"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 1108

— При наличии интернета я становлюсь всеведущ, — фыркнул “номер один”. — Я последние месяцы плотно изучал этот вопрос. Знала бы ты, с каким количеством спецов в этой области я успел списаться… у-у-у-у… даже начинать считать лень, если честно. Ну и кое-какую картинку я успел составить.

— О, да… диванный спец против практикующего менталиста… кто же победит в этой схватке титанов?!

Молодой человек уверенно подошёл к девушке, схватил её под мышки, словно котейку, поднял, а затем уселся на её стульчик, а саму Ростинку разместил у себя на коленях.

Малышка забавно дулась. Она пыталась сидеть с максимально прямой спиной, сторонясь Даркена, насколько это было возможно.

“Номер один” улыбнулся.

— Ты знаешь, почему сейчас кошмары отступают, а когда ты наедине сама с собой — возвращаются? У этого есть научное объяснение.

— Да ну?! — несмотря на ядовитую шпильку, девушка, тем не менее, навострила ушки. — Как будто бы у кого-то имелась возможность изучить явление.

— Чёрные и белые дыры тоже, знаешь ли, не особо-то пронаблюдаешь на нашем технологическом уровне, но это не мешает нам знать о них неправдоподобно много. Так вот, речь идёт о твоей фурсоне… в смысле, персоне. Да, персоне, конечно же.

Ганя усмехнулась.

— Хочешь сказать, что я, подстраиваясь под собеседника, становлюсь чуточку менее собой?

— Это вообще некорректный взгляд на психологию. Я хочу сказать, что ты существуешь в бесконечном множестве вариаций. Персона не что-то наносное. Это важная часть тебя. Ты и есть персона плюс то, что принято называть “ядро личности”. Так мы суммируем эго и две вариации бессознательного, — Даркен как бы между делом обхватил Ростинку за талию и подтянул к себе. Девушка послушно прильнула к его груди, трогательно глядя на молодого человека снизу вверх. — На деле границы эти все довольно искусственные. В частности, твои личное и коллективное бессознательное с точки зрения тебя самой не особо-то отличимы. Личность твоя — это подвижная живая структура из которой наиболее всего твоему контролю поддаются персоны и эго.

Он сделал паузу, чтобы убедиться в том, понятна ли его лекция карфагенскому легал-лоли полководцу. У последнего вопросов не имелось. Так что Даркен продолжил вещать.

— Что заразила Лешая? Твоё бессознательное. Область, поддающуюся контролю меньше всего. Однако, всё же, поддающуюся. Бессознательное имеет тенденцию меняться через рефлексию эго. А эго получает пищу для рефлексии из внешних источников. Преимущественно через общение с другими, практически невозможное без персон, — он почувствовал, как девушка переместилась чуточку ближе. — Но в твоём случае внешнее находится внутри. И соприкосновение происходит, уж прости, за неимением лучшего сравнения, когда твоя личность перестаёт активно “вытягиваться” во вне и махать персоной. То есть, в состоянии относительного покоя.

Ростинка не выдержала и прыснула Даркену прямо в грудь. Её тельце пару секунд дрожало от беззвучного смеха.

— Почему у меня сразу перед глазами встаёт картина какого-то лысого художника, который повязал на причинное место флаг и теперь им размахивает?

— Потому что ты пьяна?

— Возможно… ну так к чему ты клонишь? К тому, что методы, которые будет использовать принцесса не уникальны?

— Почему же? Вполне себе уникальны. В том смысле, что она, конечно, будет перекраивать бессознательное и делать это быстро, но вот только по итогу нужда отдаться в её власть приведёт к тому, что она перекроит это бессознательное под себя.

— Это ожидаемо. Но вот только ей будет глупо надеяться, что после повышения до бога я…

В эту секунду девушка получила по губам. Не больно, но обидно. Для неё это было чем-то сродни шока. Не успела она озвучить вопрос, как Даркен пояснил причины такого поступка:

— Не говори “я” о своей мужской версии. Атака шла на его бессознательное. Тебе своё бессознательное надо перекраивать. А для этого лучше быть Ростинкой, чем Ганей.

Та усмехнулась.

— И как ты себе это представляешь?

