"Фантастика 2025-110". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Федотов Константин - Страница 371

— Ты говоришь загадками, Сян Сю, — нахмурилась женщина европейской наружности. — Поясни свою мысль.

— Мы знаем, что Предтечи спешно покинули Землю сотни тысяч лет назад, — ответил бес по имени Сян Сю. — Они эвакуировались, будем откровенны. Нечто им угрожало, но не здесь. Если бы здесь, человечество не смогло бы выжить. Но смогли бы мы выжить и усилиться, будь Предтечи на прежнем месте? Большой вопрос. Тем не менее, они захотели именно сейчас открыть эти порталы в безумную Пустошь. И тут всего два варианта.

Сян Сю умолк, оглаживая бороду.

Никто его не торопил.

Этим людям некуда было спешить, их глаза видели бег тысячелетий. Да и можно ли их было назвать людьми в привычном понимании? Мойры, ткущие судьбы. Те, кто управляет историей, а не слепо плывёт в её бурном потоке. Почти боги, способные исковеркать жизнь любого смертного, да и бессмертного тоже. Однако они понимали, что являются лишь бледной тенью Древних, явившихся в этот мир со звёзд.

— Вариант первый, — Сян Сю обвёл собравшихся спокойным взглядом. — Это прощальный подарок человечеству. Путь к отступлению, дорога к звёздам, испытание перед встречей с Древними. Но я в такие подарки не верю. Второй вариант — Древние захотели вернуться. И сотворили мосты.

— Общеизвестно, — подал голос молодой парень, похожий на египтянина, — что Предтечи покинули Землю на космических кораблях. Они не отступали через Бескрайнюю Пустошь. Просто улетели.

— Мы этого не знаем, — пожал плечами китаец. — Что, если в Пустошь можно попасть из космоса? Я бы не стал исключать такую возможность.

— Вернёмся к нашей проблеме, — прервал спорщиков мужчина с орлиным носом. — Далеко за пределами Фронтира появились существа, которых можно считать разумными. Эти существа предположительно вышли из Разлома и уничтожили аванпост Наска.

— Аванпосты часто страдают от набегов тварей, — равнодушно произнесла женщина европейской наружности. — Это Фронтир.

— Вы правы, уважаемая Ровенна, — согласился бес с орлиным носом. — Но твари — это твари. Здесь же, судя по всему, действовали разумные создания. Прибывшие на место инквизиторы обнаружили следы пыток. Кто-то допрашивал людей с целью получения информации.

— Между великими державами нет согласия, — вклинился в разговор египтянин. — На Наска могли напасть британцы или разведчики Небесного Края. У них в последние годы идёт соперничество за контроль над тихоокеанскими торговыми путями. Почему вы не рассматриваете такой сценарий, уважаемый Льока?

— Подробный отчёт есть у протоинквизитора, — отрезал Льока Юпанки, выполняющий роль председателя собрания. — Дознатчикам и провидцам удалось вырвать отдельные образы из умирающего сознания одарённого. Поэтому мы имеем представление о внешнем облике нападавших.

— Любопытно, — протянул египтянин.

— Так вот, — продолжил Юпанки. — Это не люди. И то, как они действуют… их возможности… заставляют меня испытывать некоторые опасения.

— Покажи нам, — сказала рыжеволосая девушка с тусклым, невыразительным взглядом.

Бессмертные переглянулись.

И положили руки на обод стола, который незамедлительно вспыхнул ярко-голубым. Зрачки мойр остекленели и расширились. Примерно полчаса ничего не происходило, а затем председатель отнял руки от стола.

Первым очнулся египтянин:

— Это… чудовищно.

— Они ищут нас, — догадалась Ровенна.

— Или Предтеч, — возразил Льока. — Никто не знает.

Мойры зашевелились, начали тихо переговариваться, делиться впечатлениями от увиденного. Бесы, повидавшие на своём веку много всего, были не на шутку перепуганы.

— Мы должны связаться с Чертёжником, — высказал общее мнение Сян Сю.

Установив последнюю печать, я посмотрел на часы.

Пора обедать, а я даже не брался за готовку. Несколько часов пролетели как в тумане, и организм отчаянно нуждался в восстановлении сил. Пришлось уделить ещё пятнадцать минут медитативным практикам с непрерывной циркуляцией.

