"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Крейн Генри - Страница 66

Для Ченнинга Кепфелла–старшего неприятности, начавшиеся с утреннего свидания, на этот день еще не закончились. Изрядно потрепав нервы на нефтяных скважинах, где трудности множились в геометрической прогрессии, он и. дома не нашел ожидаемого покоя. Когда он зашел к Келли в ее маленькую квартирку, девушка как раз собиралась поехать обедать В город вместе с Питером и Мейсоном. Она лучилась красотой, и Кепфелл, поздравив себя с идеей морской экскурсии, сделал дочке комплимент. Но отец чувствовал, что между ним и дочерью словно пробежала тень. Естественно, это была тень Джо Перкинса. В его появлении он никого не мог винить и вслух сказал:

— Я хочу, чтобы этот Перкинс убрался отсюда тотчас же.

Ответ Келли его ошеломил.

— Папа, он у себя дома. Здесь у него семья. С юридической точки зрения он совершенно прав, — и, поцеловав его в щеку, выпроводила из своей комнаты под предлогом того, что она не может больше заставлять Питера ждать.

Спорить с Келли Кепфелл не мог — ее объяснения вполне логичны. А раз так, значит, она не одобряет поведения отца, не разделяет его взгляда на Джо… Человека, которого он считает воплощением зла. А как еще он мог называть убийцу своего сына? Как? Так и не найдя ответа на мучивший его вопрос, Кепфелл направился в свой кабинет и еще издалека у его дверей увидел женскую фигурку. Он, сразу узнал Сантану. Да, она пришла раньше, чем он ожидал, но какая, собственно, разница?

— Хорошо, что ты пришла, — улыбнулся он

— Извините, я не Позвонила перед тем, как прийти. Я очень торопилась.

— Ты же хорошо знаешь, что здесь ты у себя дома. Заходи. Хочешь стаканчик «Шабли»? Калифорнийского. Мне только что принесли бутылочку с этого урожая. Одну минуточку, я только быстро позвоню по телефону.

Когда, после короткого телефонного звонка, Кепфелл вернулся, Сантана показала на комнату Ченнинга.

— Она закрыта?

— Она всегда закрыта. Она не открывалась с того дня, когда Перкинс убил его.

Ченнинг откинулся в кресле. Этот безумный день казался ему нескончаемым.

— У вас трудности, господин Кепфелл?

Ченнинг кивнул головой.

— Сожалею, но у меня тоже не радостный разговор.

Кепфелл устало посмотрел на молодую женщину.

— Вас никогда не мучила мысль, господин Кепфелл, что где‑то существует частичка Ченнинга, вашего сына? Вы часто думаете об этом?

— К чему все это, Сантана? — Кепфеллу хотелось уклониться от неприятного ответа. — Ты должна забыть об этом. Мы же договорились…

— Это не в моих силах.

— Ты должна. Должна забыть. Акт усыновления разорвал все связи ребенка с тобой.

— Этого не может быть.

— Нет, может. С юридической точки зрения все законно.

— Закон ничего не значит для матери, когда у нее отбирают ее ребенка. Теперь вы знаете, что я сделаю все, чтобы его найти. Даже если вы откажетесь, мне помочь. До свидания, господин Кепфелл. Извините, что я вас побеспокоила. А это драгоценное вино оставьте на потом, пусть оно постоит до лучших времен.

Когда дверь кабинета закрылась за Сантаной, Кепфелл снял: телефонную трубку.

— Алло! Дайте мне, пожалуйста, Джину. Говорит Кепфелл. Алло, Джина?

— Да, это я.

— У вас установили новую систему безопасности?

— Да.

— Очень хорошо. Ну, а как наш маленький отпрыск, Брэндон? Я по нему скучаю. Скоро ему день рождения.

— Вы помните об этом?

— Конечно, Джина. Хорошенько присматривай за малышом.

Поднимаясь поздно вечером в свою комнату, Кепфелл чувствовал себя совершенно разбитым и одиноким.

О том, что случилось в ого доме, Джон Перкинс узнал совершенно случайно. Он только что отъехал от своего отеля на старом «бьюике», чтобы поехать к скважине № 4, где он теперь работал. Его нагнала полицейская машина, за рулем которой сидел его знакомый — громадина Билл. Полицейский сделал ему знак остановиться.

— Твой Джо создает нам осложнения, — сразу начал он и рассказал все, что знал. — Ты можешь нам помочь, Джон.