— Ну, примерно как я ритуально похоронил Юрия Обломова, свою допопаданческую личность, и полностью принял себя, как Даркена Маллоя. Буквально сегодня ночью я смог убедиться, что этот трюк сработал. Я уже бессознательно склоняюсь к решениям, которые ранее никогда бы не принял. У Юрца хата была с краю. По крайней мере, когда кипиш становился похож на голодовку.

— Э-э-эхе… ну можно попробовать, думаю, — усмехнулась она. — А сколько перестройка займёт?

— Думаю, в твоём случае получится уложиться быстрее. Ростинка и Ганя принадлежат к архетипам куда как более различным, чем Юрец и Дарк. Последние оба являлись “повесами” и “бедокурами”. Потому и не так быстро накапливались изменения: сколь часто появлялись события, требовавшие реакции присущей только Дарку, но не присущей Юрцу?

Молодой человек мягко провёл ладонью по волосам карфагенянки.

— А что у вас? Ваши первичные модули сильно различаются. И я сейчас говорю даже не столько о поле, сколько обо всём остальном. Твоё мужское тело — мощное, как пельмень. С говяжьим мясом. Архетип крутыша и нагибатора. Альфач и все дела. А ты — милая рыжая Гаечка. Он одинок. Его последователи ему не ровня. Просто расходный материал. А ты же… — он сделал паузу, но лишь в речи, но не в поглаживанию девушки по голове. — …дочь и сестра. Ты оступилась, но они тебя примут обратно.

Ростинка не выдержала и вновь рассмеялась.

— Предлагаешь исцелить проклятье силой любви?

— Слушай, я сегодня избавил богиню от одержимости при помощи песни. А хочешь я спою?

Ответа пришлось ждать секунды две. Наконец, девушка, всё ещё старательно прячущая мордашку в груди Даркена, тихо произнесла:

— Спой.

Молодой человек огляделся. Он подумывал на компе активировать музыкальную программку и развернуть голографические клавиши, но тут почувствовал, как его за футболку тянет маленькая ручка. Словно бы он уже встал с места и оставил Ростинку одну.

Даркен улыбнулся, склонился к ушку карфагенянки… нет, к ушку богемийской Гаечки, и тихонько запел. Благо, там, на земле, Филигон тоже не особо бравурно исполнял данную композицию.

Забыты на полке,

Пылятся без толку

Старинные книги мои.

Давно уж, наверно,

Хрустальная сфера

Без дела в чулане стоит.

Я словно отшельник,

Один совершенно,

В толпе, как в космической мгле,—

Я просто волшебник,

Последний волшебник

На этой земле.

Умею я просто

Хватать с неба звёзды

И диких зверей укрощать,

Смирять ураганы

И злых хулиганов

В хороших людей превращать.

Хоть шарик воздушный,

Хоть верную дружбу

Я сделаю из ничего.

Но людям не нужно,

Нисколько не нужно

Моё волшебство.

Успокаивающий мотив песни благотворно действовал на Ростинку. Дарк специально нянчился с ней сейчас, как с маленькой хрупенькой девочкой. Ведь это вынуждало экскарфагенянина действовать в рамках архетипа, сильно отличного от привычного ему архетипа карфагенского нагибатора-полководца. Нагибаторы-полководцы не сидят на коленках у крутых главных героев. Нагибаторы-полководцы не показывают слабость и не принимают утешений. Они брутально бухают и сурово пырят вдаль.

Иной архетип. Иная персона. И при этом обращение к коллективному бессознательному, в котором зашиты поведенческие реакции маленьких очкастых хрупеньких рыжуль. Это позволит быстрее перекроить эго и, как следствие, личное бессознательное.

Это лишит проклятие души привычной ему среды. Кошмары уйдут. А на подкорке у Ростинки сохранится максима: “я жива лишь потому, что не действую, как Ганя-Говнюк, а придерживаюсь линии поведения Няши-Ростяши.”

Глобально она не растеряет своей крутизны, но окажется куда как более привязана к Дарк…

А вот к последующему развитию событий молодой человек оказался не готов. Никак не ожидал он, что когда песня подойдёт к концу и он наклонится, чтобы поцеловать аккуратно рыжую макушку малышки, Ростинка вдруг извернётся и подастся навстречу.