Я напоминаю сам себе погорельца, который вместо того, чтобы заново отстраивать дом, решил выкрасить стены и прикупить парочку фарфоровых ваз.

Вот когда, скажите на милость, мне заниматься ремонтом?

Через шесть дней начинаются занятия в духовной семинарии. Завтра-послезавтра прибудут ребята Фурсовых, чтобы возобновить поставки кремчуга. По хорошему, мне надо спуститься в подвал, встретиться с Бьёрг и рассказать о том, что процесс сдвинулся с мёртвой точки. Узнать, как там у них дела. Согласовать сроки начисления зарплат. Наладить поставки провизии, боеприпасов, медикаментов и снаряжения. А ещё — поговорить с фермерами, перезаключить какие-то там договора и вникнуть в вопросы хозяйствования. Точнее — наложить лапу на то, что вырастили другие, хо-хо-хо.

И тут я вспомнил про самое главное — банк «Транскапитал». Если верить Фурсову, там денег завались. Всё, что накоплено папашей за годы эксплуатации тайных Врат. Подозреваю, что просто так до этой сокровищницы я не доберусь, а посему мне потребуется помощь Бенедиктова…

Что-то в этой истории меня смущает.

Ганза.

Эти торгаши соблюдают банковскую тайну и интересы своих клиентов. Пусть даже отец умер, но он ведь оставлял инструкции по поводу наследников? Надеюсь, что оставлял.

В любом случае, мне надо открыть счёт и завести карту.

Сказано — сделано.

Вместо унылого стояния у плиты, я отправился с котоморфом в Туров. По дороге заскочил на заправку, залил полный бак и поехал дальше. Однажды я сдам на права, но сейчас прекрасно чувствую себя в роли пассажира. «Таврия» знает город, подчиняется беспрекословно и всегда доставляет меня по назначению.

Ганза за минувшие столетия разрослась неимоверно. Это не просто гильдия торговцев и даже не корпорация. О, нет. Это практически отдельное государство, только без ярко выраженной территории. Банки, ломбарды, объединения ростовщиков, биржи, инвестиционные фонды, собственный торговый флот… Всего и не перечислишь. Единственное, чем не хотели заниматься ганзейцы, это промышленность. Парни прокачивали через себя финансовые потоки, а заводами если и владели, то опосредованно, скупая контрольные пакеты акций.

Фишка ганзейцев заключается в том, что они открывают представительства исключительно в крупных мегаполисах. А всё потому, что их не интересуют закредитованные нищеброды, коммунальные платежи и прочая мелочь. Только крупные инвесторы и большие бабки, скрываемые кланами от правящей верхушки. После установления единовластия Дома Медведя, позиции Ганзы только укрепились. А посему и здание, в котором разместился «Транскапитал», производило впечатление на неподготовленный ум.

«Таврия» доставила меня на Припятский проспект, а точнее — в деловой район, обозначенный на карте как Район Ростовщиков. Название старое, чуть ли не средневековые. В моей семье эти кварталы именовали Стеклянным Треугольником. Иногда — просто Треугольником или Стекляшкой. Дело в том, что многочисленные финансовые центры, выставочные комплексы и представительства концернов — это сплошь стеклянные небоскрёбы, загромождающие небо и затапливающие улицы тенями. А Треугольная форма района обусловлена пересечением набережной Припяти с Княжеским бульваром и улицей Гедеона Рихтера. В этот сектор и вписались высотки, обитатели которых сорят деньгами направо и налево по мнению обывателей.

В Треугольнике нет жилых домов, торговых рядов, кинотеатров и прочих развлекательных штук. Здесь люди не живут, они тут деньги делают. Из воздуха или ещё чего — это уже другой вопрос.

Банк «Транскапитал» приютился в многоэтажном футуристическом комплексе, внутри которого имелся даже ботанический сад. По сути, здесь базировалось несколько финансовых структур Ганзы — официальное представительство, банк и ещё что-то, напоминающее биржу. Мы с отцом заезжали сюда пару раз — воспоминания из раннего детства сохранились в голове моего носителя. Вспышки. Вот я бегаю среди деревьев в крытой оранжерее, вот катаюсь на эскалаторе, а вот тащу отца в кафешку и выпрашиваю «пироженку».