Сильно обеспокоенный случившимся, Джон довел свой «бьюик» до улицы Долленверра, находившейся почти на самом краю города,

W подъехал к маленькому домишке, замыкающему эту улицу. Мариса была в доме одна.

— А где Джейд? — спросил он.

— Уже ушла. Джо тоже, если тебя интересует. Здравствуй, Джон, как у тебя дела?

Он не ответил. Рассматривая почерневшую стенку и испорченный диван, он чувствовал себя: подонком и понимал, насколько выше в этой ситуации его жена. Она давала ему шанс, но вместо того, чтобы воспользоваться им, он опять проявил упрямство.

— Я рад, что вы живы и здоровы, — мрачно сказал он и тут же добавил: — Этого бы могло не случиться, если бы…

Мариса резко прервала его.

— Не продолжай, Джон! Я чувствую себя хорошо, дети тоже, и Джо останется здесь, в Санта–Барбаре, на столько дней, на сколько захочет.

Ему не захотелось уходить пораженным, и он решил показать свою родительскую власть:

— Я приехал за Джейд.

— Напрасно. Она не поедет с тобой. И ты это знаешь. Семья Перкинс живет здесь, твое место здесь, с нами: со мной, Джейд и Джо.

— Джо — источник опасности, а я не хочу, чтобы моей семье что‑нибудь угрожало.

— Опасность в самом тебе, Джон, а вовсе не в Джо.

Ровно в полночь, как было указано в записке, Джо подошел к порту.

Погруженное во мрак море — будто таинственная черная масса — колыхалось у самых ног. Его дыхание казалось Джо зловонным. Непроглядная ночь превращала предметы в бесформенные чудовища. А где‑то с сухостью стреляющего оружия хлопал брезентовый чехол. За спиной Джо из портового строения раздался голос. Он хотел повернуться.

— Не двигайтесь! Я — Доменик. Я не хочу, чтобы вы меня видели.

Голос был незнакомый и не очень уверенный.

— Я — ваш друг, я могу вам помочь, — продолжал Доменик. — Вдвоем у нас больше шансов на успех. Вы согласны?

— Я был бы вам очень признателен, но кто вы? Что вы знаете? Вы слышали о бомбе, которую по поручению Кепфелла бросили в мой дом?

— Слишком много вопросов. Кстати, кто вам сказал, что Кепфелл поручал кому‑то бросить бомбу? Ни одного объективного доказательства не существует. Только ваши подозрения. Нам нужно пойти другим путем. Подойти к делу значительно более серьезно. На суде вы сказали, что был свидетель?

— Да, у Кепфеллов был гость, но я его не знал. Он был рядом, когда я нашел убитого Ченнинга. Как он исчез — я не заметил. И с тех пор его не встречал.

— Именно с этой стороны нужно искать, Джо. Давайте вместе подумаем. Я произвел собственное расследование. У меня много документов. Нужно, чтобы вы помогли мне их использовать. Я вам позвоню завтра и снова назначу свидание. Да, и попытайтесь верить мне.

Неожиданно взревевший мотор заставил Джо вздрогнуть. Обернувшись, он увидел дымящийся след мотоцикла и черную спину водителя да белеющий в темноте шлем на его голове.

ГЛАВА 8

Утро вечера мудренее — Ченнинг Кепфелл еще раз убедился в этом, когда проснулся с новым планом в голове. Зная о нежной привычке Келли каждое утро звонить жениху еще до того, как он уйдет в школу, — попросил на этот раз передать Питеру, чтобы он зашел к нему. Питера заинтересовало, что будущий тесть вызывает его к себе таким церемонным образом — ведь они встречались с ним но крайней мере три раза на дню. Но это показалось ему хорошим знаком. Недавний разговор с Мейсоном подтвердил его мысли о том, что, войдя с помощью брака в империю, очень скоро он получит более значительные обязанности, чем работа простого учителя в очень провинциальном и очень скромном учебном заведении. Все это, конечно, ему импонировало. Наконец‑то он сможет покинуть эту ужасную коробку с бетонными стенами. Он часто представлял, как вытянется лицо у библиотекарши, которая однажды язвительно предрекала ему, что, несмотря на его статную фигуру, он останется в школе навсегда, и эта картина подогревала его тщеславие.

Питер обещал Келли быть сразу же на вилле, как только закончатся занятия.