя по всему, я должен теперь отойти в тень, дать тебе зеленый свет, так, что ли?

Мартин встретился с Кастильо взглядом и не решился ничего ответить. Напарники сидели не шелохнувшись и некоторое время пристально глядели друг на друга.

Круз отвел взгляд.

— Вижу по тебе, что ты не против, — сказал он. — Но возникает одна проблема. Догадываешься, какая?

— Еще бы, — вздохнул Мартин. — Девочки…

— Вот именно, — подтвердил Круз. — Дочери Джекоба. Линда к ним так привязалась. Сам понимаешь, она не отдаст их мне. Какой из меня отец? Линда просто не допустит, чтобы у девочек был риск потерять второго отца, как они потеряли первого.

Мартин с сосредоточенным видом кивнул.

— Линда мне уже говорила, что девочки просто не переживут чего‑то подобного. Так что я и не знаю, старина. Похоже, Линды тебе не видать.

Мартин поскреб затылок, он хотел что‑то сказать, но снова не решился.

— Хотя у меня совершенно нет настроения возвращаться к Линде, — признался Круз Кастильо. — По правде говоря, его не было уже тогда, когда я тебя встретил. Но теперь, после нашего разговора… И подавно, нет никакого желания. Но я вернусь, хотя бы ради детей. Ведь, все‑таки, я остаюсь их опекуном.

— Послушай, Круз, — сказал внезапно Мартин. — А что, если я оформлю на себя опекунские права? Я уверен, что буду девочкам хорошим отцом…

— Перестань, Мартин! — остановил его Круз. — По–моему, ты слишком далеко заходишь. Это же не шутка — трое детей, да еще и чужих.

— Ты что же, — обиженно надул губы Гастингсон, – считаешь, что Джекоб Мак–Клор был только твоим другом? Нет, дорогой, он был и моим другом тоже. Вот так! И я буду очень ответственно относиться к его девочкам.

— Ответственно относиться — этого мало, Мартин, — сказал Круз. — Надо любить детей…

— Я не способен любить детей? — вскричал Мартин. — Да что с тобой? Вспомни, как ко мне относятся хотя бы дети Джекоба!

Круз приуныл. Когда он заговорил о детях, он подумал, что обретает твердую почву под ногами. Но теперь он вспомнил, что, действительно, когда Джекоб в прошлом году приглашал сослуживцев на свой день рождения, девочки Мак–Клора и Мартин Гастингсон прекрасно ладили между собой.

— Слушай, напарник, — устало сказал Круз Кастильо. — Тебе не кажется, что наш разговор и так зашел слишком далеко?

Мартин пожал плечами:

— Не знаю, наверное, ты прав…

— Давай закончим его, а то черт знает, до чего мы тут договоримся, — сказал Круз.

Мартин вздохнул и мотнул головой утвердительно.

— Хорошо, давай закончим.

— Будем вести себя так, как будто мы ни о чем не говорили…

Гастингсон подумал, что это будет трудновато, но опять согласно кивнул.

— Тогда трогай, — произнес Круз. — Мы с тобой слишком долго простояли на одном месте.

«Нет, Круз, — подумал Мартин. — Мы с тобой продвинулись далеко вперед…»

Он повернул ключ и завел мотор, но трогать с места не спешил.

— Слушай, Круз, — несмело произнес Гастингсон. — Можно мне задать тебе еще несколько вопросов?

— Валяй, — ответил ему Кастильо без особого энтузиазма.

— Ты собираешься возвращаться к Линде? Круз отрицательно повел головой.

— Несколько дней, я думаю, все‑таки повременю.

— А как же девочки?

— Линда с ними сама справляется довольно успешно… Я имел возможность убедиться.

— А ее работа?

— Она взяла отпуск.

Мартин перевел дух.

— Но где ты будешь жить? — поинтересовался он.

— Да в любой гостинице, — ответил Круз. — Денег на первое время у меня хватит…

Мартин помолчал и подумал, задавать или нет главный интересующий его вопрос. Потом решил все же задать.

— Слушай, Кастильо, — понизил он голос до шепота. — Значит ли это, что ты даешь мне зеленый свет?

Круз сосредоточенно разглядывал свои ладони.

— Не знаю, Мартин, — честно признался он. — Понимай как хочешь…

Гастингсон шумно вздохнул и ничего не ответил. Глядя прямо перед собой, он нажал на акселератор.

Машина медленно отъехала от тротуара и влилась в поток уличного движения.

Оба напарника оказались верны своим словам. Больше в течение всего дня они не возвращались к теме утреннего обсуждения.

Крузу это стоило многих нервов. О чем думал Мартин — Кастильо не знал. Небольшой неприятный осадок от разговора все‑таки остался. Круз чувствовал это по подчеркнутой вежливости и предупредительности напарника.

Мартин вел себя в общении с Крузом Кастильо так, словно в чем‑то сильно провинился перед ним. В сущности, так оно и было.